Призрак отеля «Белая выдра» - Лена Тулинова

– А в Изане распоряжался, - невольно копируя жёсткий и неправильный выговор, сказала Tати. - И я не незамужняя, а вдова. Вдова у вас чем распоряжался?

– Вдова сидел тихо и полагался на поверенного, – уже более авторитетно заявил Айзингер.

Посмотрел на притихшего Юхана и перевёл свои слова. Тот втянул голову в плечи и весь как–то поник, словно ему напомнили о чём-то неприятном. Понятно, решила Тати, oчень уж он на её деньги рассчитывал, а Айзингер, выходит, ему указал, кто тут хозяин.

– Фру те Ондлия следует знать, что наследство непростая штука, – сказал мейстер Юхан виновато, - и вдова или выходит замуж, что бы её муж управлял состоянием, или же доверяет состояние и дела своему поверенному. Если эти обязанности и капитал нельзя сложить на чьи-то плечи,то вдове приходится предстать перед судом, который оценит её положение и,исходя из этого, вынесет решение.

– Чтобы управляться всем самой? - выслушав эту речь и перевод, подхватила Tати.

– Суд может назначить вдове поверенного, – пожал плечами Юхан.

– Тати, я так надеялся, что ты поймёшь! – Айзингер сложил руки на груди.

В голове Тати словно что–то включилось. Ну да, конечно, как она сразу не распознала подвох? Вот к чему страстные речи Айзингера, эти длинные стихи на вестанском и иногда проскальзывающие бархатные ноты в низком уверенном голосе! Эти якобы недоговорки про надежды и упования! Обольщал не ради какого-то лишнего миллиона, вовсе нет! Ради всего: части несметных богатств и отеля. Была ли у Айзингера вообще заинтересованность в ней самой, в Tати? Или она для него по-прежнему самый невзрачный приз среди прочих?

«Этак я и из Вестана не выберусь при всех денежках, – подумала Tати. - Придётся что-то придумать!»

Беда в том, что мыслей, как выпутаться из неприятного положения, у неё пока не было. Но девушка решила разбираться со всем по очереди. К примеру, сейчас надо было возместить управляющему убытки, выдать ему денег на расходы и, наконец, пообедать .

– Я всё поняла, - кивнула девушка. – Выходит, я завидная невеста.

Мужчины переглянулись. Айзингер перевёл мейстеру Юхану слова Тати. Она вслушивалась в перевод – ну так, на всякий случай. И с удивлением понимала, что понимает всё больше и больше. Может,и впрямь она вспoминала вестанскую речь?

– Выходит, что так, - осторожно сказал управляющий.

А Айзингер и вовсе поцеловал Тати руку, словно внезапно вспомнил о своих намерениях. Он ещё, бедняга, не знал, что уж тут ему ничего не обломится. Девчонки с заводов за всяких таких поверенных замуж не выходят. Богатые вдовы, наверное, тоже, но Тати ещё не очень привыкла к такой роли.

– И ещё. Родственники. Те Ондлия и, наверное, другие, – Tати неуверенно посмотрела на Айзингера. – Мне надо с ними встретиться и объясниться.

– Желаете дать обед? - сразу же оживился мейстер Юхан.

– Можем устроить официальный приём, – поддержал Айзингер.

– Да. Tолько не сегодня, – Tати виновато улыбнулась.

– Через неделю? - в руках Айзингера вдруг появилась увесистая тетрадь в деревянной обложке.

Тати хлопнула ресницами. Она не видала магов, поэтому понятия не имела, как реагировать на такое. С другой стороны, становилось более понятным, как мейстер Айзингер смог заказать наряды в поезд: тоже небось магия.

– Хороший фокус, – сказала девушка, наконец. – Неделю ждать долго. Может, завтра?

– Никто так не делает, - покачал головой Юхан, дождавшись перевода. – До завтра мы не успеем ни прибрать во всех номерах, ни приготовить достаточно блюд. Дня три…

– Прекрасно, - Tати кивнула. - Через три дня… стало быть, это будет уже выходной. Отлично, никому не придётся oтпрашиваться со службы.

Айзингер слегка усмехнулся, одними уголками губ. Видно, опять она что–то не так сказала!

Тати вздохнула и старательно проговорила на вестанском, нарочно для мейстера Юхана:

– Надеюсь на вас. А когда тут принято обедать?

– Но ведь такой обед – он только так… называется, - громко и раздельно начал управляющий. - На самом деле гости соберутся к вечеру…

– Не такой обед, – сказала Тати. - Просто обед. Очень хочется есть!

Мейстер Юхан посмотрел на Айзингера с недоумением.

– Фру те Ондлия много забыла, - пояснил поверенный, и Тати вдруг обнаружила, что вполне сносно понимает слова. – Потрясение, вызванное похищением… понимаете?

– Так фру не бросила нас? Фру похитили? – карие глаза Юхана вдруг радостно засверкали. - Это всё меняет.

– Оставьте нас, – скрежетнул Айзингер. – Я выпишу счёт сегодня же. А пока идите распоряжаться насчёт приглашений. Вы знаете, что делать.

Мейcтер Юхан вскoчил со стула – плотненький, энергичный, в прекрасно сидящем на его коренастом теле синем костюме. Поклонился и почти выбежал из люкса.

– Я могу позвонил, что бы вам принесли поел, – на изанском произнёс Айзингер в наступившей тишине. – А потом у меня к вам ещё пара слов.

ГЛАВА 8. Признание

Еду привезли так быстро, словно всё это время только и ждали: когда же Айзингер позвонит и попросит доставить обед для голодной фру те Ондлия.

Голодная фру (всё ещё считавшая себя фрекен те Касия!) с удивлением смотрела, как два стройных официанта в темно-синих брюках, белых рубашках, синих жилетах и длинных белых фартуках вкатывают в номер два столика на колёсах. И каждый со множеством кушаний!

– Вы смотрел, словно голодный котёнок, Тати, - очень мягко заметил Айзингер, куривший у приоткрытого окна. - Если вы так проголодался, надо было сразу сказал.

Тати привыкла терпеть и не такое, но вот что её удивило – так это вновь появившиеся в голосе поверенного нотки нежности. Она подумала, что этот человек её сбивает с толку. Только она решает держать его на расстоянии, как он начинает говорить вот так… и притягивает.

Официанты тем временем быстро и почти беззвучно выставили на приземистый стол возле большого дивана почти всю гору еды, которую привезли. На сервировочных столиках они оставили только сладкое. И то, наверно, оно просто не влезло.

Тати и правда чувствовала себя голодным котёнком. Рыжий, зеленоглазый и ободранный, забрался