Клуб разбитых сердец - Юлия Резник

работу с программой. И знакомство с тренерами. Дина сказала, что мне не помешает наладить с ними контакт, — устав молчать, Марина выдает более обширный ответ, чем я рассчитывала. — С некоторыми я уже вчера познакомилась. С Иляной Викторовной, Андреем и Матвеем Сергеевичем. Дина сказала, он главный?

Хм… Значит, с Матвеем они все же виделись? Нет, я и не сомневалась. Не заметить нового администратора Ратников не мог. Но все же… Она просто так его упомянула?

— Матвей женат, — сощуриваюсь я. Мариша невинно хлопает глазками:

— Я знаю. У него кольцо. А вы почему вообще об этом упомянули? — подозрительно косится на меня девушка.

Так и хочется рявкнуть: «Потому что я дура!».

Во мне вспыхивает что-то, весьма напоминающее ревность. То ли к Маринке, то ли к долбаному кольцу, которое я, конечно, и раньше видела на пальце у Ратникова. Морщусь, не понимая, в какой момент изменилось мое отношение к этому аксессуару.

— Да просто, — пожимаю плечами. — Не твой клиент. Можно не тратить время, если ты вдруг думала переключиться.

Мариша хмурится.

— Я и не собиралась! Я Артема люблю.

— Да я шучу, — отмахиваюсь, ускоряя шаг.

Шучу. Конечно. Тогда с какого, простите, перепуга мне настолько не по себе?!

Сжимаю губы. Иду быстрее. Пытаюсь выровнять дыхание, но это не так-то просто. К счастью, из-за поворота показывается здание, в котором располагается мой клуб.

Захожу через черный вход. Киваю администратору, дорабатывающему ночную смену:

— Это Марина. Она стажируется. Займи её чем-то, пока Дина не пришла.

Родной кабинет встречает тишиной. Слава богу. Закрываю дверь. Снимаю с плеча сумку. Сажусь и сразу же открываю ноутбук. Работа! Вот что мне сейчас нужно. Цифры, отчёты, таблицы. Разбираю вчерашнюю выручку, просматриваю отчёты по персоналу, утверждаю расписание тренеров, отвечаю на письма. Темп нарастает, мысли выравниваются, дыхание возвращается в норму.

Стоит настроиться на рабочий лад, дверь без стука распахивается.

— О, вот ты где! — бодрый, до неприличия живой голос. Я поднимаю голову.

— Бабуль? — моргаю. — Ты никак передумала помирать?

Бабуля фыркает, словно я сказала какую-то глупость.

— Не дождёшься! — отрезает, проходя внутрь. — У меня на сегодня план: сначала «здоровая спина», потом бассейн, а потом мне, очевидно, придется прослушать лекцию твоей матери на тему: «Пять причин жить дальше». Но знаешь что? Ей бы самой найти мотивацию! Двадцать три года, как Самуил помер, а она все его не забудет. Где такое видано, ты мне скажи?

А что тут скажешь? Неопределенно пожимаю плечами.

— Заварить тебе кофе? Или перед тренировкой не стоит?

— Чего это?

— Вдруг давление поднимется?

— Мое давление, деточка, поднимают исключительно идиоты, — невозмутимо отрезает бабуля, усаживаясь в кресло и закидывая ногу на ногу. — Так что можешь не переживать, кофе тут ни при чем.

Я фыркаю и иду к кофемашине.

— Значит, двойной эспрессо? — шучу.

— Делай как себе, — машет она рукой. — Тебе явно нужно покрепче, как я погляжу.

— Очень смешно, — бурчу, засыпая зерна.

Достаю две чашки, ставлю их рядом.

— Кстати, — как бы между прочим, тянет бабуля. — Мы с Изольдой планируем вступить в твой новый клуб. Куда платить членские взносы и где выдают партбилет?

Округлив глаза, поворачиваюсь к бабуле.

— Ты про Клуб разбитых сердец? А вам-то что там делать?

— Как это что? — она искренне удивляется. — У меня, между прочим, опыт. Я три раза сердце разбивала, и два раза мне. Практика, так сказать. А матери твоей разбил сердце внезапный уход мужа. Ну… Это я уже повторяюсь.

— Бабуль, боюсь, ты не поняла. Это была шутка… Да и не обращался к нам никто! Провальная оказалась идея.

— Как это? А Марина? Такая девочка хорошая…

— Господи, а ее ты откуда знаешь?

— А кто, по-твоему, меня встречал? Разговорились с ней. Как она тебе благодарна, Ива! Говорит, ты буквально ей жизнь спасла этим самым клубом. А я ведь только спросила, как в него записаться!

— О боже! Да это же просто шутка. Шутка, бабуль! Понимаешь?

— Какие тут шутки? Вокруг столько несчастных людей! Очень поможет им твоя затея. Если что, мы с Изольдой в теме. И готовы делиться опытом.

— Мама тоже готова? — саркастично бросаю я.

— Ну-у-у… За компанию со мной чего не сделаешь, правда?

Бабуля подмигивает. Я закатываю глаза. Если честно, когда бабуля собирается помирать, она куда безопаснее для окружающих, чем когда вдруг решает жить долго и со вкусом. В такие периоды из неё начинает фонтанировать столько сомнительных инициатив, что впору не Клуб разбитых сердец открывать, а штаб по ликвидации последствий её жизнелюбия.

— Если вам нечем заняться, возьмите под свое крылышко Маришу. Не знаю, упомянула ли она, что ей негде жить?

— Ну, допустим, к себе я ее не пущу. Мне бы хоть твою мать выпихнуть. Где это видано, чтобы овдовевшая девушка шестидесяти лет жила со свекровью? Из-за этого ни у нее, ни у меня нет никакой личной жизни! — негодует бабуля. Я изо всех сил прикусываю язык, чтобы не брякнуть что-то вроде: «Да какая в восемьдесят лет личная жизнь?!». Потому что бабулю это смертельно обидит. Жизнь у нее о-го-го. Когда она не умирает, конечно.

— Ну, вы сами решайте, кто и с кем будет жить. Я тут вам не советчик. И, кстати, твоя тренировка вот-вот начнется.

— Ох ты же черт! Я побегу. Такой красавчик ее ведет… Он нравится мне гораздо больше той барышни, что была до него. Не вздумай ничего менять!

Я киваю. Муслим реально больше подходит для работы со старшим поколением. Он терпеливый, добрый, ну и привычный к приколам бабулек, которые регулярно ему строят глазки.

Минут через пятнадцать выхожу из-за стола, чтобы посмотреть на тренировку возрастной группы. В конце концов, там моя единственно оставшаяся в живых бабуля. А то, что она находится в зале, где сейчас, согласно данным тренерской программы, должен быть и Матвей — дело третье.

Я себя обманываю, да?

Да, блин…

Спускаюсь в зал. Музыка, звон блинов. Все знакомо до боли. И в то же время… как будто что-то не так. Музыка чуть громче, чуть ярче краски. Или это с моих глаз спала пелена?

Бабуля молоток. Стоит с прямой, как струна, спиной, что-то активно рассказывает Муслиму, а тот кивает с тем самым искренне заинтересованным выражением