Приручить 7-го - Хлоя Уолш

— Шэн, я люблю тебя, детка, но я не зритель ее повествования.

И на этом все закончилось.

Наш лидер встал на чью-либо сторону.

Граница была подведена, и после нескольких месяцев попыток сохранить мир и ублажить свою девушку Джонни Кавана занял законное место рядом со своим товарищем по команде.

— Тебе нужно перестать болтать, — предупредил Джонни, заняв оборонительную позицию перед Джерардом. — И отойти.

— Это ты начала, а не он, — выпалила я, прежде чем Лиззи успела изменить повествование. — Ты закричала, ты швырнула чашку и ты начала.

— Почему ты всегда на его стороне? — закричала она. — Предполагается, что я одна из твоих лучших подруг.

— И я должна быть одной из твоих, — крикнула я ей в ответ. — Но ты провела последние два месяца, диктуя, как я должна жить, а затем разговаривала со мной свысока, как с ребенком, за принятие решений, которые не соответствуют твоему идеальному повествованию.

— Ты знаешь, что произошло.

— Я знаю, что это не имело никакого отношения к Джерарду.

— Моя сестра мертва!

— Как и сестра Джерарда!

— Да, но видишь, в чем разница, Клэр. Я не топила его сестру, но его брат, черт возьми, явно утопил мою!

— Ребята, может, не будем? — Шэннон попыталась вмешаться, но было слишком поздно, чтобы ее можно было переубедить. Чаша закипела, и признания полились через край.

— Нет, — хрипло воскликнула Лиззи. — Потому что я никогда не смирюсь с тем, что ты встречаешься с ним.

— И я никогда не начну спрашивать твоего разрешения!

Выглядя как дикое, загнанное в угол животное, Лиззи покачала головой и бросилась к двери. — Вы все можете идти к черту.

— Что за…— пробормотал Хью, оглядываясь по сторонам, затем опустил взгляд на плачущую девушку, прижавшуюся к нему. — Что случилось?

— Спроси защитника-насильника!

— Гибс? — Спросил Хью, оборачиваясь. — Что случилось?

— Знаешь что, Лиз? — Джерард спокойно ответил. — В один прекрасный день тебе придется смириться с тем фактом, что единственный человек, ответственный за смерть твоей сестры, - это твоя сестра.

В ту минуту, когда он это сказал, Лиззи сорвалась. Она бросилась к нему, и вот тогда все полетело к чертям.

Двигаясь со скоростью молнии, Хью перехватил ее прежде, чем она смогла добраться до Джерарда.

— Отпусти меня нахуй, — кричала она, колотя его в грудь с яростью тысячи демонов. — Мне не нужно, чтобы ты спасал меня!

Хью не отпускал.

Не обращая внимания на ее пощечины, он обнял ее за талию и притянул ближе, свободной рукой прижимая ее лицо к своей груди.

В конце концов, она обмякла рядом с ним, протянув руки, чтобы вцепиться в ткань его школьной рубашки, пока он горячо разговаривал с мальчиками.

— Убери ее отсюда, Хью, — предупредил Джонни, сохраняя защитную стойку перед своим другом, выглядя менее контролирующим свои эмоции, чем я когда-либо видел раньше. — Иди сейчас, парень.

Тем временем Кэти спокойно стояла и смотрела с непроницаемым выражением лица.

Прижимая ее к груди, Хью продолжал разговаривать со своими друзьями, раздавая инструкции и ловя в воздухе ключи от машины.

Он перевел взгляд на свою девушку, которая просто кивнула, прежде чем отвернуться от драмы и положить свою коробку с завтраком в школьную сумку.

Прикрывая ее лицо от взглядов десятков наших сверстников, когда он открыл дверь в главный коридор, Хью повел Лиззи в одном направлении, в то время как Джонни повел Джерарда в другом. Поддерживая его рукой за плечо, он увел своего лучшего друга с места резни.

— Ей нужен врач, — заявил Пирс, стоявший в холле, вступив в перепалку. — Этой девушке серьезно нездоровится.

— Не смей, блядь, так говорить, — огрызнулся Патрик в ответ. — Господи!

— Причинять боль обиженным людям, — предложила Шэннон. — Я не оправдываю это, но, пожалуйста, не поноси ее за то, что она не использует здоровые способы справиться со своей травмой.

— Шэннон, у всех нас есть травма, — ответила Кэти. — Не все проецируют это на других людей.

— Я думаю, это потому, что было так много невысказанных разговоров, — предположил Патрик, ерзая на своем стуле. — Однажды она была здесь, а на следующий день она…

— Пропала.

— Точно.

— Ничего не прояснилось, — добавил он.

— Совершенно верно, — согласилась Шэннон, нетерпеливо кивая. — Итак, для Лиззи этот день все еще повторяется.

— Что – то вроде фильма «День сурка».

— Да, — она лучезарно посмотрела на Патрика. — Прямо как «День сурка». — Она повернулась к остальным из нас. — Годы проходят для всех нас, но она застряла в этом моменте. — Пожав плечами, она добавила: — Время не может исцелить, если оно не проходит.

ОТКРЫВАЕМСЯ И ЗАКРЫВАЕМСЯ

Гибси

Последние несколько недель были лучшими в моей жизни, но, как ни странно, они были и самыми тяжелыми. Потому что каждый день я просыпался и лгал единственному человеку, от которого у меня не было секретов. Это было терпимо, когда наши отношения были платоническими, но перемена, произошедшая со мной с тех пор, как мы стали больше, была подобна смене дня и ночи.

Я все время чувствовал себя таким уставшим, как будто таскал на себе огромный груз, который с каждым прошедшим днем становился все невыносимее.

Только утром перед зимним балом я, наконец, пришел к выводу, что больше так не могу.

Я не смог бы нести этот груз еще один день.

Это было уже слишком.

Это было слишком тяжело.

Крепко обнимая обнаженную девушку в своей постели и сосредоточив внимание на потолке моей спальни над нами, я обдумывал свои варианты.

Могу ли я это сказать?

Мог ли я по-настоящему произнести эти слова снова, зная, что в тот единственный раз, когда я произносил их раньше, они остались без внимания. Тогда мне не поверили, так кто мог сказать, что Клэр поверит мне сейчас? Да, она любила меня, я знал, что это правда, но любовь не имеет ничего общего с чьей-то способностью верить в монстров.

Сосредоточившись на своем дыхании, я попытался подавить чувство неловкости, а когда это не сработало, я задержал дыхание в надежде, что смогу отключиться и поспать несколько минут, прежде чем мой будильник зазвонит в школу.