Реверс - Кейт Стюарт

— Это было далеко не гребаной интрижкой, — резко возражает Истон. — И никогда ею не было. В этом-то и была проблема.

Лицо отца искажается от возмущения, когда он поворачивается к Истону.

— Ты сейчас идешь по чертовски тонкому льду, — предупреждает он смертельно спокойным тоном.

— Понимаю, вы в бешенстве, но, пожалуйста, не надо со мной так разговаривать, — сквозь зубы отвечает Истон. — Я стараюсь.

— Папа, я виновата не меньше. Даже больше, чем он.

Напряжение волной прокатывается по комнате, и я буквально чувствую, как Истон сдерживает гнев, прежде чем заговорить.

— Хотя бы дайте нам возможность объясниться. Я не жду вашего понимания.

— И не смей ожидать моего чертова принятия! — взрывается отец, переворачивая стоящий рядом поднос. Тот с грохотом падает на пол. Посуда разлетается осколками, вода растекается струйками, смешивая мои розовые розы со стеклом.

Никогда в жизни я не видела, чтобы отец срывался физически, не так. Тревога сжимает грудь, когда он пригвождает меня взглядом.

— Я не приму этого, Натали! — Его глаза мечутся к Истону и обратно ко мне. — Поэтому ты вышла за него?

— Нет, — отвечаю я, находя опору в правде. — Всё наоборот. В ту ночь, когда я вышла за него, это был первый и единственный раз с момента нашего знакомства, когда я позволила себе быть с ним, не думая о тебе ни секунды. Я вышла за него, потому что он меня понимает. Потому что рядом с ним я счастлива. Потому что я люблю его каждой клеткой своего тела. Каждую минуту, что мы были вместе до этих выходных, мысли о тебе — о том, что ты почувствуешь, — удерживали…

— Но они тебя не остановили! — взрывается отец. — Ты вообще понимаешь, о чем меня просишь?

— Папа, я пыталась. Я правда пыталась, но мы с Истоном… мы, — я качаю головой, горячие слезы наполняют глаза, картинка расплывается. — Я знаю, ты знаешь, каково это…

— Даже не смей! — взрывается отец, и я инстинктивно отшатываюсь.

— Пожалуйста, перестаньте кричать на мою жену, — резко вмешивается Истон, ноздри раздуваются, голос становится опасно низким. — Вы ее пугаете.

— Твоя жена, — цедит отец и тут же стремительно двигается к нему, вся его поза — угроза. — Твоя жена!

— Папа! — в ужасе кричу я, когда Истон приподнимает подбородок, взгляд темнеет, тело напрягается. В этот миг я почти не узнаю собственного отца, до того момента, как он замирает в нескольких шагах. Его руки сжаты в кулаки, и сквозь хаос прорезает смертельно спокойное предупреждение:

— Сделаешь еще один шаг в сторону моего сына, Батлер, и я, блядь, тебя уничтожу.

Комнату мгновенно наполняет опасное, густое напряжение. Мы втроем одновременно оборачиваемся к входной двери виллы, и все взгляды устремляются на Рида Крауна.

Глава 50

Истон

Ворвавшись на виллу, отец обходит меня и выходит прямо к Нейту, лицом к лицу. Я упираюсь ладонью ему в грудь, его ярость ощущается почти физически.

— Пап, не надо, — говорю я, упираясь ладонью ему в грудь и чувствуя, как он дрожит от сдерживаемой ярости. Он пытается докричаться до Нейта через меня, а я стараюсь встать между ними. — Какого хрена, Нейт? Ты что, всерьез собирался ударить моего сына?!

Нейт усмехается.

— Я не из тех, кто действует исподтишка, Рид. Это, скорее, твоя, мать ее, специализация, разве нет?

— Мне так не показалось, — сквозь зубы отвечает отец, под моей рукой его тело по-прежнему напряжено, словно пружина.

Они оценивают друг друга взглядом, и на секунду мне открывается вся история между ними, — прежде чем Нейт бросает в ответ.

— Ну, мы оба знаем, что вещи не всегда такие, какими кажутся, правда, Рид? — Нейт криво усмехается. — Я предпочитаю решать вопросы головой, а не кулаками. Понимаю, для тебя это непривычно.

— Судя по всему, сегодня с твоим, мать его, IQ не всё в порядке, — сквозь зубы бросает отец. В его голосе звучит редкая, почти неконтролируемая злость.

— Потому что ты, конечно, эксперт по контролю над своими эмоциями? — Нейт качает головой и фыркает. — Не оскорбляй меня, делая вид, что тебя это устраивает.

— Не устраивает, — отрезает отец. — Но для меня это такая же новость, как и для тебя.

Джоэл, уже стоящий за спиной отца, вмешивается:

— Рид, мне вызвать охрану?

— Нам всем нужно выдохнуть, — говорю я настолько спокойно, насколько вообще способен, и снова упираюсь ладонью отцу в грудь, на этот раз сильнее.

Отец делает шаг назад, не сводя с Нейта взгляда, в котором презрение почти переходит в ненависть.

— Рид? — снова подает голос Джоэл.

— Нет, — рявкает отец. — Всё нормально.

Натали невольно вздрагивает на месте, слезы льются всё быстрее, а я так и не могу поймать ее взгляд.

— Что ты, мать твою, натворил?! — рявкает отец, и я вижу, что вся его ярость обращена на меня.

— Я влюбился, — отвечаю я без малейших извинений.

Нейт подает голос, не отрывая взгляда от отца, но обращаясь уже к Натали:

— Натали. Мы уходим. Сейчас же, блядь.

— Что? — выдыхает она, встречаясь со мной взглядом, и я резко перевожу внимание на Нейта.

— Этого не будет, — говорю я и рублю воздух ладонью.

— Они аннулируют брак, — бросает Нейт отцу.

— Полностью, блядь, согласен, — с той же яростью отвечает отец, и они оба явно стараются перевести конфликт подальше от Натали и меня.

— Ни хрена, — рявкаю я между ними. — Мы не какие-то влюбленные подростки, и это не бунт против вас. Вам обоим стоит разобраться с собой и со своими личными проблемами. Ваша история — прошлое. А мы с Натали, наш брак — это здесь и сейчас. И, черт возьми, это реальность.

— Вот как? — отец поворачивается ко мне. — Тогда в этой самой реальности, сынок, у твоей матери чуть не случился, мать его, приступ.

Из меня словно выбивают весь воздух. В ту же секунду враждебная поза Нейта рушится, он резко переводит всё внимание на отца и говорит:

— Господи, Рид… с ней что-то случилось?

— Истон, — хрипло зовет Натали, на мгновение перехватывая мое внимание, пока смысл слов отца оседает тяжелым грузом у меня в животе. — Что значит, приступ?

Отвечает отец, и неожиданно не только мне, но и Нейту:

— С ней всё в порядке. Но в качестве меры предосторожности ее почти двое суток держат под седативами, — он снова впивается в меня взглядом. — Потому что ее невозможно было успокоить.

Два дня. У нас не было ни единого шанса что-то изменить.

— Как и твою мать, — добавляет Нейт, обращаясь к