Разбуди меня в Сеуле - Надежда Евгеньевна Тихомирова

На следующее утро в девять тридцать Дженни уже стояла на пороге неприметного офиса юридической фирмы «Господин Юн. Правовые консультации». У нее было всего два часа перед очередной репетицией, и нужно было успеть выудить из договора все преимущества, которые можно было бы использовать в переговорах с агентством, а потенциально – даже в суде: этот вариант Дженни тоже не собиралась сбрасывать со счетов.

Худой и длинный господин Юн усадил клиентку в широкое кресло напротив своего стола, а сам без промедления углубился в бумаги, которые Дженни принесла с собой – по электронной почте она предпочла их не пересылать. Дженни невольно отметила, что юрист не обратил на нее саму ни малейшего внимания и в его узких бесцветных глазах не мелькнуло ни тени любопытства. Она принялась следить за движением глаз господина Юна, пытаясь угадать, на каких пунктах договора он «зависает» подолгу.

Спустя минут сорок господин Юн отложил договор и поднял глаза на Дженни.

– Госпожа Ким, я нашел несколько пунктов, которые точно будут вам полезны. Предлагаю поступить следующим образом: я сейчас вынесу для вас эти строки отдельно и подпишу к ним короткие расшифровки, а вы сможете сразу же использовать их в качестве аргументов для своих переговоров с агентством.

Юрист вопросительно посмотрел на Дженни и, получив энергичный кивок в знак согласия, сразу же принялся за работу.

Когда вечером того же дня Дженни через секретаря назначала встречу с господином Каном, она чувствовала себя намного увереннее.

Почему бы сразу так не поступить? Иногда она ведет себя слишком смело…

Как бы то ни было, сейчас у Кана нет возможности пропустить ее слова мимо ушей.

Наутро, заходя в кабинет Кана, Дженни была абсолютно спокойна. Она как будто уже получила все, что хотела, и напряженный взгляд агента подтвердил, что она на правильном пути.

Дженни поздоровалась и выложила на стол копию их договора с тремя подчеркнутыми пунктами, которые Кан моментально пробежал глазами. Взгляд его заметался, и он поспешил изобразить на лице доброжелательность.

– Дженни, я вижу, ты хорошо подготовилась. Приятно видеть, насколько ты умна. Но я не понимаю, к чему это все сейчас… Мы ведь, кажется, обо всем договорились?

Дженни внимательно посмотрела на Кана и вежливо улыбнулась.

– Пункт четыре точка семь. В случае если у стороны Б существенно изменяются входные характеристики, в скобках «свойства», напрямую влияющие на сотрудничество со стороной А, в том числе рейтинги на международных музыкальных каналах, а также…

– Погоди минутку, – мягким тоном прервал ее агент, – все это здесь написано, нет смысла перечислять…

– Пункт шесть точка один. Если при наступлении вышеперечисленных обстоятельств одна из сторон не захочет вернуться к обсуждению изначальных условий, то вторая сторона имеет право беспрепятственно…

– Все, – нетерпеливо проговорил Кан, и Дженни почувствовала, что он сдался. – Мы это решим, не волнуйся.

Тон агента сразу сменился на сухой и деловитый – им Кан всегда пользовался, когда все было решено и оставалось просто утрясти формальности. Дженни незаметно выдохнула: кажется, на этот раз она победила.

– Мы поступим, как и договаривались, – невозмутимо продолжил Кан, который уже успел прийти в себя. – Твой гонорар вырастет на двадцать процентов, и ты можешь начать искать себе замену… если это действительно входит в твои планы. – Агент поднял указательный палец и многозначительно задержал взгляд на Дженни, как бы намекая на то, что это решение кажется ему очень глупым.

– Отлично. – Дженни еле сдерживалась, чтобы не улыбнуться во весь рот, – большое спасибо вам за понимание, господин Кан. Я немедленно приступлю к поискам.

В планы Дженни входило невообразимое: она собиралась сама контролировать свою жизнь. И найти напарницу, которая будет заменять ее на части выступлений. В таком случае Дженни сможет наконец пойти учиться на музыкального продюсера – в отличие от большинства новичков в этой профессии, у нее приличный собственный опыт и большая насмотренность, она ведь отлично чувствует, какая песня станет хитом!

Вечером Дженни снова предстояло встретиться с матерью. Той срочно потребовалась наличность: Йен отправлялся в дорогую школьную поездку, оплачивать которую, кроме старшей сестры, было некому.

Сегодня мать выглядела более оживленной и радостной, чем обычно. Она сверкнула глазами при виде пухлого заклеенного конверта и мгновенно запихнула его в сумку.

– Минсу, рада тебя видеть! Рассказывай, как дела?

Дженни по опыту знала, что не стоит рассказывать матери ничего на самом деле важного: это всегда оборачивалось для нее плохо. Однако сегодня после разговора с Каном ее просто распирало.

– Все нормально, мам… Все очень даже хорошо.

Госпожа Ким не глядя прощупала толщину денежного свертка в своей сумке и, успокоенно вздохнув, снова пристально взглянула на дочь.

– Ты выглядишь возбужденной… совсем не похоже на тебя. Рассказывай! Не уйду, пока не расскажешь.

Дженни знала мать очень хорошо: та легко превращалась в пиявку, которая ни за что не отцепится, пока не получит свое. Она вздохнула тяжело, но при этом с облегчением.

– Я сегодня поговорила с агентом, господином Каном… В общем, скоро я смогу стать чуть свободнее и делать наконец то, что я хочу!

Дженни сказала это – и сразу же пожалела о своих словах.

– Минсу, ты снова со своими бреднями! Срочно иди к Кану и забери свои слова обратно! Ты же понимаешь, что он, не моргнув глазом, подберет прямо на улице еще десятерых таких же, как ты! А что ты будешь делать? Что будет с нами? С твоими братьями?!

Дженни почувствовала, как бетонная плита медленно, но неумолимо опускается ей на голову. Голос в голове хрипло засмеялся: «Опять ты пытаешься показаться перед мамой взрослой, самостоятельной девочкой? Когда ты наконец поймешь, что мать никогда не оценит тебя по достоинству?»

Дженни поморщилась. Она больше не собирается все это чувствовать. Она сейчас просто уйдет.

Встав, Дженни взяла сумку с соседнего стула, намереваясь закончить разговор с матерью:

– Я со всем разберусь, мама, не волнуйся. Вы не будете голодать…

Однако госпожа Ким остановила ее, пригвоздив тяжелым взглядом словно глупую бабочку.

– Чем ты собралась заняться? Я хочу знать, это касается меня и твоих братьев напрямую, поэтому потрудись все объяснить, пожалуйста!

Дженни усилием воли заставила себя сдержаться, лишь сжав кулак до побелевших костяшек.

– Я уже давно мечтаю о карьере музыкального продюсера, ты же знаешь… Как только попала в группу, ночами зачитывалась успешными кейсами… Эти люди – настоящие профессионалы, они не просто поют на сцене, следуя трендам, они сами их создают! Они точно знают, что будет модно в следующем сезоне, а ведь я всегда могла угадать, какая