Наше небо на двоих - Алла Леонидовна Касперович

— Боялся опоздать, — усмехнулся Кирилл, не став упоминать, что и она тоже пришла раньше назначенного. — И я живу тут недалеко. Минут десять пешком.

— А… — Сама Кристина потратила около пятнадцати минут, но лишь потому, что шла быстрым шагом.

— Идём? — Кирилл открыл перед ней дверь.

— Ой, здравствуйте! — засияла Ангелина, едва завидев дорогих гостей. — Вы сегодня вместе пришли!

— Здравствуйте, — с улыбкой кивнул Кирилл, подтверждая. Кристина же, зардевшись, смогла лишь улыбнуться и пролепетать что-то нечленораздельное.

Михаил, бросив неодобрительный взгляд на напарницу, спросил:

— Вам как обычно?

— Не совсем, — ответил Кирилл. — Нам с собой. Кристина, большой капучино?

— Да. — Она чрезвычайно обрадовалась тому, что снова могла говорить нормально.

— Тогда два больших капучино.

— Вам не эспрессо? — Брови Ангелины удивлённо взлетели вверх.

Михаил слегка поджал губы и повторил для коллеги перед тем, как уйти к другим клиентам:

— Два больших капучино.

— Два больших капучино… — хмыкнула Ангелина. — Что-нибудь ещё?

— Кристина? — Кирилл повернул к ней голову и ободряюще улыбнулся.

— Нет, спасибо!

Пока Ангелина творила кофейную магию, Кристина, чтобы побороть смущение и занять себя, принялась разглядывать фотографии посетителей, заботливо убранные в рамочки. Всюду счастливые лица и… Цербер. Иногда полностью, а кое-где мелькала то лапа, то пушистый хвост занимал полснимка, то где-то мордочка засветилась. Оригинал же сейчас занимал привычное место на подоконнике.

Кристина, увлечённая фотографиями, не замечала, что всё это время Кирилл не сводил с неё глаз, зато это прекрасно видела бариста.

— Ваш капучино! — объявила Ангелина, выставив на стойку два больших белых стакана, на которых красовался всё тот же Цербер, только уже нарисованный в карандашном стиле, при этом перепутать его с каким-нибудь другим котом было совершенно невозможно. — А это наш комплемент! — И она положила два, упакованных в целлофан и перевязанных персиковыми ленточками, орешка со сгущёнкой.

— Спасибо большое! — Кристина с детства обожала орешки с варёной сгущёнкой. Такие бабушка пекла, у неё и форма специальная имелась, вот только сейчас никто не знал, где она.

— Будем рады вас видеть снова! — прощебетала Ангелина, определённо довольная собой.

Кофе оплатил Кирилл, не дав Кристине возможности возразить. И стало ещё сложнее убеждать себя, что это не свидание.

— Куда пойдём? — поинтересовалась Кристина, когда они вышли на улицу.

— Давай в парк. Думаю, ты его ещё не видела после реконструкции.

— Я вообще не знала, что она была! Когда?

— Да с год назад. Пойдём?

Как во многих других городах и даже странах, здесь тоже имелся свой Парк имени Горького. Не большой, но и не маленький — для их города вполне достаточно. Разумеется, не без колеса обозрения и прочих радостей для тех, кто за денежку любит пощекотать себе нервы. Сувениры втридорога, чебуреки, хо-доги, мороженое в шариках и, конечно же, сладкая вата, запах которой сводит с ума, но есть её невкусно.

Парк находился довольно далеко от кофейни, но они ведь решили гулять! Да, можно было бы поехать на машине Кирилла или вызвать такси, но не хотелось тратить уходящее лето в транспорте. Куда приятнее им наслаждаться на собственных ногах. Кирилл оказался очень хорошим экскурсоводом, Кристина же, как выяснилось, почти ничего не знала о родном городе, а потому с огромным интересом слушала рассказ.

Так они и добрались до парка. Кофе был давно выпит, орешки съедены, а разговорам не было конца.

Глава 13

Большие белые ворота парка Кристина хорошо помнила — в детстве родители часто водили сюда её и Катюшу. Сестрёнка крепко цеплялась за её руку и ни за что не соглашалась кататься на аттракционах одна и при этом не пропускала ни одного, разрешённого для её возраста. Кристину на «чашечках» ужасно укачивало, но Катюше она отказать не могла и ходила потом весь день «зелёная», но зато с чувством выполненного долга. Многие аттракционы давно пора было заменить — слишком уж опасно они скрипели, некоторые морально устарели, но большинству достаточно было, так сказать, навести марафет. И вот парк наконец довели до ума.

В пятницу вечером, да ещё и летом в погожий денёк, посетителей всегда было много. Причём, наверное, основную часть составляли взрослые. Бабулечки и дедулечки чинно прогуливались по дорожкам, сидели на лавочках, читали и любовались малышами, гоняющимися за голубями — нестареющая забава. Родители с детьми постарше и помладше тоже частенько захаживали, только игры с голубями юных охотников занимали недолго — их звали качели, карусели, комната страха, тир, колесо обозрения и прочие радости, быстро садившие родительский кошелёк на диету. Меньше всего наблюдалось подростков: денег им выделяли мало — не покатаешься, лавочки заняты старичками, а скейтбордистов, любителей самокатов и роликовых коньков давно выжили сограждане постарше. Ибо «неча носиться тут, как угорелым».

Влюблённые же парочки никому не мешали и никого не раздражали. Кристина подумала, что со стороны они с Кириллом вполне могли сойти за такую. Во всяком случае, то, как он подавал ей руку, чтобы помочь вскарабкаться по неудобной, но красивой лесенке на холм с прелестной цветочной композицией, как придерживал, когда её нога случайно подвернулась, как вытирал салфеткой пятнышко клубничного мороженого у неё на щеке — всё это заставляло сердце биться чаще. Если так и дальше пойдёт, то Кристина однозначно невесть чего себе придумает.

— А ты часто сюда с племянниками ходишь? — спросила она, чтобы отвлечься от романтики.

— Не так часто, как хотелось бы, — чуть нахмурился Кирилл. Чтобы немного отдохнуть от пешей прогулки, они с Кристиной уселись за столик в парковом кафе у небольшого прудика с декоративными лебедями, настоящим в этой луже попросту негде было бы развернуться. — Работы много, да и, если честно, я с ними двумя не очень хорошо управляюсь, когда их не сдерживают четыре стены. — Он усмехнулся. — Пока они совсем маленькими были, ещё ничего, а сейчас… — На его губах появилась кривая улыбка и тут же исчезла, сменившись на тёплую. — А сейчас их развлекают дед Максим и дед Володя, надеюсь, скорую вызывать не придётся. — Кирилл заметил, что брови Кристины вопросительно изогнулись. — Дед Максим — мой папа и папа сестры, а дед Володя — её мужа. Оба няньки ещё те, но они стараются.

— А скорая?..

— Это я загнул, конечно, но не очень сильно. Так уж получилось, что они детьми в плане быта не особо занимались — всё делали их жёны. Когда мы с мамой купили мне костюм на выпускной, папа сильно удивился — думал, что я ещё в классе девятом. А дед Володя у нас из той породы, что к быту лучше не подпускать — всё сломает, придётся за