Бывший. Мы будем счастливы без тебя - Даша Черничная

Мне очень… очень хочется расплакаться.

— Срок знаешь? — спрашивает у меня тихо.

— Две недели задержка, — шепчу.

— Скорее всего, около шести недель. Надо УЗИ делать и ХГЧ сдавать.

— Я боюсь, — губы трясутся. — Меня мама убьет.

И ты тоже, Ярослав убьешь, когда узнаешь, что этот ребенок — твой внук.

— Твоя мать — удивительной мудрости женщина, — произносит восхищенно. — Ну а тебе восемнадцать, не вижу никаких проблем. Батя есть?

Есть. Твой сын. Который уехал неизвестно насколько… И вообще непонятно, вернется ли.

— Яр, ты же врач. Должен понимать, что непорочное зачатие — история не из реальной жизни.

— Значит, нет. Ничего, Катюх, все будет хорошо, не реви.

— Что ты тут делаешь? — чуть ли не выкрикиваю.

Тимур криво улыбается.

— Тебе как, подобный отчет предоставить или можно сжатый?

И правда, чего это я. Тимур имеет право тут находиться. Хотя бы потому, что больница это общественное место. Но, полагаю, он пришел к Яру.

— Ты к отцу, да? — спрашиваю уже более спокойно.

— К нему, — кивает.

Подробностей не выдает.

Присаживаюсь на корточки, прямо в ноги Тимуру, и начинаю собирать листки. Конечно, документы испорчены и мне нужно вернуться и распечатать новый отчет.

Ползать в ногах Вахтина крайне неловко, поэтому, когда он приседает напротив меня, помогая собирать бумаги, мне становится легче.

— Что это? — беспардонно заглядывает в цифры и выгибает бровь. — Отчет?

Выхватываю у него листок и сминаю бланки, что держу в руках.

Там нет никакой секретной информации, но все равно… нечего ему ковыряться в этом.

Тимур хмурится, глядя на неровный мокрый комок в моих руках.

— Ты кем работаешь тут? Секретарем, что ли?

Это звучит с каким-то странным презрением.

Я поднимаюсь на ноги и отхожу от Тимура.

— Даже если секретарем, то что? — выкидываю документы в урну и поворачиваюсь, складываю руки на груди.

Вахтин уже на ногах. Даже несмотря на грязную рубашку, он все равно выглядит привлекательно. Устрашающе, но чтоб меня… до чего же он притягивает взгляд.

— Ты же хотела быть химиком, — Тимур смотрит на меня непонимающе.

— Я много чего хотела, Тимур.

Господи, что я делаю! Зачем недвусмысленно напоминаю ему о прошлом? Да, о том самом прошлом, в котором я рассказывала Вахтину о том, что люблю его больше жизни.

— Пойдем, я дам тебе салфетки. В туалетах проблемы с водой, потому что где-то авария с водопроводом и воду нам подают нерегулярно. Она еле течет…

Разворачиваюсь и быстро иду по коридору, лишь бы он перестал задавать мне неудобные вопросы и, не дай бог, не вспомнил о прошлом.

Нет. Все. Я перевернула эту страницу и начала новую жизнь. У меня есть Филипп, в конце концов. Тимур остался в прошлом. Просто воспоминание. Не более.

Я открываю свой кабинет и быстро прохожу внутрь, достаю из сумочки пачку салфеток и оборачиваюсь.

Тимур уже вошел и без всякого стеснения осматривается. Руки в карманах брюк, и даже чертово кофейное пятно на рубашке не портит его внешний вид.

— Вот, держи, — подхожу и протягиваю Тимуру упаковку. — Извини, что так вышло. Я торопилась, ну и… короче, ты понял.

Он наконец перестает сканировать взглядом мой кабинет и опускает глаза на меня, забирает упаковку салфеток.

— Выходит, ты провизор, — произносит равнодушно.

— Провизор. — Вообще-то, фармацевт-провизор, но в подробности я не вдаюсь. Отворачиваюсь, иду к компьютеру, чтобы снова распечатать отчет, а сама краем глаза слежу за Тимуром, который достал несколько салфеток и проходится ими по рубашке.

— Почему?

— Что почему? — хмурюсь, но не смотрю на мужчину. — Почему я работаю? Чтобы заработать деньги и кормить дочь и себя. Что за глупые вопросы?

— Ты хотела уйти в науку.

Подхожу к принтеру и забираю новые листы.

— Оказалось, что есть мне хочется больше, чем строить карьеру в малооплачиваемой специальности, где такая конкуренция, что тебя готовы сжечь на костре за любую мелочь.

Резко поворачиваюсь и смотрю на Тимура. Тот кладет упаковку салфеток на тумбу у входа.

— Мне пора, — указываю подбородком на выход.

Вахтин отходит в сторону и ведет рукой, пропуская меня вперед.

Пространства тут не так уж и много, я прекрасно понимаю, что разойтись, не коснувшись друг друга, не получится, но все равно иду…

Сжимая в руках бумаги, иду к Тимуру.

Он следит за каждым моим шагом, и мне кажется, вот-вот сделает что-то, но он не двигается, когда я подхожу ближе.

Протягиваю руку, чтобы положить ее на дверную ручку, и все-таки касаюсь его. Локоть тут же прошивает электричеством.

— Прости, — тру локоть и спешно выхожу в коридор.

— Прекрати просить прощения, — говорит Тимур холодно.

— Ладно, я пойду. Пока, — тараторю и разворачиваюсь.

По коридорам практически лечу. У двери в мамин кабинет быстро стучу и захожу.

— Привет, — улыбаюсь маме, которая сидит за столом.

— Привет, Кать. Ты отчет принесла? Проходи. О, Тимур, и ты тут!

Дергаюсь.

Тимур стоит прямо за моей спиной, как чертов демон!

— Добрый день, Ольга, — улыбается расслабленно.

Мама округляет глаза:

— А что у тебя с рубашкой?

— Да так, — пожимает плечами. — Всего лишь маленькое человеческое ДТП. — Бросает насмешливый взгляд на меня и снова смотрит на мать. — Ты хотела мне что-то сказать?

— Да. Как здорово, что вы пришли вместе! — поднимается, а я внутренне сжимаюсь. Мне не нравится все это. — Вы же помните, у Ярослава скоро день рождения, и я хотела, чтобы вы мне помогли.

— Чем? — вжимаю голову в плечи.

— Я купила ему велосипед, но сама забрать его не могу, это привлечет внимание Ярослава. Так что, Катюш, я хотела попросить тебя забрать велик и подержать какое-то время у себя. Тимур, а ты не мог бы помочь Кате? Сам понимаешь, вещь не легкая, доставки у них нет, а на складе предупредили, что они просто выдают товар, нести до машины и укладывать в багажник придется самостоятельно.

Мама-мама, что ж ты делаешь…

— Без проблем, Ольга, — легко отвечает Тимур. — Мы с Катей все сделаем. Да, Катя?

До боли сжимаю зубы и медленно растягиваю рот в неестественной улыбке.

— Конечно, Тимур. — Разумеется, мы справимся.

Осталось только пережить дискомфорт от пребывания в закрытом