Истинная пара для Стиральной машинки - Ника Лорен

— Отпусти её, — глухо произнес он. — Я здесь. Твой заложник. Твой вечный Лорд Стирки. Просто не трогай Дашу.

Вельзевульша подошла к нему вплотную, поправляя воротник его толстовки с брезгливым выражением лица.

— О, она будет жить. Пока ты ведешь себя хорошо. Но не надейся на воссоединение. Я оставила в её мире «пятновыводителей» парочку демонов-теней. Если она попытается искать тебя или если ты попробуешь открыть нелегальный канал связи... они сотрут её из реестра живых быстрее, чем хлорка убивает бактерии.

Асмодей опустил голову. Он чувствовал, как привычная демоническая мощь возвращается к нему, наполняя жилы неоновым огнем, но эта сила была бесполезна. Как сражаться с бюрократией, если у неё в заложниках твое сердце? Он вспомнил тепло Дашиных рук и понял: ей действительно будет лучше без него.

Демонам нет места в мире, где счастье измеряется шоколадками «Алёнка». Он — Лорд Похоти с 355-летним стажем, через его постель прошли тысячи смертных женщин, а она... она просто Даша. Маленькая, храбрая и слишком хрупкая для этой войны.

В мире смертных:

Даша не собиралась сдаваться. Прорыдав три часа на коврике в прихожей, она встала, умылась ледяной водой и открыла ноутбук. Если бюрократию нельзя победить честно, её нужно взломать.

Поисковый запрос «как достать демона из Измерения Чистоты и не сдохнуть» выдал миллион ссылок на моющие средства. Но на 45-й странице поиска, среди форумов любителей заговоров на рост фиалок, она нашла объявление:

«Анна Петровна. Специалист по асимметричной метафизике и мирам со сложной отчетностью. Консультации. Помощь в депортации бывших. Оплата по договоренности (беру творожными сырками)».

Через два часа Даша уже сидела в пыльном офисе в центре Петербурга. Напротив неё, за столом, заваленным распечатками астральных карт и инструкций к микроволновкам, сидела женщина неопределенного возраста с очень умными глазами и пучком на затылке.

— Значит, Асмодей? — Анна Петровна задумчиво жевала сырок. — Тот самый, что материализовался в Питере, разнес прачечную, а потом улетел назад, в свой мир? Наслышана. А Вельзевульша — это классический случай злобной и прилипчивой бывшей.

Даша выложила всё: от первой стирки до похищения в сквере. Она рассказала про Измерение Чистоты, про клятву Асмодея и про то, как сильно она... втрескалась в этого высокотехнологичного черта.

— Слушай внимательно, — Анна Петровна развернула на столе древний свиток, который подозрительно напоминал схему метрополитена, совмещенную с инструкцией к стиральной машине «Индезит». — Вельзевульша не просто злая бывшая. Она — Держатель Регламента. Её сила в правилах. Чтобы её запереть, нам не нужно её убивать. Нам нужно создать «административный тупик». Если мы докажем, что её присутствие в мире смертных нарушает её же собственные протоколы стерильности, система сама выплюнет её обратно и заблокирует вход.

— А Асмодей? — с надеждой спросила Даша.

Специалист посерьезнела.

— Тут всё сложнее. Есть «Закон Пяти Лет». Если высший демон проводит в мире смертных пять лет без возвращения в родную обитель, его метафизический код полностью перезаписывается. Он становится человеком. Смертным. Без магии, без вечной жизни, без неоновых глаз. Обычный Аркадий Николаевич из Сызрани.

Анна Петровна пристально посмотрела на Дашу.

— Ты готова спросить его об этом? Ему 355 лет. Он видел рассветы империй и тысячи женщин. Готов ли он променять свое бессмертие и статус Лорда на одну тебя и перспективу умереть в 80 лет от повышенного холестерина в хрущевке?

Даша прикусила губу. Этот вопрос пугал её сильнее, чем Вельзевульша.

— У нас есть план, — продолжала Анна Петровна, доставая из стола странный девайс, похожий на помесь смартфона и кадила. — Мы найдем её слабое место. У каждого бюрократа есть «черновик», который он хочет скрыть. Мы найдем ошибку в её отчетах за 1842 год. Но ты должна быть уверена, Даша. Если ты вытащишь его, пути назад не будет.

Даша сжала кулаки.

— Я найду способ связаться с ним. И я спрошу. Даже если ответ мне не понравится, я не оставлю его в этой белой камере.

План спасения «Чистый Четверг» официально начался.

Глава 16. Скелеты в сушильном шкафу и межпространственный шантаж

В Измерении Чистоты время текло как густой кондиционер для белья — медленно и приторно. Асмодей сидел на троне из прессованного титана, окруженный мониторами, на которых бесконечными каскадами падали цифры: отчеты о чистоте совести, графики расхода этической хлорки, сводки по забитым кармическим фильтрам.

— Твоя продуктивность упала на 14 %, Аркаша, — Вельзевульша возникла за его плечом, обдав холодом стерильной стали. — Опять думаешь о той смертной обезьянке? Забудь. Она уже, наверное, нашла себе нового ухажера, более... совместимого с её примитивной средой.

Асмодей даже не повернул головы. Его пальцы, привыкшие чувствовать тепло человеческой кожи, теперь касались только холодного сенсора. — Она не такая, — коротко бросил он.

— Все они такие, — отрезала бывшая. — Пять лет, Асмодей. Пять лет в том мире — и ты стал бы одним из них. Смертным. Жалким. Ты бы старел, лысел и выбирал между акционными сосисками и оплатой ЖКХ. Я спасла тебя от этого позора. Радуйся.

Асмодей закрыл глаза. В темноте перед ним стояла не сверкающая белизна, а Даша в заляпанном пеной халате. И он понимал: он готов променять вечность на эти самые акционные сосиски, если делить их придется с ней. Но цена была слишком высока — жизнь Даши.

Мир смертных:

— Значит, она сказала, что я «некомпетентна»? — Анна Петровна горько усмехнулась, отставляя пустую баночку из-под сырка. — Ну-ну. Вельзевульша всегда любила пускать пыль в глаза, хотя сама завалена ею по самые уши.

Даша замерла, не сводя глаз со специалиста.

— Вы её знаете? Лично?

Анна Петровна встала и подошла к окну, за которым шумел дождливый Питер.

— Я была ведущим инспектором в Измерении Чистоты, Дашенька. До того, как меня... «списали». У нас с ней была вражда, которая длилась дольше, чем стоят египетские пирамиды. Она подставила меня, когда я попыталась внедрить протоколы милосердия в отдел карательной стирки.

Она резко обернулась, и её глаза на миг вспыхнули стальным светом, подозрительно напоминающим неоновые всполохи Асмодея.

— Но я ушла не с пустыми руками. Я забрала с собой «Архив Неудачных Загрузок». И там есть кое-что на нашу святую Вельзевульшу.

Анна Петровна достала из сейфа старую, пожелтевшую дискету (в этом мире магия часто маскировалась под ретро-технологии). — 1892 год. Лондон. Великий туман. Вельзевульша была отправлена туда для зачистки энергетического смога. И знаешь, что она сделала? Она влюбилась в местного трубочиста. Да-да, эта ледяная леди, которая сейчас строит из себя эталон стерильности, нарушила главный