Рассвет ярости и гнева - Мелисса Рёрих

Лука снова потянулся к ней, а Теон мягко подтолкнул ее вперед, подставив под воду. Затем Лука встал у нее за спиной и запрокинул ей голову, чтобы вода смыла пыль и кровь.

— Тебе нужно прожить это, Тесса, — сказал он. — Не через выпивку. Не через секс. Не через любые другие способы заглушить чувства. Как и сказал Теон: именно тогда твоя сила вырывается наружу.

Потом он передал ее Теону, который уже держал в руках шампунь. Теон начал вспенивать ее волосы, но по-прежнему чувствовал, как от нее волнами исходит напряжение.

— Мы знаем, что он был тебе другом, маленькая буря, — тихо произнес он.

— Хватит, — процедила она сквозь зубы.

— Не хватит, — просто ответил Лука. — Тебе нужно научиться проживать эмоции, малышка.

— Не называй меня так, — рявкнула она и резко развернулась к Теону, взгляд ее стал жестким. — А что насчет тебя? — бросила она. — Ты тоже давишь в себе чувства. Я их тоже чувствую, знаешь ли.

Он ухмыльнулся: темно, чуть насмешливо. И она на долю секунды дрогнула, прежде чем снова надеть маску безразличия. Теон передал ее Луке.

— Не переживай, Тесса, — спокойно сказал он. — Со своими чувствами мы разберемся, когда придет время. Но прямо сейчас в центре внимания ты, а не мы.

Она с трудом сглотнула, пока Лука снова запрокидывал ей голову, смывая пену. Никто больше не произносил ни слова, пока они наносили кондиционер, пока смывали с ее кожи кровь. Но они чувствовали ее: чувствовали, как она пытается затолкать печаль куда-то вглубь, как ее начинает заносить, как она делает все возможное, чтобы вообще ничего не чувствовать. Несмотря на горячую воду, ее била дрожь. Теон притянул ее к себе, пока Лука быстро споласкивался. Потом Лука сделал то же самое для него, прежде чем выйти и вытереться.

Только когда Теон подвел ее к Луке, и тот ждал с полотенцем, Лука тихо произнес:

— Мне жаль, что ты потеряла еще одного важного для себя друга.

— Не надо, — зарычала она, и на кончиках ее пальцев вспыхнули искры.

— Пусть мы и узнали о его настоящей преданности только сейчас, он многое сделал для тебя. Для Кэт. И, скорее всего, для множества невинных, о которых мы никогда не узнаем.

— Лука, хватит, — снова оборвала она, но резкость ее голоса уже ломалась.

— Жаль, что у нас не было шанса узнать его получше. Он казался достойным парнем. Самоуверенным, с сомнительными методами, но в итоге — достойным.

— Лука!

Он чуть сдвинул ее в сторону, чтобы Теон мог выйти, и быстро вытерся, пока Лука продолжал говорить.

— Мне жаль, что тебе пришлось видеть его смерть, но это не твоя вина.

— Конечно, моя! — огрызнулась она. — Его смерть — прямое следствие моих действий. Точно так же, как с Аурион и Пен. Из-за меня ты и Роан едва не оказались в той же ситуации.

Теон замер, услышав эти слова.

Ее руки сами взметнулись к мокрым волосам, прежде чем кто-либо из них успел ее остановить, и она отшатнулась от Луки, а ее сила хлестнула наружу. Не по ним, а просто… вырвалась.

Теон смотрел, как эта сила извивается, сворачивается в кольца, щелкает, будто кнутом, втягивается обратно, снова обвивает Тессу. И вдруг метнулась вверх по ее телу, к собственному горлу, словно собираясь…

— Тесса! — рявкнул Теон, и его тьма рванулась к ее Хаосу.

Потому что сила начала бить по ней самой. Это было отражение тех эмоций, которые она изо всех сил пыталась не чувствовать: ее собственного презрения к себе, вины за прошлое, и за то, что было в ее власти, и за то, что вовсе от нее не зависело.

Его магия сделала то, чего он хотел: отвлекла ее хаос. Лука, видимо, тоже все понял, потому что его черные языки пламени тут же потянулись, вытягивая ее силу прочь, не давая ей поглотить саму себя. Они не позволят ей сбежать от этого. Сбежать от самой себя.

— Ты успела поговорить с ним перед смертью? — спросил Лука тоном, почти резким.

— Хватит! — снова зарычала она, отступая на шаг.

И уж зрелище было то еще: двое мужчин в полотенцах на бедрах, Тесса — обнаженная, отпрянувшая от тепла Луки, сверлящая их взглядом посреди наполненной паром ванной; пальцы ее снова вцепились в волосы. Безумие подступало, тянуло ее на дно, а они делали все, чтобы удержать ее здесь, с ними.

— Смерть Брекена — не на твоей совести, Тесса, — сказал Теон.

Она открыла рот, чтобы возразить, но он продолжил, не давая ей шанса:

— Тут замешано куда больше факторов, чем просто ты. То же самое было с Аурион и Пен.

— Но ты сам сказал…

— Я знаю, что я говорил, — перебил он и, тяжело сглотнув, провел рукой по ее мокрым волосам. — Тогда я терял контроль, а ты… ты была самым удобным объектом, на которой можно было сорваться. Но сейчас… Тесса, ты его не звала. Его позвал Блэкхарт.

— И его собственные поступки тоже сыграли свою роль, — добавил Лука, чуть смягчив тон. — Он предал дело, ради которого его сюда послали. Он попался. Это не твоя вина, Тесса.

Она покачала головой, и две слезинки медленно скатились по щекам.

— Он… он говорил мне правду, когда никто другой не решался.

Они молчали, давая ей выговориться.

— Он помог мне понять, в чем мое истинное предназначение. Что я сама могу его выбрать. — она сердито смахнула слезы. — В мире, полном злодеев, он в конце концов не оказался одним из них.

— Он знал, на какой риск идет, — тихо произнес Теон.

— Это из-за меня его поймали! — огрызнулась она, и гнев снова вспыхнул в ней.

— Отдай ему должное, Тесса, — резко сказал Лука. — Он пожертвовал собой ради того, во что верил. Его смерть не была напрасной. Он спасал невинных. Он был частью революции в Девраме еще до того, как мы вообще поняли, что она