Трилогия «Система» - Сия Тони

Интегратор проанализировал состояние Аурелиона, заключив, что в запасе у нас не больше двух часов.

– Райан, все будет в порядке. Я вернусь за Ати, а после мы отправимся в штаб.

– Ты не понимаешь! – В голосе Райана появились признаки истерики. – Я не могу просто сидеть тут и ждать, пока он…

– Убери руки, – велел я стальным тоном.

– Ты слепой, что ли?! – Он оттолкнул меня так, будто забыл, кто перед ним. В его глазах искрилась ярость, та самая, что толкала людей на безумные поступки. – Утырок, если ты ничего не сделаешь, он умрет! Где твои хваленые решения? Где твоя чертова смелость?! Бесполезный!

Не желая терять больше ни минуты, я махнул ему и направился к двери.

– Не парься, я не дам ему умереть, – кинул я напоследок.

Атанасия

Снежинки падали на лицо, освежая его морозным холодом тающей воды.

Минуты шли… а я продолжала в исступлении лежать и ждать.

Может, я ошиблась?

Может, все это того не стоило?

Не стоило его сюда привозить, не стоило что-то доказывать, не стоило подвергать…

Я с трудом вздохнула.

Какая же я дура! Самонадеянная, обиженная дура! Что я о себе возомнила? И кто сказал, что я вообще могу что-нибудь изменить? С чего я взяла, что имею право на это надеяться… Неужели не знала, что в Аковаме опасно? И все равно решила рискнуть, преследуя одну цель – доказать…

Кем я была все это время? Заигравшейся наивной глупышкой, которая ударилась в любовь и, столкнувшись с правдой, оказалась по другую сторону стены. Стены сомнений, заблуждений, оправданий. Кого я намеревалась спасти? Людей, живущих на Земле?

Я усмехнулась.

Лгунья! Я лишь нашла виновного в своем несчастье и отыгрывалась на том, кого полюбила. Я наказывала нас. Мне было все равно, кого винить. Но был ли в этом смысл?

Мысли путались.

Не в силах бездействовать, я выглянула с края крыши, чтобы проверить, смогу ли спуститься.

Под домом скопилось еще больше зевак и служителей правопорядка. Я встала и направилась исследовать крышу в надежде найти возможность спуститься. Не в состоянии похвастаться ясностью ума, я бродила по обледеневшей черепице, а в мыслях мелькали обрывки воспоминаний, мешая сосредоточиться на чем-то одном. Падение Аурелиона… Окровавленный снег…

Увидев пожарную лестницу, я ступила на нее, позабыв о страхе и предосторожности. Нащупав под собой тонкие прутья металлической конструкции, я начала спускаться, хватаясь голыми руками за обмерзшие крепления.

– Атанасия? – послышался откуда-то сверху голос Лира.

– Лир?

Я остановилась.

Он тут же перевалился через край крыши, выискивая меня.

Стоило мне увидеть его там, откуда я так старательно спускалась, как все силы меня покинули.

– И что это ты там делаешь? – в обычной игривой манере спросил он.

– Ищу себя. – Я скривила губы.

– И как? – Лир широко улыбнулся, из-за чего боль снова пронзила сердце.

– Как видишь, – ответила я, сдерживая всхлипы. – Что с Аурелионом?

– Пока жив. Ты сможешь спуститься? Боюсь, двоих эта хлипкая лесенка не выдержит. Я подожду тебя внизу, – сказал он, постучав по металлу.

– Да, – я кивнула и продолжила спуск.

Лир спрыгнул на выступающий пролет несколькими этажами ниже.

Монотонные движения рук и ног ненадолго освободили мой разум от гнетущих мыслей. Я обернулась, когда Лир, оттолкнувшись от стены, пронесся мимо меня. Теперь он грациозно балансировал на верхушке фонарного столба, пока я, пыхтя, спускалась.

– Умница, – подбадривал он меня.

– Вам удалось сбежать? – спросила я, надеясь на хорошие новости.

– Да.

– Что с Аурелионом?

Я злилась. На него. На себя. На всех.

– Все с ним будет нормально, – чуть раздраженно ответил Лир. – Ты бы лучше за меня так переживала. Только посмотри! Из меня сделали решето!

– Но ведь ты в порядке?

– Ну и что? Тебе совсем не жаль меня? – с обидой в голосе спросил он. – Остановись. Лестница вот-вот закончится.

Я даже не услышала, как он спрыгнул с фонарного столба.

– И что теперь?

– Всего два этажа. Прыгай. – Лир вытянул руки.

Я ни секунды не сомневалась, доверяя ему свою жизнь. Опустив руки и пискнув от страха, я рухнула вниз.

Как же крепко я его обняла, когда оказалась в хорошо знакомых объятиях!

– Тебе больно? – спросила я, стараясь придать голосу нежность.

– Уже нет, но спасибо. Я доволен.

Он улыбнулся и, не отпуская меня, поспешил убраться из этого переулка.

* * *

Зайдя в квартиру, которую Лир вскрыл в поисках временного убежища, я перестала сдерживать эмоции и поддалась чувствам.

– Аурелион?! – крикнула я, совсем не беспокоясь о жильцах, которые могли заподозрить, что кто-то пробрался в пустующую соседнюю квартиру.

Перешагивая через мешки с вещами, газеты, свернутый ковер, я заглянула сначала в одну комнату, а затем во вторую. Аурелион лежал там, перевязанный простынями, которые успели пропитаться кровью. Я прикрыла рот руками.

– Что нам делать?! – крикнул Райан, чье лицо потемнело от глубокой тревоги и страха.

– Лир, бери Райана и идите искать того, кто сможет оказать помощь! – кричала я в ответ. – Спрашивайте по людям! Вперед! Не тратьте время!

– Я никуда не пойду, – тут же уперся Райан.

– Шансов наткнуться на помощь вдвоем в два раза больше, Райан! Возьми себя в руки! Чем ты здесь можешь помочь?

– Она права. Пойдем, – кинул Лир.

Пробубнив какие-то ругательства и обернувшись на брата, грудь которого слабо вздымалась, Райан шумно прошагал мимо меня.

– Аурелион? – Я тут же бросилась к нему, забравшись на кровать. – Ты меня слышишь?

Его глаза были закрыты, а на лице застыла слабая гримаса боли. Как только за Лиром и Райаном закрылась дверь, удушающая аура смертоносными иглами пронзила все мое тело. Он сделал тяжелый вздох и скривился.

– Прости меня, прости… Это моя вина, – вспыхнула я, в страхе дотрагиваясь до его груди. – Ты ведь можешь себя излечить, как меня тогда? Аурелион, пожалуйста.

– Не… могу… – тяжело ответил он сквозь стиснутые зубы, – пока… пули в теле.

– Что мне сделать? Как я могу тебе помочь? Аурелион… Ведь точно есть способ, пожалуйста, – тараторила я, поглаживая его почерневшие волосы.

– Все… в порядке… – сказал он, приоткрыв глаза. – Я больше… не смогу терпеть… боль…

– Прости меня. Я не должна была привозить тебя сюда, не должна была заставлять… все это… Так не должно было быть, Аурелион, – извинялась я, не в силах облегчить его боль.

– Прости, что… не рассказал тебе обо всем… Прости меня, Ати… – медленно произносил он, разбивая мне сердце. – Я думал… что этот проект такая глупость… но от каждого… твоего движения, взгляда… мир… вокруг меня начал… трещать по швам.