Ритуал Старлинга - Девни Перри

— Почему?

— Ее волосы. — Он накрутил мой локон на свой мизинец. — Они были такими же, как у тебя.

Я подняла руку и коснулась пряди у себя за ухом.

— О чем ты говоришь?

— Я не знаю, Десс. Не знаю, что и думать. Причина, по которой я не рассказал тебе, в том, что я не могу найти в этом смысла. Но другого разведчика не было. Я проехал через Каландру, и не было слышно даже шепота. И еще слишком рано для миграции. Эта женщина, этот оборотень, я верю, что она пришла одна. Или, может быть, она всегда была здесь.

Мир, казалось, исчез, ощущение падения было таким сильным, что у меня скрутило живот.

— Я не… Что это значит? Оборотни. Это… невозможно, верно? И зачем ей понадобилось нападать на Эллдер?

— Может быть, она что-то искала.

Не что-то. Кого-то.

— Меня. Ты думаешь, она могла искать меня? — Мне было неприятно даже произносить эти слова, но это соответствовало другим нашим теориям. Что монстров тянуло ко мне. — Она пришла, чтобы убить меня.

— Или меня, — сказал он.

Нет, дело было не в нем. Он не чувствовал магию Востеров. Монстры не преследовали его на каждом шагу.

— О боги. — Я прикрыла рот рукой, когда слезы наполнили мои глаза. — Если Эллдер попал в беду из-за меня, то твоя мать умерла из-за меня.

— Нет. — Он взял мое лицо в свои ладони и притянул к себе, так что мой лоб прижался к решетке. — Ее убил крукс. Не ты. Не бери это на себя.

— Но, Рэнси…

— Нет, Одесса. Это не из-за тебя.

Мне так хотелось поверить ему.

— Почему ты мне не сказал?

Лес скелетов был десять, нет, одиннадцать дней назад. Все это время я чувствовала, что он что-то недоговаривает. Это было оно.

— Потому что знал, что ты возьмешь вину за разрушение Эллдера на себя.

Он не ошибся. Погибло так много жизней. Погибло так много людей.

Образ тела Луэллы, разрубленного надвое, был настолько четким в моей памяти, что, даже зажмурив глаза, я не могла его прогнать.

— Почему я никогда не слышала об этом раньше? Если все дело в оборотнях, то это должно быть общеизвестно. — Во время прошлых миграций были убиты сотни монстров, а их туши сожжены дотла. Если те трупы были людьми, то это был самый тщательно хранимый секрет этого континента.

— Не могут же они все быть оборотнями. Она просто приняла их облик.

У меня закружилась голова.

— Какого цвета были ее глаза?

— Я не смотрел.

— А ее тело?

— Я приказал сжечь его. Я не хотел, чтобы распространились слухи. Ее кровь была зеленой. Она была… похожа на мою. Те в Эллдере, кто видел ее, будут хранить это в тайне.

Туранцы и их секреты.

Если бы Тора была сейчас здесь, она бы бросила это ему прямо в лицо.

— А твой отец знает? Поэтому он не послал весточку о разведчике и не предупредил другие королевства, чтобы они готовились к переселению?

— Нет. — Рэнсом стиснул зубы. — Он отправился в Аллесарию. Он так и не увидел тела.

Итак, Рэмзи добровольно бросил другие королевства. Он собирался скрыться в своей столице и оставить страдать остальную Каландру. Ублюдок.

— Я не знаю, что и думать обо всем этом, Рэнси.

— Может быть, я смогу помочь. — Из коридора донесся голос.

Я обернулась, щурясь в тусклом свете, когда охранник, которого я подкупила ранее, подошел ближе.

— Вы?

Он переступил с ноги на ногу, затем отошел в сторону, жестом приглашая подойти женщину в темно-синем платье, украшенном драгоценными камнями. Ее руки были сцеплены за спиной. Драгоценности на ее короне блеснули в мерцающем свете фонаря.

— Марго?

— Это не место для принцессы, Одесса. — Она прищелкнула языком, затем посмотрела на охранника. — Принесите новый фонарь.

— Да, Ваше Величество. — Он поспешил прочь и через мгновение вернулся с фонарем. Он поставил его рядом с камерой и поклонился Марго.

— Оставьте нас, — приказала она.

Охраннику не нужно было повторять дважды.

Когда он удалился, она расслабилась и подошла ближе, осматривая грязную камеру Рэнсома.

— Мне жаль.

— Ты можешь вытащить его отсюда?

— Нет. Твой отец хранит ключ у себя. — Она грустно улыбнулась мне, затем достала книгу, которую прятала за спиной.

Обложка была такого темно-фиолетового цвета, что казалась почти черной.

Марго присела передо мной на корточки, ее взгляд блуждал по моим волосам и лицу. Она потянулась к моей шее, но не для того, чтобы дотронуться до пореза на горле, а, чтобы взять ожерелье, которое я носила каждый день.

— Я надеялась, что ты никогда не найдешь это ожерелье, — сказала она, беря кулон в ладони. — Но оно взывало к тебе. Она сказала мне, что однажды ты найдешь его.

— Кто?

Она нежно прижала кулон к моему сердцу, затем заглянула в книгу.

— Я хочу, чтобы ты знала, что я всегда старалась защитить тебя. От твоих волос до платьев. Я только хотела, чтобы ты была в безопасности. Чтобы сдержать свою клятву.

В ее глазах стояли слезы, когда она подняла подбородок.

— Прочтите это вместе. Твой отец будет на балконе тронного зала, когда вы закончите.

— Что это? — спросила я, беря книгу из ее протянутой руки.

Она обхватила мое лицо ладонями и провела большим пальцем по скуле.

— Твоя династия.

Пятьдесят девять

Каспия

Эмери и тетя Олиана стоят бок о бок в вольерах замка, глядя на Шоу.

— Я запрещаю, Эмери, — говорит Олиана. — Твое место здесь, с твоей дочерью. Грасиэлла прожила всю свою жизнь без тебя.

— У нее была ты.

— Я не ее мать. Каспия и Зендра сделали свой выбор. Как и ты сделала свой. Пришло время тебе занять свое место в династии Старлингов.

Эмери смотрит вдаль, и легкий ветерок треплет кончики ее буйных рыжих кудрей. Они стали длиннее, чем были, когда она уходила. И реже.

Она старше. Уставшая. Скорбящая. На ней простое кремовое платье, обнажающее руки. Ее кожа покрыта шрамами.

— Ты думаешь, я хотела попасть в плен к бисанцам, тетя Олиана? — спрашивает она безжизненным голосом. — Неужели ты думаешь, что я хотела провести жизнь без Грасиэллы, в гниющей дыре в Бисе, и чтобы их алхимики крали мою кровь для экспериментов? Неужели ты думаешь, что я хотела наблюдать, как любовь всей моей жизни заковывают в цепи и пытают? Жить во власти ублюдков, которые использовали моего ребенка против меня, пока она, наконец, не сломалась?

Эмери с трудом сглатывает, опуская взгляд в пол. Она прижимает руку к своему