В плену безумия - Катерина Пелевина

Потом всё же разбираю…

— Кончай, малышка…

И тогда происходит взрыв.

Не громкий, не разрушительный, а тихий, но всепоглощающий. Как если бы внутри меня зажглась звезда и рассыпалась на миллиарды фотонов, осветив каждую нервную клеточку и каждый закуток моей души…

Моё тело теперь, как проводник, через который проходит ток невероятной силы. Я не контролирую его. Я становлюсь им…

Это не я. Это — мы… Единое целое…

Чувствую, как мышцы сжимаются, как дыхание срывается, как сердце бьётся в унисон с его сердцем…

Это не просто физическое. Это — химическая реакция. Гормоны, повышение температуры тел, запахи…

Я растворяюсь в нём. Он растворяется во мне.

А потом наступает расслабление. Он кончает тоже…

Я лежу, прижавшись к нему, и чувствую, как моё тело медленно остывает, как пульс замедляется, как дыхание выравнивается.

Он целует меня в висок, проводит рукой по волосам. Нежно сжимает их у корней, будто массируя.

— Ты как? — спрашивает тихо.

Я улыбаюсь, не открывая глаз.

— Как будто меня переоткрыли. Пересобрали. Сделали лучше.

Он смеётся тихо, прижимая меня ближе.

— У меня тоже самое…

Я открываю глаза, смотрю на него. В полумраке его лицо кажется другим — более чётким, более настоящим.

— Я люблю тебя, Глеб… — признаюсь я, ощущая, как из левого глаза выступает малюсенькая слезинка, символизирующая о том, как мне было важно это произнести. Именно сейчас…

— И я тебя люблю, кудряшка, — отвечает он с трепетом…

И в этот момент я понимаю, что так счастлива…

Как никогда не была…

Глава 13

Глеб Зимерев

В комнате лишь полумрак. Сердце долбит в груди, как одурелое… Я лежу, прижимая к себе Алёну, и слушаю её дыхание… Ровное, тихое, убаюкивающее.

Она спит. Её голова удобно устроилась у меня на плече, волосы щекочут шею. Я осторожно провожу пальцами по её руке… Тёплой, гладкой… И чувствую, как внутри разливается странное, почти болезненное трескучее чувство. Любовь.

Я никогда не думал, что смогу испытывать что-то подобное. Не просто желание, не просто привязанность, а вот это: когда каждый её вздох отзывается в тебе, когда её улыбка становится важнее всего на свете.

Как я жил без неё раньше? Или существовал?

Вспоминаю наши первые встречи… Её смущённую улыбку, робкие взгляды, то, как она краснела, когда я брал её за руку. Тогда я ещё не понимал, что она будет смотреть на меня так же… Что она решится на такое…

Теперь понимаю. Судьба…

Это не просто влечение. Это она. Вся. Её смех, её страхи, её мечты. Её упрямство, когда она спорит со мной о ерунде. Её нежность, когда она обнимает меня по утрам.

Всё это — моё. И я — её. Теперь уже точно… На мне её кровь.

Ночью было… Незабываемо, чёрт возьми. У меня никогда такого секса не было. Девушки были… А секса вот такого — нет. Да и это другое. Чувства… Они такие сильные, оказывается. Сильнее любых слов и извращений… Настоящие ощущения…

Она шевелится, приоткрывает глаза в сонном волнении…

— Ты не спишь? — шепчет, не поднимая головы.

— Не могу, — отвечаю тихо. — Смотрю на тебя. Балдею…

Она улыбается, тянется к моим губам. Поцелуй лёгкий, как дуновение ветра, но от него внутри всё переворачивается. Я, блядь, так неимоверно счастлив сейчас. Не знаю даже, как описать… Это целая буря внутри.

— Я люблю тебя, — говорю я, сам удивляясь тому, как легко это звучит. Как естественно. Хотя всего лишь второй раз… А для меня так, словно я всю жизнь ей признавался… Не знаю уж как это работает…

— И я тебя, — отвечает она, прижимаясь ближе.

— У меня никогда так не было… ни с кем.

— У меня тоже… — шепчет она, а я улыбаюсь.

— Я знаю… Видел… Ощущал…

Смущаю её этим... Понимаю. Но ведь я с самого начала понимал, что она девственница… И у меня не было пунктика на этом, разумеется… Просто так вышло. И по правде говоря, я рад, что у неё я первый… Просто потому что не хочу, чтобы она сравнивала с кем-то. Это неприятно ощущается под кожей…

Я хочу знать, что был у неё единственным… Не знаю почему…

Ни разу в жизни я не чувствовал ничего подобного. Ни с кем. Это не просто слова. Это — факт.

Её пальцы рисуют невидимые узоры на моей груди, и я закрываю глаза, впитывая каждое прикосновение. Это точно что-то на любовном языке… Это так ощущается.

— Знаешь, — говорю я спустя минуту. — Я даже не думал, что так бывает. Что можно вот так… любить.

— Как? — она приподнимается на локте, смотрит на меня с любопытством. Моя Алёнка любит ушами, определенно…

— Так, чтобы хотелось защитить. Чтобы хотелось быть рядом. Чтобы каждое утро просыпаться и думать, что она моя…

— Я! Я твоя!

— Ты… Конечно, ты… — смеюсь, переплетая с ней пальцы.

— Анька говорила, что ты меня юзаешь… Что ты типа… Будешь всегда так себя вести…

Я хмурюсь, услышав это…

— Ты про тот случай на работе, что ли?

— Ага… Я даже слушать не стала… Неприятно…

— Да уж… Мне тоже…

— Извини… Не стоило говорить. Не знаю почему вырвалось. Просто… Я хочу быть с тобой, и я тебе верю, Глеб… Я только тебе и верю…

— А я верю тебе…

Она молчит, но её глаза говорят больше слов. В них столько тепла, доверия и нежности…

Мы целуемся снова… Медленно, тягуче, как будто растягиваем момент, чтобы он длился вечно. Её руки скользят по моей спине, её дыхание смешивается с моим.

— Останься так, — прошу я, когда она пытается отстраниться. — Просто… обними меня.

— Глееееб…

— М?

— Мне пописать надо… — хихикает, вызывая у меня улыбку.

— Ну иди… Только недолго…

— Боишься, что у тебя меня заберёт туалетный монстр, что ли?

— Даже знать не хочу, что это такое, — ржу, пока она надевает свою пижаму и смеётся… Я рассматриваю её украдкой, пока можно… А-то ведь она у меня та ещё стесняшка…

Жду её, глядя в потолок… Думаю о своём.

И она возвращается…

Укладывается рядом, обвивает меня руками, прижимается всем телом. Я чувствую, как её сердце бьётся в унисон с моим, и мне кажется, что мы с ней реально созданы друг для друга… Идеальные контрасты. Цвета кожи, температур, волос… Всего…

— Мне хорошо, — шепчу я, зарываясь носом в её волосы. — С тобой.

— Мне тоже… Я никогда не думала, что может быть вот так спокойно…

Я улыбаюсь.