Вестер, я убью тебя - Августина Светлая

– Шепчущая, мммм, - с наслаждением протянул он, – и когда ты собиралась мне сказать?

– Когда вы начнёте говорить о деле, а не демонстрировать своё обнаженное тело? – ответила, сама поражаясь собственной дерзости.

– Да кто, вообще, говорит о деле до душа и ужина? - притворно расширив глаза от ужаса, осведомились у меня. – И, кстати, напоминаю, - мужчина прищурил глаза и сделал вид, что смотрит по сторонам, – тут на моё обнаженное тело ведётся настоящая охота. Я бы сказал, оно тут интересно почти всем кроме тебя.

– Простите, – от чего-то стало неловко.

– Светлая, - фыркнул мужчина с лёгкой насмешкой.

– По крайней мере, на нашей стороне еще помнят о необходимости представляться.

– Забудь. Тёмные никогда не называют имён, если не хотят кого–то привязать к себе или убить, – дракон, мимо которого мы как раз проходили, согласно мотнул головой, – и про свою сторону можешь забыть, - дверная ручка ехидно захихикала , – теперь ты с нами и увязла в неприятностях, если говорить откровенно, по самую верхушку горы Асэ.

Он опустил меня на низкий диван в полутёмной гостиной, а сам отошёл чтобы налить себе выпить.

– Ты хочешь план, светленькая, – хохотнул мужчина, залпом выпивая первый бокал с каким–то совершенно чёрным напитком. - Будет тебе план, только он тебе не понравится.

С этими словами опустошил ещё один бокал, как–то странно посмотрел на меня, затем разочарованно поджал губы и начал пить из бутылки. Делал он это с таким остервенением, что я, признаться, начала за неё переживать и за него. За всё, кроме себя. За себя просто было слишком страшно. Даже смотреть, не то, что думать в эту стoрону, не хотелось.

– Вы сказали шепчущая, - осторожно начала я, - что это значит? Пoчему какие-то голоса говорят со мной.

Он усмехнулся. Корзина, с энтузиазмом покачивая единственным у себя внутри зонтом, вкатила в гостиную столик с тарелками.

– Ты привираешь, а вроде светленькая, – с укором сообщил мне тёмный, – это ведь с тобой не впервые? Знаки, символы,тени должны были говорить с тобой и на той стороне.

Я кивнула. Его осведомлённость пугала , но в этом мужчинe сейчас нуждалась больше всего не свете. Когда идёшь ко дну, вцепишься во что угодно, лишь бы выплыть. В данном случае, в кого угодно.

– Когда я чувствовала светлый род за своей спиной, то могла обратиться к Всевышнему и получить ответ. Тени, особенно на закате или в предрассветных сумерках, показывали мне картинки.

– Тени! Всё верно, – поддержал собеседник. – Здесь с тобой говорят тоже тени, но желания у них куда более прозаические.

Внимательно посмотрела на него, а затем напряжённо сглотнула.

– Как думаешь куда деваются мысли и чувства, которые мы испытываем в течение дня?

– Остаются в нас? - предположила, не понимая к чему он клонит. Мужчина ухмыльнулся и приземлился на диван рядом со мной. На всякий случай, отодвинулась. Он, конечно, одет, но мало ли что этим тёмным в голову взбредёт.

– С таким количеством стыда тебя бы уже давно разорвало, – убеждённо сказал мужчина, а я почувствовала, как снова загораются щёки, - Все мысли и эмоции существа наполняют пространство, в котором он живет, создают что–то вроде кокона из своей энергии. Встреть эта энергия подобную где-нибудь на улице – тут же сбивается в кучу.

– Подобное притягивает подобное, - прошептала я известный с детства закон.

– Точно, - он открыл крышку над блюдом, и я почувствовала дурманящий аромат жареного мяса со специями и горчицей. Сколько я не ела? День? Два? – Ты присоединяйся, – видя мою реакцию, добавил мужчина. Я – тёмный. Я тебя кормить с ложечки не стану. К тому же я мужчина. Я голоден. А ещё зол.

Уточнять почему зол не стала. Своих проблем хватает. Зато осторожно спросила.

– Может овощи есть?

Тёмный вскочил, броcил вилку на стол и, наклонившись ко мне, зарычал:

– Светленькая, ты просто cдохнешь , если так пойдёт, - его рука до треска обивки сжала спинку дивана, а в глазах полыхнул огонь. – Тени – не тёмные! Они просто тени – энергия. Голодная. Требующая внимания. Жертв, крови. Они будут рассказывать тебе куда идти, что делать. Нашепчут секретов других, лишь бы ты помогла им стать больше, насытиться вкуснее. Они ни с кем не считаются. И им наплевать тёмная твоя сторона или светлая. Наплевать какой род стоит за твоей спиной. Они просто хотят есть.

На этих словах он громко выдохнул, сел и с бешеной скоростью начал поглощать пищу. Молча. Заглатывая за раз куски мяса толщиной с моё запястье. От зрелища стало не по себе, а еще от сравнения, которое само возникло в голове.

– Хочешь ты этого или нет,тебе нужно мясо, – через какое-то время уже гораздо спокойнее сказал он, – а мужчину следует сначала накормить, а после говорить о делах.

Больше я его не беспокоила. Ждала пока закончит. Мясо есть, правда,тоже не стала. Хотя очень хотелось, желудок от голода почти свело.

– Дело вот в чём, светленькая, - закончив и удовлетворённо откинувшись на спинку дивана, протянул мужчина, – императорские ищейки должны были убить тебя еще на свадьбе, но Иринхай сбил им след. Буквально, – пояснил он, видя, что я мало что в сказанном понимаю, - пока ты была в одном месте, они были уверены, ты в другом.

Вспомнила про гремевшие взрывы.

– Я слышала взрывы.

– Как вариант, громко, пафосно, вполне в стиле нынешнего императора. Когда им это не удалось, так же как и нам вывезти тебя сюда, эсхен взял тебя в свой род. Не совсем то, что мы планирoвали, но я его не виню. Работать со светленькими тo ещё удовольствие, – мужчина брезгливо поморщился.

– А что вы планировали?

– Чтo Иринхай забудет про благородство и просто возьмёт тебя. Попортит даже, если очень хочется, по дороге. Нам то, в сущности, ты любая подойдёшь.

Невольно дёрнулась .

– Теперь, правда, нельзя. Тёмный род – это тёмный род. Они за своё стеной встанут и будут держать . А ты, хоть и не чувствуешь, теперь под их защитой.

– А почему я не чувствую?

– Боишься, наверное, кто ж тебя