Попаданка на Рождество - Рая Вельс

не понравилась? Блииин, столько мыслей сразу в голове, не знаю, за какую ухватиться. Так, Алиса, без паники, сказала я себе. Самый точный и беспроигрышный способ всё узнать — спросить в лоб. Ну, опозорюсь чуть-чуть, ну и что. Может, я такая любопытная, хочу всё знать обо всём и обо всех. А может, стоит подождать, узнаю всё в академии. Там наверняка все всё знают. Ага, щасс, пока я буду узнавать, какая-то фифа уведёт его из-под моего носа. Нет, Алиска, надо действовать. Да и вообще, я современная девушка. Не знаю, как здесь у них устроено, а у нас некоторые девушки могут сами предложение мужчине сделать.

ГЛАВА 16 АЛИСА

Пещера раскрылась передо мной, как ледяной храм.

С потолка свисали длинные прозрачные сталактиты — хрупкие, но грозные, будто клыки древнего существа.

Свет, рождённый где-то в глубине льда, переливался мягким голубым и серебристым сиянием, и всё вокруг казалось не реальностью, а сном, который слишком красив, чтобы в нём двигаться.

Воздух был неподвижен, холоден и чист, так будто здесь никогда не звучало человеческое дыхание.

Я медленно огляделась.

— Молодец, Алиса… — прошептала я, вытирая ладошками слёзы с щёк. — Освоила магию. Телепортировалась. Правда, неизвестно куда.

Нормальные люди телепортируются в спальню, а я — в декорации для фильма ужасов. Хотя здесь красиво, только очень холодно. Щенок Оками высунул мордочку из-за ворота и тявкнул, будто соглашаясь со мной. Ну хоть защитник у меня есть, — обратилась я к нему и вздохнула.

Я постаралась взять себя в руки и найти какой-то лаз. Всё лучше двигаться, чем сидеть и ждать на месте. Так думала я, блуждая по пещере, пока не нашла выход. Вот тут меня и накрыла паника. Выход был, но он находился так высоко от земли, что у меня закружилась голова. Я находилась на высоте небоскрёба. Внизу всё, что охватывал взгляд, покрывал лес. Деревья казались крошечными зелёными кустиками. Самое большое солнце уже катилось за лесным горизонтом. То, что поменьше, цвета индиго, как будто насмехалось надо мной, намекая, что ночь не за горами. Да на такой высоте даже птицы, наверное, не летают, — подумала я.

От страха, что я неизвестно где и не зная, как выбраться из этого места, меня охватил ужас. Мелкими шажками я удалялась от края утёса вглубь пещеры, пока не нашла какой-то закуток и забилась в него. Слёзы, которые катились из глаз, когда Вернард посмеялся надо мной, были цветочками. Сейчас я рыдала и не могла остановиться. Моя душа кричала и молила о помощи. В отчаянии я представляла себе, как оказываюсь в своём домике в лесу, потом на поляне, откуда мы с Илариэлем переместились. Несколько раз представила себе Зал Советов в надежде, что мне удастся открыть портал именно в эти места, но всё было без изменений. Я здесь надолго, — осознала я. — Так, нужно взять себя в руки и что-то сделать. Не думаю, что Богиня притащила меня в этот мир, чтобы я окоченела в этих пещерах. Из слов советника я узнала, что во мне соединились все четыре стихии. Значит, надо попытаться использовать свою силу в ресурс.

Мне было сложно сосредоточиться. Холод сковывал всё моё тело, кажется, проникая даже в сердце, но я должна что-то сделать. Хотя бы для того, чтобы согреться.

Я больше не плакала. Слёзы замёрзли на ресницах, но внутри стало неожиданно тихо — как будто страх устал раньше меня. Холод пещеры больше не кричал, не давил, не требовал паники. Он просто был.

Я медленно опустилась на камень и закрыла глаза. Раньше, на Земле, я так делала, когда становилось слишком много мыслей, я медитировала. Сейчас это было похоже на попытку не исчезнуть.

Воздух вошёл глубже обычного — не в лёгкие, а куда-то под рёбра, в пустое место, о существовании которого я раньше не знала. На выдохе появился звук — тихий, хрипловатый, словно в горле просыпался ветер. Дыхание стало густым, медленным, живым. Оно текло сквозь меня, как будто внутри открывался простор.

Вдох — и я чувствую воздух.

Тишина между вдохом и выдохом — тяжёлая, устойчивая, как земля.

Выдох — и в глубине груди будто вспыхивает что-то тёплое.

Пауза — мягкая, текучая, как вода.

Моя кожа всё ещё знала, что вокруг лёд. Но тело больше не считало это угрозой. А когда страх отступил, внутри стало просторно — так просторно, что там могли поместиться стихии.

Тепло появилось сначала как обман. Как воспоминание о солнце. Потом — как ощущение. А потом — как искра.

Где-то глубоко под рёбрами, в темноте собственного тела, тлел маленький уголёк. Я представила, как он разгорается, превращаясь в маленькое солнце, освещая всё моё нутро. Оно текло по венам, как вулканическая лава, согревая меня изнутри. Этот огонь не обжигал, он словно котёнок ластился, обволакивал меня своей любовью и, кажется, радостью, что я приняла его. Мне стало так легко и хорошо, что я невольно засмеялась. Это состояние волшебства, радости, лёгкости и свободы опьяняло.

Но огонь был не один.

Когда тепло перестало быть спасением и стало частью меня, я вдруг услышала ещё кое-что.

Кап.

Тихий звук раздался где-то рядом.

Я открыла глаза и увидела, что с одного из ледяных клыков над головой медленно сорвалась капля и упала на камень передо мной. И в этом звуке было что-то… знакомое. Родное. Не холодное.

Живое.

Протянув руку, мысленно остановила следующую каплю. И она, повинуясь моей просьбе, не упала, а зависла в воздухе, дрожа, как прозрачное сердце. Внутри неё отражался голубой свет пещеры, и он больше не казался чужим.

Вода не была льдом.

Она была движением, гибкостью, памятью.

Я не управляла ею — я её понимала.

Капля медленно подплыла к моей ладони и растеклась по коже, тёплой, как весенний дождь. И в груди стало мягко. Спокойно. Так спокойно, как не было даже рядом с огнём.

А потом пришёл ветер. Казалось бы, откуда ему здесь взяться, в пещере. Но он пришёл.

Сначала едва заметный.

Лёгкое колебание прядей волос.

Шорох, будто кто-то прошёл невидимой ладонью по стенам пещеры.

Воздух, который раньше казался мёртвым, вдруг задышал. Он закружился вокруг меня, не холодный, не резкий — внимательный. Осторожный.

Он касался лица, щёк, ресниц, словно проверяя, можно ли.

Я улыбнулась.

И ветер ответил.

Он подхватил несколько снежных искр с пола, закружил их, и они зависли вокруг меня маленьким сияющим вихрем. Лёгкость. Свобода. Простор.