Помощница для босса с двойным прицепом - Анастасия Владимировна Иванова

– Я взял отпуск за свой счёт, – удивляет меня папа, – за неделю, думаю, найдём новый садик.

Мальчишки давно спят, а мы с папой решили попить чаю и поболтать.

– Спасибо, пап.

В горле появляется ком горечи. Головой понимаю, что моей вины нет в произошедшем между папой и мамой, но всё же…

– Мне жаль, что у вас так с мамой получилось.

Папа мрачнеет на глазах, и от этого становится ещё поганее.

– Никуш, твоей вины нет. У нас с мамой не всегда и всё было гладко, но раньше нам удавалось приходить к компромиссу. Но в этот раз никто из нас не был готов уступать, – папа громко отпивает чай, как-то невесело хмыкает и добавляет: – Из дома её никто не выгонял, делать выбор тоже не заставлял. Я попросил лишь не лезть в ваши с Игнатом отношения. А она поставила ультиматум: либо поддерживаю её, либо она уходит от меня.

Больно такое слышать о родном человеке. В моём представлении мама по умолчанию должна помогать и поддерживать. Но, видно, не в моём случае. Дальше обсуждать маму нет никакого желания. Лишь настроение портить и себе, и папе.

– Я видела недалеко отсюда частный садик, а в соседнем районе есть хороший развивающий центр.

– Можем няню ещё поискать.

Едва заметно кривлюсь. К няням у меня нет доверия. В сети столько разных новостей с ними видела, что, если честно, боюсь.

– Оставим этот вариант на крайний случай, – миролюбиво предлагает папа, и я соглашаюсь. – Лучше расскажи, как прошёл твой первый рабочий день? Нашла общий язык с Максимом?

При упоминании босса к щекам приливает кровь.

Всё из-за “недоразумения”, которое произошло днём, и его внимания вечером.

Максим Владимирович не просто подвёз меня до дома, он ещё поднялся в квартиру. Свой странный поступок объяснил желанием убедиться, что у меня и мальчиков всё в порядке.

– Мы всё-таки не чужие люди, Вероника Дмитриевна. Вы моя помощница, а наши отцы были сослуживцами.

Папа на появление Максима лишь одобряюще хмыкнул и предложил ему приехать к нам в гости в выходные. Ну, чтобы тщательнее изучить вопрос проживания помощницы. Я с трудом сдержала стон отчаяния, который рвался наружу. Это же надо такое предложить! Гораздо хуже стало, когда босс согласился!

– Вы у всех своих сотрудников жилищные условия проверяете? – не удержалась.

– Нет, но и не все сотрудники на меня борщ выливают, – ответил с улыбкой, подмигнул и, попрощавшись, ушёл.

И всё это на глазах папы! Который стоял и довольно улыбался.

Вот и сейчас зачем-то завёл разговор о нём. Ещё и смотрит выжидающе.

– Пап, я ещё развестись не успела, а ты уже жениха мне присматриваешь!

– Подумаешь, не развелась. Главное – ушла от мужа, а остальное Максим как мужчина решит.

– Папа!

– Что, Ник? Если бы не нравилась, стал бы он мотаться сегодня с тобой? Благородство, конечно, никто не отменял, но он мог просто прислать адвоката, а не тратить своё время.

“Просто думал: поможет, и я в благодарность с радостью раздвину перед ним ноги”, – думаю со злостью на босса, но папе этот вариант не озвучиваю.

– Пап, не важно, что там испытывает Максим Владимирович. Во-первых, он мой босс, а у нас запрещены служебные отношения. Во-вторых, не хочу. Поиграла в брак, закончилось как-то не очень. Второй раз на это не подпишусь.

Странно такие вещи обсуждать с родителем. Я даже с мамой на такие темы особо не разговаривала, а тут с папой обсуждаю свою личную жизнь! Но, с другой стороны, нужно поубавить папин энтузиазм, а то он явно готов примерить костюм Купидона на себя.

– Ладно, – поднимает руки в знак капитуляции, – никаких женихов.

– Ты лучший, пап!

Мы ещё какое-то время болтаем, строим планы на ближайшее будущее.

– Всё будет хорошо, Никуш, – перед тем как нам разойтись по своим комнатам, целует в лоб. Совсем как детстве.

От этого простого действия становится легко. А ещё понимаю, что верю. Всё обязательно будет хорошо.

Ложусь на диван к сыновьям и моментально засыпаю. Ночь проходит без сновидений, а наутро чувствую себя бодро и уверенно. Мои мальчики со мной – это главное. С остальным я справлюсь. Если потребуется – даже горы сверну.

В хорошем настроении сбегаю вниз по ступенькам подъезда. Мурлычу незамысловатый мотив популярной песни под нос. А когда распахиваю тяжёлую металлическую дверь, спотыкаюсь о собственную ногу и замираю статуей на месте.

Напротив стоит знакомый автомобиль. Дорогой седан премиальной марки, начищенный до блеска. Он так несуразно выглядит на фоне облезлых грязных фасадов домов, что проходящий мимо народ чуть ли не сворачивает шеи, глядя на него. И не только случайные пешеходы. Вон тётя Клава из соседнего подъезда, главная сплетница нашего двора, практически по пояс вылезла из окна, чтобы лучше разглядеть происходящее. Мало мне слухов на работе, теперь ещё и весь двор будет обо мне говорить.

Задняя дверь открывается, и наружу выбирается Максим Владимирович. Снова в светлом пальто. Не знаю, откуда у моего босса любовь к светлому, но ему идёт.

– Вероника Дмитриевна, так и будем стоять и друг друга рассматривать? Или, может, поедем на работу?

Смущаюсь от его слов. Я ведь и правда стояла и рассматривала его. На глазах у всего двора. Отмираю и подхожу к машине. Мужчина подаёт руку, помогая мне сесть. Следом и сам занимает место. Отдаёт приказ водителю, чтобы тот ехал к офису.

– Что вы здесь делали?

– Мне было по пути, – отвечает спокойным голосом. Словно ничего удивительного не произошло.

И так же обыденно протягивает мне пластиковый стаканчик с кофе, восхитительный аромат которого долетает до меня, несмотря даже на пластиковую крышку.

– Это вам. Здесь недалеко готовят отличный кофе. Попробуйте, вам понравится.

Растерянно делаю глоток волшебного напитка. Босс прав: кофе оказывается изумительным.

Глава 16

По пути до работы мы успеваем обсудить дела. Максим Владимирович проверяет, насколько я готова провести презентацию. Какие-то моменты корректирует советами и поправками. Надеюсь, от волнения я ничего не забуду.