(Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание - Александра Воронцова

Это действительно не было больно. Скорее, странно. Неприятно в начале, а потом словно будило во мне желание получить больше.

Видимо, я ненадолго выпадала из реальности, потому что в какой-то момент обнаружила себя на руках у Дориэна. Сидеть с ним в обнимку в кресле было бы уютно, если бы не та горячая нужда, что все сильнее разгоралась в моем теле, заставляя льнуть к Ренци.

Меня лихорадило, Дориэну, кажется, тоже было нелегко.

— Фран, ты так смотришь? — в его глазах был темный голод. — Я могу сопротивляться себе, но тебе.

Горячие губы прижались к моему виску, дразня обещанием.

Я чувствовала, как ноют, почти стонут мои каналы растягиваясь и распрямляясь, но все это было мелочью по сравнению с тем, как мне хотелось ощущать на себе руки Ренци, как мешала мне одежда, как горела кровь, требуя неизведанного и приливая куда-то в низ живота.

Когда я применила «Родник» к Дориэну это было мимолетным слиянием, сейчас же эта сладкая пытка растянулась, превратившись в полноценное соблазнение, которому я не могу позволить себе отдаться.

Я уже была близка к отчаянию, когда ощутила, что дышать стало легче, тело расслабилось. Да, мне еще предстоит откат, но это было ни с чем несравнимое, сумасшедшее ощущение.

Будто я всемогуща.

Что-то снова пошло не так, потому что это не могло быть связано с доступом к родовой силе, только задать вопрос Ренци я не успела, потому что он закрыл мне рот поцелуем.

Глава 115. Гармония

Одно касание губ, и ощущение всемогущества уступило место восторгу от того, что мы две части целого, совпадающие так идеально, как это вообще возможно в этом мире. Словно только так и надо. И наш поцелуй — единственное логичное завершение ритуала. Я пылала сама и обжигалась об Ренци, и не могла остановиться, лихорадочно отвечая требовательным губам.

Мне было все равно, что Дориэн на руках отнес меня на постель, я упивалась ощущением сильного тела, обнимавшего меня. Мы замерли, лишь когда дыхания перестало хватать, и ровно в этот момент меня скрутило. Это было так внезапно. Так стремительно на контрасте с эйфорией, владевшей мной до этого, что я даже не сразу поняла, откуда эта чудовищная боль.

От неожиданности я крепче вцепилась в Ренци, чье тело тоже напряглось, а черты лица заострились.

— Быстро, слишком быстро, — прохрипел Дориэн, и до меня дошло, что это откат.

Мы попытались отдалиться друг от друга, но стоило нам увеличить расстояние, как новый виток боли заставил нас вернуться на исходную, что причиняла неменьшую боль. Опытным путём выяснилось, что на этот раз доступная нам дистанция — всего ладонь.

Уже?

А прошлый раз у нас было хотя бы несколько часов, и мучения нарастали постепенно, волнами, а сейчас мне казалось, что я уже на пределе своих возможностей. Это было запредельно, и каждый миг тянулся вечность. Ощущения были таковы, что я уже не понимала, где конкретно болит.

Ренци первым смог сосредоточиться, хотя я и не была ему благодарна, когда он, превозмогая откат, перетащил меня на себя. Я почти сразу потеряла сознание и уже не видела ритуал перетягивания.

Возвращение в реальность было столь же неприятным. С трудом разлепив мокрые ресницы, я проанализировала своё состояние. Мне было на редкость паршиво. Боль отступала медленно, но и то, она уходила, лишь потому что Ренци и сейчас продолжал накачивать меня своей силой, только уже не родовой, а личной. И это приносило облегчение, как будто обожжённых мест касалась прохладная вода.

Переварив информацию о том, что происходит, я перепугалась, что Дориэн переборщит, и ему грозит магическое истощение. Я в панике вгляделась в его лицо. Ренци производил впечатление глубоко спящего человека, однако, едва я зашевелилась, чтобы разорвать физический контакт и остановить поток донорской магии, которая нужна была Дориэну и самому, он крепко стиснул меня в объятиях.

Не магическая кома, уже хорошо!

Я переключилась на второе зрение, и снова поразилась тому, что увидела. Внешне находясь в абсолютном покое, Ренци активно магичил, используя весь резерв, все доступные ресурсы, все слои.

Удивительное дело, его щиты перестали распадаться. Более того, та самая защита, установленная мною в детстве, благодаря магическим манипуляциям, истончалась и растягивалась до предела, становясь еще более пластичной и очень ювелирно встраиваясь в щит самого ранца, усиливая его настолько, что я даже затруднялась присвоить ему какой-то уровень.

Но это было не все. Дориэн продолжал творить, и то что он делал, заставило меня завороженно наблюдать за созданием чего-то намного более мощного, чем щит Фламеретти, подобие которого Ренци создал во время первого отката.

Щит, по-прежнему укрывавший нас обоих, теперь работал по-иному. Инициированный Дориэном, он представлял собой знак бесконечности, сливаясь из двух источников. У Ренци он расходился из сердца, а у меня из солнечного сплетения, где Дориэн закольцевал свою защиту. Из этих мест тянулись нити силы, они пронизывали щит, и по ним одновременно в обе стороны текла магия: от меня к Ренци, от него ко мне, перемежаясь искорками родовой магии.

Это было потрясающее зрелище.

Ренци — гений.

Создать щит, который нельзя снять с кого-то одного.

Не знаю, действия ли Дориэна тому были причиной, или это последствия раскрытия вторичных каналов, но со мной произошло нечто, что можно было описать только одним словом — гармония.

Очень непривычное чувство.

Я и не ощущала, что была чем-то вроде расстроенного фортепиано. Оказывается, я давно забыла каково это, когда все работает правильно, магия полностью слушается, и ты будто на вершине мира.

Я чувствовала, что больше барьеров нет. Я могу атаковать! Могу все разнести в щепки! Ощутила потребность немедленно убедиться в этом, и ослабленной рукой я сделала пас.

Огневое заклинание под ледяным прикрытием с лёгкостью сорвалось с пальцев и ударило в люстру. Мне даже стыдно не стало, когда на нас посыпались части дорогого хвиссинского хрусталя.

— Молодец, Чаргетто, — услышала я и снова повернулась к Дориэну, переполненная чувством благодарности и восхищения.

И едва наши взгляды столкнулись, тут же утонула в синем океане его глаз.

Притяжение, которое должно было исчезнуть, снова нахлынуло, накрывая с головой и заставляя отбросить доводы рассудка.

Ренци подтянул меня повыше и, пристально смотря в глаза, медленно сократил расстояние между нами до того, что я ощущала его дыхание на своих губах. Дориэн осознанно давал понять, что снова поцелует меня, но я