Всегда моя - Лора Павлов

— Да! — крикнула Дилан. — Покажи им, что ты умеешь. Ладно, Эш, даю телефон Чарли, мне нужно заняться ее макияжем. Сделаем ей настоящий смоки-айз.

— И не забудь добавить хайлайтер в этот глубокий вырез, — крикнула Эверли. — Мне пора, один из игроков звонит.

— Им бы в рабочее время это делать, — покачала головой Шарлотта, беря телефон у Дилан и глядя сразу на оба экрана.

— Они профессиональные спортсмены, а у нее стажировка.

— Это что значит? — спросила Эшлан.

— Это значит, что она у них на побегушках, — прошипела Дилан, а Эверли, смеясь, попрощалась и отключилась.

Я повернулась к Дилан, пока она делала мне макияж, а Эшлан рассказывала о своих занятиях по журналистике. Она училась на третьем курсе, была отличной студенткой, но долго не могла определиться с направлением. Мы слушали и убеждали ее просто набраться терпения.

Моя мама всегда верила, что человек должен заниматься тем, к чему он предназначен. Она не считала нужным переживать из-за того, что не можешь контролировать. Вот бы мне уметь так философски относиться к жизни. Никогда не умела. Но я изо всех сил старалась не передавать своим сестрам свою тревожность по поводу того, что нужно обязательно делать все правильно.

— Мой куратор сказала, что мне лучше поторопиться с выбором, если я хочу закончить обучение в следующем году.

— А кем ты хочешь работать после выпуска? — спросила Шарлотта. — Я всегда знала, что хочу работать с детьми, и это помогло.

— Не знаю, в этом и проблема. Ну, я вижу себя замужем, с семьей, но не могу представить, чем я буду зарабатывать на жизнь.

Дилан расхохоталась, развернула меня к зеркалу и выглядела очень довольной собой, так что я едва дождалась, чтобы увидеть результат.

Вау.

Глаза — яркие, с глубоким дымчатым макияжем. Губы — пухлее, чем обычно, а они и так были полными. Она обвела их контурным карандашом, и они казались еще сочнее.

— Обожаю. Спасибо. И, Эш, ты не переживай. Не обязательно знать все заранее. Выбери что-то универсальное, как, например, бизнес.

— Да. Вот я, — подхватила Дилан, — сколько раз меняла мнение, пока не поняла, что хочу в юридическую школу. Выбирай то, что даст тебе свободу. Ты справишься, — она сложила пальцы щепоткой, поцеловала их и с удовольствием посмотрела на мое отражение.

— Хорошая мысль, — сказала Шарлотта и, распахнув глаза, добавила: — Виви, ты просто супер.

— Ладно, мне пора. Я сказала, что встречу его там. Не хотела ехать с ним в одной машине на случай, если свидание пойдет плохо.

— Мы тебя подкинем по дороге, — сказала Шарлотта, пока Дилан красила губы себе.

— Да. И если все будет провал, звони — заберем, — добавила Дилан.

— Не нужны мне мои сестры в роли такси на свидание, — я нашла сумку и потянулась за длинным черным тренчем.

— Слишком поздно. В этом городке всего одна главная улица, а мы как раз едем домой. Проезжаем мимо Ricardo's, так что хватит ныть и садись в машину, красавица, — Дилан шлепнула меня по попе, и я пискнула.

— Оставьте меня на линии. Хочу, чтобы было чувство, будто мы вместе.

— Это безумие. Высадите меня за пару домов, чтобы он не видел, как я выхожу из вашей машины, — сказала я, когда мы выехали со двора. — Мне вообще пешком дойти проще — тут всего квартал.

Но Дилан, как сумасшедшая, припарковалась прямо у входа в Ricardo's. Я покачала головой и распахнула дверь:

— Пока, Эш, пока, Чарли, а ты иди к черту, Дилли! — я хлопнула дверью, но окно тут же опустилось, как только я направилась к ресторану.

— Давай, зажги, красотка. Правда же, парни? — крикнула она.

Пара проходивших мимо парней выглядели шокированными и помахали мне.

— О, привет, Джои. Привет, Маркус, — подняла я руку.

Повернулась, бросила на Дилан выразительный взгляд и покачала головой:

— Месть будет сладкой.

— О, не лучшее начало свидания, — услышала я за спиной.

Я чуть не умерла от стыда — Хантер подошел как раз в этот момент, а Дилан, захлебываясь от смеха, уехала от тротуара.

— Прости, — сказала я. — Это сестра, просто издевается.

— Тут особо и издеваться не над чем, Вивиан. Ты выглядишь потрясающе, — он открыл дверь. — Я бы с удовольствием заехал за тобой.

— Нет, я всего в квартале живу. Они просто были дома перед тем, как я ушла.

Он кивнул, назвал свое имя хостес, и мы прошли к задней части зала. Он пододвинул мне стул, сел напротив. Подошел официант, мы заказали по бокалу вина, и я добавила воду.

— Значит, вы с сестрами все еще близки? — спросил он. — Помню, всегда восхищался этим, когда мы росли. Все любили сестер Томас.

Он улыбнулся официантке, когда она принесла напитки, и мы заказали ужин.

— Да, иногда даже слишком. Я их обожаю, но они сводят меня с ума.

— Понимаю. Мой старший брат Логан постоянно клянчит у меня деньги.

Я рассмеялась:

— А у меня выпрашивают выпечку и одежду.

— Ты все еще общаешься с тем здоровяком? Кажется, его звали Ник?

Я отпила вина и кивнула:

— Нико Уэст. Да, мы дружим с детского сада.

— Он всегда меня пугал. Я играл с ним в футбол в выпускном классе, а он тогда был первокурсником, но выглядел жутко устрашающе.

— Он как M&M: с твердой оболочкой, но мягкий внутри. Только не говори ему, что я так сказала, — я улыбнулась и оглядела его.

Он был высоким и худощавым, в рубашке и свитере, со светлыми волосами, идеально уложенными гелем.

— Не волнуйся, не скажу. У меня с Сарой было так же. Лучшая подруга, понимаешь?

Я улыбнулась, но сомневалась, что это было «так же». Сара была не из Хани-Маунтин, они познакомились в колледже и встречались. Совсем не то, что у меня с Нико, но я не стала это озвучивать.

— Это было так тяжело.

— Ты не представляешь. Мы делали все вместе — кино, живопись, прогулки. Если не виделись, то болтали по видеосвязи. А уж секс… даже не начинай. Это было… — он посмотрел в потолок с таким томным выражением, словно прямо сейчас мысленно был в постели со своей бывшей.

Со мной на свидании.

Он вытер слезу, скатившуюся по щеке, и я ахнула.

— Хантер, мне очень жаль. Это ужасно, правда.

— Ты когда-нибудь любила кого-то так, что без него не могла дышать? — спросил он как раз в тот момент, когда официант поставил перед нами тарелки.

Я задумалась:

— Честно? Нет. Никогда не чувствовала такой связи с тем, с кем встречалась.

— Это очень тяжело, Вивиан, — его голос сорвался на рыдание, и