Это мы не проходили - Мугуа Хуан

А теперь… Он понял, что скучно или нет — зависит от того, с кем идти.

После вечерних занятий Сюй Шэн полночи листал приложение для покупки билетов, выбирая фильм из нескольких популярных новинок. Многие из них по описанию были неплохи, но один вариант он смотреть не мог — назывался «Маньяк-резня 2». Сюй Шэн хотел было пролистнуть его, но внезапно вспомнил одну деталь: как среди ночи Шао Чжань написал ему: «Протяни руку».

Сюй Шэн медленно закрыл глаза и начал активную внутреннюю работу над собой.

Будь проще.

Пожертвуй собой.

Другие фильмы, конечно, интересные, но будет ли там пространство для развития?!

Сюй Шэн наконец, скрепя сердце, нажал кнопку «Купить билет» на странице «Маньяк-резня 2».

В этот вечер Шао Чжань так и не дождался, чтобы Сюй Шэн пришёл к нему в комнату с домашкой. Зато он получил сообщение в WeChat.

S: Ты здесь?S: Выйди.Свободное время для входа в общежитие давно закончилось.S: Подойди к окну в конце коридора на первом этаже. Просто открой его.Сюй Шэн даже в такой момент не забыл проявить заботу и добавил последнее: На улице ветер. Не простудись.

Шао Чжань: «…»

Сюй Шэн не был уверен, что ему удастся заманить его.

Его сосед по парте, хоть и был раньше «грозой Наньпина», давно завязал и с момента поступления в школу вёл себя более чем образцово.

Выйдет ли он?

Сюй Шэн сидел на ограде и ждал Шао Чжаня, размышляя в ожидании.

Ночью дул сильный ветер. Школа, днём шумная и суетливая, сейчас затихла, лишь изредка слышался стрекот цикад. Фонари отбрасывали тусклый жёлтый свет. Сюй Шэн опёрся руками о край ограды, свесив длинные ноги, даже не осознавая, насколько вызывающе выглядит со стороны. Ему казалось, что не хватает только цветка в руке — обрывать лепестки и считать: «Придёт — не придёт, придёт — не придёт…»

Сюй Шэн не успел додумать, потому что в его поле зрения ворвался чей-то силуэт.

Юноша, видимо, только что принял душ — волосы ещё не высохли, на нём не было школьной формы. Стоя против света фонаря, он весь растворился в темноте ночи. Черты лица было не разглядеть, но отчётливо виднелись прямая спина и холодная аура — на самом деле Сюй Шэн всегда считал, что без школьной формы Шао Чжань гораздо больше похож на самого себя.

Шао Чжань подошёл к стене и остановился: «Ты чего тут расселся?»

Один — на стене, другой — под стеной.

Сквозь тусклый жёлтый свет, проникающий с улицы, даже стрекот цикад вдруг стал громче и горячее.

Сердце Сюй Шэна колотилось от волнения. Он и представить не мог, что, собираясь пригласить человека, можно так нервничать.

Но он всё же со всей привычной ловкостью поманил его пальцем, сидя на стене, и, чуть растягивая слова, с небрежностью сказал: «Старший брат ведёт тебя в кино. Пойдёшь со мной?»

Примечания к главе:

[1] 饭卡 (fànkǎ) — пластиковая карта для оплаты еды в школьной столовой. Ученики пополняют её и расплачиваются.

Глава 71

За стеной, совсем рядом, простиралась пустынная оживлённая торговая улица. Закончив фразу, Сюй Шэн заметил, что Шао Чжань пошевелился. Он сделал пару шагов вперёд; голос его по-прежнему звучал привычно холодно, но в нём непроизвольно проскользнула снисходительность.

Шао Чжань сказал: «Путаница в поколениях».

В голове Сюй Шэна проплыла строка из прочитанного гайда.

«Если тебе удалось пригласить человека — значит, есть надежда. Возможно, он тоже к тебе неравнодушен. Поднажми!»

Вперёд, ты справишься.

Сюй Шэна совершенно не волновал вопрос, кто тут «брат», — он за это никогда и не цеплялся, просто сейчас болтал языком ради красного словца. Чтобы выманить Шао Чжаня, он хоть в сыновья к нему набиться был готов. Протянув «а», он упёрся рукой в стену, согнул одну ногу, приняв полусогнутую позу, готовясь в любой момент подпрыгнуть: «…А брат[1] сходит со мной в кино?»

Голос Сюй Шэна крючком забирался в уши Шао Чжаню, интонация была развязной, и лишь чуть приглушённый финальный тон выдавал, что на самом деле он очень напряжён.

Сегодня на нём была всё та же чёрная футболка, в которой он стоял на трибуне для извинений, с кричащим граффити, джинсы облегали длинные стройные ноги. Выходя в такой час, он не забыл надеть серьгу — весьма вызывающе.

Летняя ночь и правда была ветреной, горячий воздух, смешанный с духотой, набрасывался на всё тело, будто пропуская через электрический ток.

Какой ещё ответ, кроме «пойду с тобой» мог дать Шао Чжань? У него и мыслей не было выпытывать, зачем тому среди ночи тащиться в кино: «Пойду».

Пойду с тобой.

Хоть в море огня, хоть на гору мечей — куда скажешь, туда и пойду.

Сюй Шэн привык перепрыгивать стены, но сегодня случай был особенный, он даже подумал о том, чтобы покрасоваться перед нравящимся ему человеком, принять эффектную позу и спрыгнуть как можно элегантнее и круче.

Затем, замерев в приземлившейся позе на корточках, он хлопнул ладонями и обернулся посмотреть на Шао Чжаня.

Когда он обернулся, Шао Чжань уже взобрался на стену. Движения чёткие и решительные — обычно Сюй Шэн видел Шао Чжаня чаще всего за написанием задач, а сейчас тот выглядел по-юношески и был очень близок к тому Шао Чжаню, которого он знал. Сними с него ярлыки «первый по успеваемости», «примерный ученик» и эту маску сдержанности — внутри Шао Чжань был таким же, как все юноши его возраста: ярким, своевольным и горячим.

При этой мысли Сюй Шэн вдруг ощутил смутную, невыразимую тайную радость. Только он знал секрет прошлого Шао Чжаня, только он был ближе всех к тому Шао Чжаню, каким тот был больше года назад.

В бытность свою Шао Чжанем он ещё и в зеркале видел татуировку, которую тот прятал под одеждой.

Это чувство — «только я знаю» — было словно тайком съеденная конфетка.

Шао Чжань и правда много лет таким не занимался, но стену перепрыгнул всё равно красиво: главное, рост у него был подходящий, ноги длинные, врождённое преимущество очевидное, и с координацией тоже всё в порядке. Спрыгнув, он увидел, что Сюй Шэн, сидя на корточках у автобусной остановки, смотрит на него и, кажется, улыбается: «Чего лыбишься?»

«Да так, ничего, через стену ты прыгаешь сносно, — сказал Сюй Шэн. — А я уж думал, ты много лет школьным хулиганом не был, навыки подрастерял».

Шао Чжань ничего не ответил. Он встал перед