Дар или проклятье для полубога. Одна душа на двоих - Лина Бестина

такой наряд. Сам праздник девушки организовали в большом зале. По сравнению с уютной тёплой гостиной, в которую я попала в первый раз — это помещение было просто гигантским. У каждой из стен было по три камина, все они полыхали жаром, но в самом зале меня окутывала приятная прохлада.

С потолка на толстых цепях свисали затейливые люстры, всё с теми же светящимися камнями как в спальне, что придавало пространству загадочный полумрак. Но опять-таки, многое было доступно глазу. Только, вовсе не это завораживало.

Под потолком сгустились тучи, с которых срывались мелкие редкие снежинки, и складывалось впечатление, что нахожусь под открытым небом. А цепи с люстрами берут своё начало неизвестно откуда. Откуда-то с небес. Сразу вспомнились книги, про школу магии и мальчика, который выжил.

Весь зал был заполнен неизвестными мне прекрасными существами. Таких созданий в Архаре я ещё не видела. Девушки были очень высокими, с тонкими фигурками, бледной аристократичной кожей, с серебристыми вьющимися волосами длиной до самых колен, одетые в коротенькие полупрозрачные тоги пастельных оттенков.

Я бы охарактеризовала их такими словами, как: нежность, невинность и детская непосредственность.

Мальчишки этой расы, отличались от девушек лишь длиной волос и отсутствием истинно-женских форм. Отчего складывалось впечатление, что они, скорее подростки, нежели созревшие мужчины.

Все они собирались в стайки и весело о чём-то щебетали. Не прислушиваясь к разговорам, я пробиралась сквозь них по залу в поисках своего знакомого медведя, при этом нервно теребя ремешок своей сумочки, и с полной уверенностью, что мне здесь не место.

Настолько сильными были отличия между нами, что я сильно выделялась из этой толпы своими крыльями и тёплой одежкой.

Вот им что? Совсем не холодно?

Я пересекла весь зал, добралась до стола с закусками, но Макса так и не встретила. Куда он мог подеваться? Обернулась и скользила взглядом по прекрасным существам, в надежде увидеть большую медвежью тушку.

— Это нимфы. Вечные компаньоны богов и полубогов. Ценители искусства и красоты. Нравятся?

— Где Макс?

С Шумной я уже познакомилась, стало быть, это Альмексия. Старшая сестра.

— Не там ищешь.

И правда. Стоило искать не в толпе. Медвежья мордашка возвышалась над толпой нимф у одной из стен. Чего это он так скромно примостился у стеночки? Ума не приложу.

Уже готова была отправиться к нему, как Альмексия меня остановила.

— Задержись ненадолго. У меня для тебя кое-что есть.

Она достала из внутреннего кармана накидки кристалл и передала его мне. Причем, не как-нибудь торжественно, а тайком и с оглядками. Будто переживала, что нас может кто-то увидеть.

Прозрачный, коричнево-зелёный, новый кристалл. Точь-в-точь такой же, какой разбился в источнике. Но…

— Почему ты отдаёшь его мне? — с подозрением спросила я, пряча кристалл в свою сумочку.

— У меня есть к тебе просьба, — проговорила она, и с неким упрямством во взгляде ожидала моего решения. Я кивнула, показывая, что готова выслушать. — Макс до жути не любит праздники, танцы и прочее веселье. А сегодняшний концерт устроен в вашу честь. В его и твою. Не могли бы вы остаться здесь хоть ненадолго? Отдай я кристалл Максу сейчас, то он непременно бы развернулся и ушел сразу же. Не дожидаясь конца праздника.

— Я попробую сделать всё, что в моих силах.

Пообещать-то я пообещала, а на деле понятия не имела, как буду действовать. Разве возможно удержать кого-либо там, где быть не комфортно?

А с другой стороны… С чего это вдруг так подобрела к медведю? Не уж-то после известия о том, что он останется зверем безвозвратно. Не буду я страдать одна. Раз мы соединены душами, то сделаю всё, чтобы и ему, и его отцу жизнь мёдом не казалась.

В мыслях начал вырисовываться план. Надо бы как-нибудь задобрить полубога. И памятуя о его вкусовых предпочтениях, начала собирать разнообразные «растительные» блюда.

Большого подноса не нашлось, потому, совсем не стесняясь, взяла большую круглую тарелку и принялась ставить на неё более маленькие тарелочки.

Девушки и, правда, постарались в подготовке к празднику, учитывая предпочтения гостей. На моем блюде красовались глубокая пиала с нарезанными овощами и листовым салатом, тарелочка с рулетиками из печёных кабачков и ореховой начинкой, хрустящие лаваши с зеленью, пиалочка с чищенными арахисом и фисташками, а также блюдце с разнообразными фруктовыми канапе. А для себя взяла пару тарталеток с какими-то салатами. Больше просто не влезло на блюдо, но сейчас всё внимание не мне.

Пробираться сквозь толпу с таким большим блюдом, и ничего не уронить при этом, стало настоящей тропой препятствий. Особенно, когда неожиданно грянул гром, и освещение приглушилось. Разговоры в зале прекратились, и все словно затаили дыхание в ожидании чего-то прекрасного.

Первая немного грустная мелодия заиграла в тот момент, когда я как раз добралась к Максу.

Свет во всём зале приглушился, но у входа засветилась вся сцена. Что примечательно. Там было множество разнообразных инструментов, но не было ни одного музыканта. Лишь одна Альмексия дирижировала инструментам, а они повиновались её желаниям.

Магия.

Увлечённые мелодией нимфы раскачивались в такт, а медведь только фыркнул рядом со мной, чем разрушил сказочную ауру.

— Ты чего это?

— Шатаются, будто пьяные.

— А если музыка будет веселее, ты скажешь, что тут каждого молнией шандарахнуло и они дергаются в конвульсиях?

— Примерно так…

— Злой ты. Лучше смотри, что я тебе принесла.

— Мне?

— Тебе-тебе.

— А с чего такая щедрость? Отравила всю еду?

— Да как ты… Если ты чем-нибудь отравишься, то явно не с моей руки. В конце концов, могу же я позаботиться о собственном «муже»?

— Вот это и пугает.

— Лучше ешь, — буркнула я, и подсунула пиалу с салатом чуть ли не под нос медведю.

Честно, думала, что после таких подозрений, он не притронется к угощениям, и сильно удивилась, услышав позади хруст овощей.

Так мы слушали концерт, устроенный в нашу честь. Я смотрела на сцену и подавала Максу разные вкусности, а он трапезничал под музыку.

Сытый медведь — довольный медведь. И первая часть замысла выполнена. Мы всё ещё оставались здесь, и Альмексия может быть спокойна.

Теперь же мне предстояла самая трудная часть моего плана, не имеющая к сёстрам никакого отношения. Когда все блюда опустели, я оставила тарелку на ближайшем пустом столике, и вернулась к Максу.

— Знаешь, там, откуда я родом, от хороших новостей принято танцевать. Так сказать, особое выражение радости.

— Разве у нас есть хорошие новости?

— Конечно.

— Этот концерт сейчас закончится? — с сомнением спросил Макс, осматривая толпу нимф.

— Этого я не знаю, если честно. Новость другая. Готов танцевать?

— Я?