Дар или проклятье для полубога. Одна душа на двоих - Лина Бестина

Чего он тянет?

Языком тела она показывала, что готова принимать ласку, но мужчина неподвижно замер, и богиня лихорадочно пыталась понять причину бездействия. Готова уже была сама взять под контроль их маленькую шалость.

— Вино или магия? Ну же, Медея, я не продолжу до тех пор, пока ты не ответишь на вопрос.

И в подтверждение своих слов прикоснулся губами к её промежности, впервые за всё время их тайных встреч оставил лёгкий, но горячий поцелуй, дразня её, и срывая первый громкий стон богини.

— Магия… всё дело в магии… по замыслу Лекса.

— Продолжай, — приказал он, и прошёлся языком по набухшим от желания складочкам.

Хоть он и видел, что её глаза затуманены вожделением, что от его действий её тело едва заметно дрожало, понимал, что меньше всего Медея была способна на разговор… но её ответ лишь ещё больше разгорячил интерес, нежели подарил удовлетворение. И чтобы богиня не терялась в собственных ощущениях, он пустил огненную силу в ладонь, на мгновение, обжигая её ягодицу в своей руке.

— Я дарю удовольствие физическое, а ты рассказываешь всё, что знаешь. Ради меня.

И Медея увидела недобрый огонёк в его глазах, притаившийся за страстным огнём. Поняла, что стоит ей замолчать, и Курт прекратит сладкие пытки. Меньше всего она этого хотела. Она пришла к нему, чтобы удовлетворить свои желания, которые не мог дать ей Лекс, а не для того, чтобы её выставили за порог обители неудовлетворённой.

Богиня рассказывала про видения совы, про скрытый замысел мужа, про его сына и проделки ненастоящей феи.

Её речь была путанной, обрывочной, постоянно прерывалась сбившимся дыханием или громкими стонами, потому что бог гнева вытворял языком такие умопомрачительные ласки меж её ног, что она беспрерывно балансировала на грани контроля. Хотя больше всего ей хотелось его потерять. Отдаться богу полностью…

Эта встреча определённо отличалась от всех предыдущих.

Особенно это ощущалось теперь, когда бог гнева стремительно перевернул Медею на живот, подтянул её тело ближе, приподнимая зад, и заполнил её собой одним резким толчком.

Никто. Никогда. Не брал. Её. Сзади.

Словно она была падшей распутной нимфой, а не богиней. Но она даже возмутиться не успела. Её настолько потрясло последующее тянущее чувство эйфории, что и думать забыла о пренебрежительном отношении любовника, и вскрикнула от удовольствия, затопившего разум.

— Так это правда!

Ещё один сильный толчок.

— Твой муженёк притащил ненастоящую фею в наш мир.

Толчок.

— Слышал, как другие боги перешептывались…

Каждая его фраза низким возбуждённым голосом, становилась всё ниже и к концу походила на рык разъярённого голодного зверя, а последующие толчки становились по истине дикими.

— Что он задумал?

Медея настолько погрузилась в свои ощущения, что пропустила этот вопрос, но Курту уже было плевать. Он повторил вопрос, и для остроты вновь обжег ладонью ягодицу богини.

— Я не знаю, — протяжный стон от смеси боли и сладости его движений. — Он не рассказывает.

— Узнаю. Всё узнаю, — пообещал он ей.

С этого момента бог гнева больше не беспокоился о женских желаниях, удовлетворяя лишь своё собственное. Так, как он любил. Жёстко. Горячо. Бесконтрольно.

Курт узнал достаточно и получал чуть ли не двойное удовольствие. Недавний спор с Лексом его выбесил настолько сильно, что он готов был разрушить этот мир и спалить его дотла. Теперь же у бога гнева были все козыри на руках, чтобы отправить собрата по ту сторону врат в бездну навечно, и отобрать у него жену.

Да!

Этого он желал больше всего на свете.

Избавиться от соперника и овладеть женщиной, которая дарила ему наслаждение, несмотря на то, кем он являлся.

Но для начала, он отправит тёмных охотников по следу полубога, для собственного убеждения и доказательства перед остальными богами.

Ему нравился план.

— Скоро ты станешь только моей!

Но от охватившего тело оргазма, Медея не услышала этих слов, лишь чувствуя своим пульсирующим лоном, как содрогалось естество Курта внутри неё.

А он все продолжал шептать это обещание, и до богини, наконец, дошёл смысл его слов.

Только не того она желала, когда дразнила мужчину.

И никогда не собиралась становиться перед выбором.

Точно нет.

Она желала обоих мужчин одинаково. Они дополняли друг друга и давали ей то, что она хотела.

Лекс — был томителен в любовных утехах, мог ублажать её ночь на пролёт, растягивая удовольствие.

Курт — как огненный взрыв. Яркий, сильный, но недолгий. И пусть после близости с ним её ожоги долго заживали, ей было важно, чтобы он тоже оставался с ней.

Она никак не могла предположить, что от невинного разговора, между её мужчинами развяжется война, и что ей придется сделать выбор: на чью сторону встать и с кем делить постель.

Глава 18. Путь в неизвестность

Элли

Обратная дорога в Ларварду была полна неожиданностей, страхов и переживаний.

После инцидента на мосту в горах, Макс за время пути терял самого себя в звере ещё несколько раз.

И каждый этот раз пугал меня до чёртиков. Казалось, если ничего не предпринять, то он потеряет себя навсегда. Я же, ухватилась за слова Шумной как за спасительную соломинку. Потому как, в эти мгновения ощущала настолько сильную тоску, сравнимую лишь с чувством потери.

И потому, почти безостановочно общалась с книгой, прерываясь лишь на то, чтобы убедиться, что Макс это всё ещё Макс, а не простой лесной дикий медведь.

Из книги узнала — Инганитум — один из артефактов Архара, в виде платинового кольца, с кровавым бордовым рубином, дарующим магию. По последним данным, внесённым в книгу, спрятан где-то в рубиновой долине вблизи деревни Майруби, но точное местоположение его неизвестно.

Как ни крути, но книга выдаёт лишь факты, а не пересказывает легенды.

Через ссоры, ругани, обоюдные обзывания, и чью-то мать, мне удалось уговорить Вейнарум стать для меня навигатором и картой. Теперь на последних страницах красовалась карта пути к местонахождению кольца, и ещё одна с двумя пунктирными линиями от Ларварды до Майруби, и от Ларварды до острова водопада желаний — Даркихарс.

Чувствовала себя при этом как настоящий пират в поисках сокровищ. Аж дух захватывало. Помимо всего прочего, когда споры доходили до точки кипения, то переключалась на что-либо другое. А именно на устройство мира Архар. Теперь прекрасно понимала, что полубог, конечно, звучит круто, но не очень богато, если судить по содержимому его кошелька. И так, как у нас перемирие, то поняв свою