Фэлкон - Мишель Хёрд

— Я позвоню еще раз! — Кингсли выбегает из комнаты.

Я сажусь на её место и осторожно обнимаю Лейлу за плечи. Когда она поворачивается и прижимается лбом к моему плечу, я наконец чувствую крошечный проблеск спокойствия.

После осмотра врач дает ей успокоительное.

— Можно мне в душ? — спрашивает она, когда в дверь стучат.

Я открываю — на пороге мистер Катлер, отец Лейка. Впервые за вечер я чувствую, как напряжение немного спадает.

— Да, можете принять душ. Я оставлю мазь, нанесите её потом, — отвечает врач.

Мистер Катлер входит в комнату. Кингсли помогает Лейле встать, но он останавливает их.

— Прежде чем идти в душ, нам нужно сделать фото.

Лейла испуганно переводит взгляд с меня на него.

— Это мистер Катлер, отец Лейка, — представляю я его.

Остатки красок исчезают с её лица. Она плотнее кутается в плед, который принесла Кингсли.

— Простите, мистер Катлер. Им не стоило вас беспокоить.

— Глупости, мисс Шепард. — Он подходит к ней, берет за подбородок и осматривает синяки. — Я всегда знал, что от этого парня одни проблемы. — Он оглядывается на меня.

— Разве я не предупреждал тебя не давать ему учиться в «Тринити»?

— Да, сэр.

Врач уходит, и Катлер продолжает: — Я понимаю, что вечер был травматичным, но мне нужны фото. Если дело дойдет до суда, нам понадобятся все улики.

— Суда? — в глазах Лейлы снова стоят слезы. Я тут же оказываюсь рядом.

— Суда не будет. Обещаю.

— Но фото?.. — она качает головой, совершенно выбитая из сил. — Я не хочу, чтобы остались доказательства того, что случилось.

— Мисс Шепард, их никто не увидит, если мы не пойдем в суд.

Слеза катится по её щеке, и я смахиваю её большим пальцем.

— Я не хочу, чтобы мама узнала. Если это всплывет, я боюсь... — она сглатывает ком в горле. — Это может разрушить её карьеру. В это втянут CRC, начнется безумие в СМИ. Я не могу этого допустить.

Я беру её лицо в ладони, заставляя смотреть на меня.

— Об этом никто и никогда не узнает.

— Но Грейсон...

— Забудь о Грейсоне. Я о нем позабочусь. Пожалуйста, просто доверься мне.

Через пару секунд она облизывает губы и говорит: — Только если фото будут на мой телефон и останутся у меня. Простите, но я должна знать, что доступа к ним ни у кого нет.

Я смотрю на мистера Катлера. Он не спорит.

— Соберите все листья из волос и сложите в пакет вместе со всей одеждой, что на вас сейчас.

— Хорошо, — быстро отвечает Лейла.

Мистер Катлер направляется к выходу.

— Пойдем разберемся с мистером Стейтманом. — Он останавливается и смотрит на Лейлу: — К сожалению, мир полон таких дегенератов, как Грейсон. Мне жаль, что это случилось в академии «Тринити».

Я сжимаю плечо Лейлы и забираю ключ-карту со стола.

— Я возьму карту. Вернусь, как только улажу проблему.

— Спасибо, — шепчет она, и её благодарный взгляд стоит всего этого дерьма.

Зайдя в наш люкс, я буквально прожигаю взглядом Грейсона, сидящего на диване. Увидев мистера Катлера, он вскакивает.

— Мистер Стейтман, — голос Катлера пропитан неодобрением. Он кладет портфель на стол. — Садись.

Пока Грейсон подчиняется, Катлер смотрит на сына.

— Ты в порядке, мой мальчик?

Лейк смотрит на свои руки в пятнах крови и прячет их за спину.

— Спасибо, что приехал, пап.

Катлер переводит взгляд на Мейсона.

— Для разнообразия, в этот раз я — хороший парень, — шутит Мейсон.

— Ад замерзнет раньше, — отшучивается Катлер, и это немного разряжает обстановку.

Грейсон прочищает горло: — Мистер Катлер, я знаю, это выглядит плохо, но я бы хотел, чтобы вы выслушали мою версию.

Катлер достает документ и кладет перед ним.

— Мистер Стейтман, если вы хотите присутствия адвокатов, звоните им сейчас.

— Адвокатов? — Грейсон смотрит на бумагу. — Соглашение о неразглашении?

Я подхожу к Катлеру так, чтобы стол отделял меня от Грейсона. Мне слишком трудно разговаривать с ним и не придушить на месте.

— После того как подпишешь, ты немедленно покинешь кампус и больше никогда здесь не появишься. Это единственный вариант, который я тебе предлагаю.

Грейсон вскакивает, шипя от боли в боку.

— Почему это я должен уезжать?!

— Если не уедешь, я солью твой грязный секретик всем СМИ страны, — угрожаю я. Видео, где Грейсон употребляет наркотики с несовершеннолетней, уничтожит его семью.

— И никто не выслушает меня? Вы просто верите всему, что она наплела?

От его возмущенного вида я скриплю зубами и подаюсь вперед.

— Это не слушания, а я не судья. Мне плевать на твою версию. Подписывай и убирайся с нашей территории, пока у меня не кончилось терпение.

— Ого. — Грейсон бросает на меня яростный взгляд. — Дайте ручку.

Он подписывает и швыряет ручку на стол.

— Если я уеду, я хочу видео.

— Ты не в том положении, чтобы требовать, — отрезаю я. Отдаю документ Катлеру: — Спасибо, что приехали. Я провожу вас.

— Позвони матери, сын, — говорит Катлер Лейку.

— Прямо сейчас, — отвечает тот, потянувшись к телефону.

— Сначала руки помой, — качает говорой отец.

— А... да.

Мейсон делает шаг к Грейсону: — Мне выпадет честь вышвырнуть его за ворота?

— Боже, — вздыхает Катлер. — Мейсон, мне больно думать, что наше будущее в твоих руках. Представляю, что будет на советах директоров. Проводи меня, а Фэлкон закончит с «проблемой».

Мейсон обнимает его за плечи: — Признайте, вы ждете не дождетесь, когда я там появлюсь. Я оживлю это место!

— Как динамитная шашка в курятнике.

Когда они уходят, я поворачиваюсь к Грейсону.

— У тебя десять минут.

— А то что? Я не буду торопиться, — скалится он. — Я не шутил. Отдай видео.

Закрываю глаза на мгновение, пытаясь не сорваться.

— К черту всё, — рычу я.

Шагаю к нему и с размахом бью в челюсть. Облегчение волной проходит по телу, когда мой кулак встречается с его кожей.

— Ты уберешься отсюда сейчас же, или я тебя убью. Видео — это меньшая из твоих проблем.

Высокомерная ухмылка исчезает. Грейсон наконец-то выглядит напуганным.