Измена. Обманчивое превосходство - Дина Павлова

что его мадам выгнала ребенка на лестничную клетку, так он не удосужился не то что приехать, но даже не позвонил дочке и не успокоил ее. По сути просто вышвырнул ребенка руками любовницы и объявил, что знать ее не хочет.

И теперь, сидя в детской, прижимаю плачущую дочку к груди и слушаю как она сквозь слезы обвиняет меня в разгульном образе жизни. Я ощущаю дичайшую злость на этого упыря. И сам воспитывать не собираюсь, и вам отношения испорчу. Поступил как капризный и испорченный мальчишка. Девочка тебя искренне любила, доверяла, как ты мог лгать ей? Ведь самое поразительное, что Таня простила бы ему, что он притащил любовницу. Для того чтобы дочка его любила и понимала, Аркаше было достаточно просто ее любить в ответ. Ни меня, ни Артема. А именно ее!

Он мало того, что попытался настроить Таню против меня, он еще и умудрился разбить сердце ребенку. И этого я не могу ни понять, ни простить.

– Танюш, у меня нет никаких любовников и никогда не было, – поворачиваю лицо девочки к себе, глажу волосы. Глаза красные, всхлипывает.

– Но папа сказал…

– Он соврал, – отвечаю спокойно. – Нет и не было у меня ни одного мужчины кроме него.

– Зачем он соврал? Ведь я потому и решила к нему поехать, чтобы поговорить, пожить с ним, утешить… Я думала он на нас всех обиделся.

– Нет, – мотаю головой, – Ему не на что на нас обижаться. Мы ничего не сделали ему плохого

– Тогда почему он ушел? Зачем завел любовницу… К тому же она глупая и злая. И не очень красивая.

– Она ему нравится, – пожимаю плечами, – Захотел изменить жизнь. Иногда так бывает. Дело не в нас, дело в нем.

Таня задумывается, а я достаю телефон:

– Если хочешь, могу показать что произошло пока тебя не было. Если ты готова к этому конечно.

– Покажи, – кивает. Я до сих пор не уверена, что стоит показывать девочке эту отвратительную сцену. Но учитывая что Таня считает что это с ней что-то не так, раз отец с ней так поступил, надо всеми силами доказать, что дело не в ней. Это отец сволочь.

Я открываю видеозапись и разворачиваю телефон. Таня смотрит в молчании, не моргая, и по ее лицу я даже не могу понять толком что она думает. Но ничего хорошего это точно. Когда запись заканчивается, она, всхлипнув последний раз, произносит:

– Мам, а давай отомстим ему? Ну, в бензобак сахара насыпем может?

– С ума сошла, нам эту машину еще обратно отсуживать, – улыбаюсь. Однако ребенок не успокаивается:

– Тогда входную дверь говном намазать!

– Таня, – вздыхаю.

– Мам, – прерывает меня дочь, – Я понимаю что ты типа интеллигентная женщина и все такое, поэтому говном буду мазать я!

– Танюш, ты теперь на учете в милиции, тебе лишние проблемы нужны? Тебе вообще лучше нигде не высовываться ближайшие полгода. Тем более у его двери. Тебе еще поступать. И отметки в личном деле дорогу тебе не упростят. – Заметив как она сразу сникла, обнимаю, чтоб успокоить. – Не переживай. Все будет в порядке, это просто чтоб твои сведения всегда были под рукой. Контроль для профилактики. Ты же не магазин обокрала все-таки. А папа… Ты его любовницу видела?

– Видела, – пожимает плечами, – Мерзкая тетка!

– А теперь представь что ему с ней жить…

– Мам, но он уже с ней живет! Значит ему нравится, что она с ним так разговаривает?

– Какая ты наивная, – качаю головой, – Не разговаривает она с ним так… Пока что. Такие мадам очень любят скрывать свою сущность до тех пор, пока не получат желаемого. А именно штампа в паспорте. Она-то думает, скорее всего, что он сказочно богат. А богатым является твой дедушка. А вот кстати и он звонит.

Беру трубку и, поднявшись, иду к окну. Интересно, он уже знает что мы разводимся с Аркашей?

– Привет, Рита, Таня у тебя?

– Привет, пап, у меня, все хорошо, – выходит он в курсе истории с полицией? – А ты…

– Да-да, все знаю. Она не сильно расстроена?

– Сильно, Аркаша поступил некрасиво, но я ее вроде успокоила. Еще минут десять, и поеду на работу, мне уже трубки обрывают.

– Сможете сегодня приехать в гости? Ты, Артем и Таня?

– Конечно. Но это будет не раньше восьми.

– Так сегодня пятница, переночуете у нас, – его голос максимально мягкий. По всей видимости сказку про любовников Аркаша ему рассказал, но он не поверил. Он вообще верит только тому, что сам видел. А сказки слушать не любит, как и делать скоропалительных выводов.

– Хорошо, папа, – невольно улыбаюсь. Вечер будет на редкость спокойным, не смотря на все утренние нервы. Уж что что, а разбирать сложные ситуации Владимир Петрович умеет. Без визгов, писков и спектаклей разложит все по полочкам и распишет план действий. Причем абсолютно не предвзято. Обиженным никто не уйдет.

Отношения со свекрами у меня на редкость хорошие. Я обращаюсь к ним обоим на «ты» и называю «мама» и «папа». И так с первого дня семейной жизни. Аркаше никогда не нравилась подобная «интимность», он слегка ревновал родителей, при этом мою маму называл всегда по имени-отчеству. Впрочем, это уже не так важно, потому что Аркаша – теперь для меня – посторонний.

Глава 16. Владимир Петрович

Аркаша… Самая большая боль для мужчины – это если воспитал своих детей отвратительно. И особенно остро это чувствуешь когда в других сторонах жизни все сложилось. А мне жаловаться грех.

Прекрасная жена, с которой я много лет живу и счастлив, прекрасные внуки. Невестка – загляденье. Денег у меня больше, чем у большинства людей. Я по-настоящему богатый человек. Живу, занимаясь любимым делом. Даже здоровье у меня вполне себе сносное для моего возраста.

И на фоне этого общего благополучия Аркаша как клоп на белой рубашке… Что с ним не так? Почему он настолько отвратителен? Мы его баловали, это да. У меня есть оправдание: он рос единственным ребенком. К сожалению у Ники не вышло родить еще… Вторая беременность окончилась трагично, жена долго лечилась… И потеряла возможность иметь детей. И мы всю свою любовь и заботу вложили в единственного сына.

Да, он учился с огромной неохотой… Но в тот момент я не считал это проблемой, искренне надеясь, что в Аркаше однажды проснется жилка дельца, предпринимателя… Называть это можно как угодно! Но еще я понимал что его лень – это огромный минус, что такое качество может сыграть с ним в будущем злую шутку.

Первые