Изгнанная с позором - Нита Вольская

Сощурился, всмотрелся в лицо. Она достойно выдержала взгляд. С видом ни в чём неповинного человека. Я знаю, чем отличается невиновный от виноватого. И она сейчас не играла.

— Возможно, ты что-то поняла неправильно. Я тебе не враг. И мы всё ещё женаты, ты помнишь об этом?

Усмехнулась.

— Ненадолго, так ведь? Каким будет ваш следующий шаг, достопочтенный граф? Сошлёте меня в Тмутаракань или отдадите на растерзание вам подобных?

Она словно в душу смотрела. Ещё это презрение во взгляде… Всё моё мнимое благородство, которое я планировал перед ней разыграть, улетучилось как эфир. Я почувствовал себя последней сволочью.

Но я не имею права проиграть эту игру, какое бы чувство вины ни испытывал. На кону стоит не только мой статус в обществе, но и моя жизнь, и возможно, жизнь самого короля. Ириану уже не вернуть в высшее общество, какой бы невиновной она ни была, а мне нужно делать свою работу. И я её сделаю, чего бы мне это ни стоило.

— Как раз это я и пришёл обсудить.

Ири откинулась на подушку и скрестила руки на груди.

— Странно, что вы что-то решили обсудить со мной, а не со своей любовницей... Но я вас слушаю.

Моя выдержка дала трещину. И даже не потому, что Ири узнала о моей связи с Люсиной, а потому, что она на это реагировала так, словно ей было наплевать.

Схватил её за предплечье. Сжал. Сильнее, чем планировал. Хотел, чтобы она посмотрела на меня как прежде. И подумал, что, возможно, страх мне вернёт прежнюю жену. Но в ответ получил снова не то, что ожидал.

Ни визга, ни слёз не последовало. Она посмотрела на место захвата, потом резко наклонилась и практически в лицо прошипела:

— Руку убрал…

И я убрал. От неожиданности.

Ириана потёрла то место, которое я только что сжимал, чуть поморщившись. Судя по красным пятнам синяк будет знатный.

Мысленно чертыхнулся. Что со мной происходит? Почему я веду себя с нею как идиот?

— Извини, я не хотел…

Её красивая бровь поползла вверх. Замолчал. Она права: глупое оправдание.

— Вы что-то хотели сказать. Говорите. И уходите.

— Я хотел обсудить отступные.

Она явно не поняла о чём речь. Но растерянность быстро спряталась за маской равнодушия.

— Твои родственники от тебя отказались. И после развода тебе некуда будет идти… — говорил, и сам себя ненавидел. А она сидела с каменным лицом.

— Я выделю тебе своё дальнее имение и буду высылать 100 лиронов в месяц в качестве содержания.

Не знаю почему, но я в одно мгновение решил удвоить сумму. Вдруг понял, что тех пятидесяти, запланированных изначально, ей не хватит даже на еду. А ей ведь ещё нужно будет чем-то отапливать дом в холодный период.

Разрабатывая свой гениальный план, я забыл о главном: что Ири ни в чём не виновата. Что она лишь жертва политических игр. Почему-то поверил в бредни Люсины, и возненавидел собственную жену. Прав был король: та, кто имеет доступ к телу, имеет власть и над разумом.

Посмотрел на Ири: смотрит словно сквозь меня.

Она права. Я действительно поступаю с нею как последняя сволочь. Но я всё исправлю. Вот только разберусь с врагами, и исправлю.

Глава 13. С паршивой овцы хоть шерсти клок

Ирина

К столь быстрому его возвращению я оказалась не готова. И потому не смогла сдержать своих истинных чувств (всегда была плохой актрисой, и с попаданием ничего не изменилось). А потом решила, что это даже к лучшему: чем меньше я с ним буду церемониться, тем реже он будет приходить. Единственное, нужно как-то так вырулить, чтобы он меня выслал на какую-нибудь окраину, а не отдал в проститутки.

Этот кобелина муж смотрел на меня как кот на сметану. Время от времени удивлялся, выглядел задумчивым, но в основном пялился как на любимое лакомство. И это немного сбивало с толку. Если его всё ещё привлекает Ириана, за каким чёртом он полез на эту писклявую?

Когда он в наглую уставился на грудь, прикрываться не стала. Во-первых, поздно, он и так уже увидел всё, что хотел. Во-вторых, они женаты пять лет, а значит Ири уже должна была к нему привыкнуть, и прятаться глупо. И вообще, пусть полюбуется и поймёт, что потерял.

Не знаю, что из себя представляет его любовница, но почему-то уверена, что такой шикарной груди у неё нет. Потому на мою и пялится.

Принялась так же нахально рассматривать его.

Если откинуть всё, что я о нём знаю, и оценить беспристрастно, то граф был довольно красивым мужчиной. Высоким, хорошо сложенным, с приятными чертами лица. Не удивительно, что местные охотницы за чужими мужьями на него вешаются. И наверняка Люська не единственная его подстилка. Но внутренняя гнильца перечёркивает все его достоинства.

Вот взять моего Ваську, например. Внешне совершенно непримечательный, но я его полюбила за то, что он был настоящим мужиком. В моём понимании. Несмотря на запрет родителей, женился на мне. Когда свекровь меня не приняла, занял мою сторону. Да и в целом мы жили с ним неплохо: по дому помогал, с ужином встречал, если я задерживалась с работы. Заботился обо мне всеми доступными способами.

Только вот потом что-то между нами произошло. Я даже не могу сказать, когда и из-за чего это случилось. Может он в самом деле так сильно хотел детей, а может мать его всё-таки догрызла своими упреками и подозрениями в мою сторону. Ведь вода камень точит. Вот мой Васька и сломался. Запил. А водка ещё никого не сделала лучше. И покатился мой муж по наклонной: упреки, скандалы, а потом и рукоприкладство. В такие минуты я видела в нём свекровь: та же ненависть ко мне, те же слова… Уверена, что и холодильник он начал делить с её подачи.

Сейчас, глядя на графа, и думая о том, через что пришлось пройти Ириане, собственные проблемы мне показались такой мелочью. Подумаешь, свекровь не приняла. Не я первая, не я последняя. Да и моя доля вины в этом тоже есть. Могла ведь поискать к ней подход, хотя бы ради спокойствия мужа. Но не стала. Не смогла переступить через обиду. Хотя мама меня с детства учила, что обида — это грех. А психологи