Отвергнутая жена дракона. Хранительница последнего гнезда - Ангелина Сантос

— У нас сорок дней до Конвокации.

— Тогда не тратьте их на вопросы, на которые я уже ответила.

Она помогла мне подняться. Пол больше не качался, но звон в левом ухе сохранялся. Я проверила яйца обычной трубкой. Четвёртое отвечало чаще, чем до процедуры. Пятое и шестое не изменились.

Глубокое слушание не повредило кладку. Это было единственной победой, которую я позволила себе признать.

Мара отправила нас в дом и велела Келю дежурить у гнезда. На кухне Несса заставила меня выпить сладкий чай. Рейнар сидел напротив, пока она перевязывала его ладонь.

— Завтра я подам заявление о регистрации работы, — сказала я. — И потребую аудит долгов.

— Корвин узнает о разрешении, — ответил Рейнар.

— Уже знает. Секретарь магистрата обязан отправить копию храму.

— Тогда инспектор будет здесь раньше официального срока.

— Пусть. У нас есть свидетельная пластина, образцы и медицинский свидетель.

Несса затянула узел на его повязке.

— Есть предварительные образцы, — поправила она. — Не называйте доказательством то, что ещё не исследовано.

— Поэтому вы едете с нами к Арлену послезавтра.

— Я не соглашалась.

— Вторая бесплатная ванна.

— Отдельная, без детей и пограничников.

— Согласна.

Несса посмотрела на меня поверх очков.

— Вы быстро учитесь быть должником.

После её отъезда я переписала протокол начисто. Рейнар принёс копии старых писем из охотничьего дома — Ив съездил с ним, как мы договорились. Оба обращения действительно вернулись без рассмотрения. На конверте военной прокуратуры стоял маленький штамп канцелярии Первого Огня.

Храм перехватывал не только кладку. Он перехватывал вопросы.

Я вложила письма в серую папку и открыла старый журнал Орена. Рядом с записью о четвёртом яйце нарисовала сегодняшний узор: основной овал и обрывающийся второй.

Семь лет назад я слышала такой же запаздывающий удар и позволила другим назвать его помехой.

Теперь он звучал внутри живого яйца.

Я поставила дату и написала без оговорок: «Обнаружен искусственный подавляющий ритм. Требуется официальное подтверждение».

Чернила высохли. Строка осталась на месте.

ГЛАВА 7. ЦЕНА ПОКРОВИТЕЛЬСТВА

К одиннадцатому дню звон в левом ухе стал тише. Зато слухи в Белом Броде звучали отчётливо.

О живом яйце знали у городских ворот, в лавке сбруи и возле хлебных рядов. К тому времени, когда наша двуколка остановилась перед магистратом, кладка успела вырасти с трёх яиц до двенадцати, а Рейнар — превратиться в чёрного дракона, который каждую ночь летал над Роэном.

— Удобно, — сказала я, выбираясь на мостовую. — Вам вернули крылья раньше, чем вы зашли в канцелярию.

— К вечеру сожгу город.

— Постарайтесь после нашей встречи. У меня здесь дела.

Он подал мне руку. Повязки уже сняли, но кожа оставалась красной. Я оперлась на его пальцы только на время ступеньки и сразу отпустила.

В поездке участвовали четверо: я, Рейнар, Несса и Мара с книгами поместья. Томас обещал подойти как свидетель запроса Корвина. Оставить Рейнара в Роэне означало сохранить тайну ещё на день. Привезти его — получить законное покровительство и потерять возможность отрицать его участие.

Я выбрала документ.

В приёмной нас ждал представитель Северного кредитного дома. Его звали Оскар Нейт, на нём был новый серый сюртук, а перед ним лежал исполнительный лист на две тысячи четыреста крон.

— Госпожа Эстен, — начал он, едва я вошла, — в связи с переходом права собственности кредитор требует немедленного обеспечения долга.

— В связи с переходом права собственности я требую первичные накладные.

— Все счета заверены прежним владельцем.

— Прежним владельцем был мой бывший муж. На документах стоят подписи трёх разных управляющих, один из которых умер за год до указанной поставки.

Мара положила на стол книгу захоронений местной часовни.

— Я принесла подтверждение, — сказала она.

Оскар не посмотрел.

— Исполнительный лист выдан законно.

— Тогда вам не составит труда подтвердить каждую строку.

Дверь внутреннего кабинета открылась.

Арлен Вес оказался невысоким, худым человеком с седеющими волосами и чернильным пятном на среднем пальце. Он посмотрел на Оскара, потом на нас.

— Утверждение о законности я слышал, — сказал он. — Теперь хочу увидеть основание.

Мы вошли все. Кабинет был рассчитан на троих, поэтому Рейнар остался стоять у стены. Арлен не предложил ему ни стула, ни особого обращения.

— Разделим вопросы, — сказал магистрат. — Первый: долг. Второй: работа с кладкой. Третий: присутствие ссыльного Кассена. Если кто-нибудь смешает их в одну речь, я прерву.

Он начал с долга.

Я показала счета на мрамор, ремонты закрытого гнезда и мост на заброшенной дороге. Мара предъявила хозяйственные книги. Оскар настаивал, что кредитный дом купил обязательства добросовестно и не обязан проверять каждую поставку.

— Добросовестность не заменяет товар, — сказал Арлен. — Где мрамор?

— Возможно, использован прежним владельцем в другом имении.

— Тогда Роэн не обязан за него платить.

Оскар перелистнул исполнительный лист.

— Кредитор вправе опечатать доходные помещения до предоставления залога.

— Доходные помещения уже опечатал храм, — ответила я. — Хотя кредитором купальни он не является.

— Часть обязательств принадлежит храмовой казне.

— Какая именно?

Оскар назвал шесть позиций. Среди них были очистка каналов, серая соль и «утилизация нежизнеспособного материала».

— Материал не утилизирован, — сказала я. — Яйца находятся в гнезде.

— Тогда услуга могла включать подготовку.

— К чему?

Он впервые замолчал.

Арлен взял исполнительный лист.

— Предоставляю владельцу четырнадцать дней на независимый аудит. До истечения срока запрещаю изъятие имущества, блокировку хозяйственной кассы и опечатывание купальни сверх уже существующей храмовой печати. Господин Нейт, передайте кредитору требование представить первичные накладные за пять лет.

— Четырнадцать дней недостаточно.

— Для того, кто требует деньги немедленно, достаточно.

Оскар собрал бумаги.

— Кредитор обжалует.

— Это его право.

Он ушёл, задев плечом косяк.

Арлен сделал пометку и перешёл ко второму вопросу.

Несса предъявила протокол проверки, пластину и запечатанные образцы. Магистрат читал медленно. На словах «искусственный запаздывающий импульс» поднял глаза.

— Факт или вывод?

— Факт: зарегистрирован отдельный импульс с постоянной задержкой, — ответила я. — Вывод: он искусственный, потому что подавляется специально настроенным храмовым камертоном и связан с нанесённой на ложе смесью.

— Вывод подтверждён химически?

— Предварительно, — сказала Несса. — Полный состав будет завтра.

— Жизнеспособность яйца?

— Подтверждён основной ритм, — ответила я. — Прогноз без повторных измерений давать рано.

— Остальные?

— Два дают физический ответ, глубокая проверка не проводилась.

Арлен кивнул.

— Формулировки точные. Что вы просите?

— Зарегистрировать Роэн как кладку под независимым наблюдением, разрешить восстановительные работы и принять уведомление по Хартии свободной кладки.

— Для Хартии нужен лицензированный слушатель.

— Прошу временно восстановить мою лицензию в пределах Роэна.

— И огненный покровитель из зарегистрированного драконьего дома.

В комнате стало слышно, как на первом этаже скрипит перо секретаря.

Рейнар вышел от стены.

— Рейнар Кассен. Дом Кассен не упразднён. Согласен стать покровителем кладки Роэна.

Арлен не выразил