Беспощадный - Мишель Хёрд

Я останавливаюсь, уже собираясь бросить, и поворачиваюсь к Уиллоу.

— Твоя фамилия Брукс?

— Да. Думала, ты знал. — Она поднимает мою футболку и аккуратно складывает, прежде чем положить на скамейку.

— Твой отец был хорошим игроком в свое время.

— Угу.

— Ты собираешься надрать мне задницу, да?

Она широко улыбается.

— Судя по всему, я уже надираю тебе задницу.

Я подхожу к ней.

— Почему ты не сказала до того, как мы начали?

— Ты не спрашивал.

Я бросаю мяч и делаю еще шаг к ней.

— Думаю, это чушь. Хочешь знать, почему, я думаю, ты промолчала?

Она облизывает губы и качает головой, и светлые кудри падают на плечи.

— Не особо.

Еще один шаг — и моя грудь в нескольких сантиметрах от ее.

— Я думаю, ты хотела раздеть меня.

Она морщит нос и смеется.

— Это ты выбрал игру. Я ничего не планировала. Если бы мы пошли по моему плану, сейчас сидели бы в кино. — Ее взгляд опускается на мою грудь. — И ты был бы все еще в футболке.

В тот момент, когда ее глаза замирают на шраме, игривое выражение исчезает с ее лица.

Она подносит руку к моей груди, и я застываю, когда ее пальцы легко касаются рубцовой ткани.

— Что случилось? — спрашивает она, поднимая глаза к моим.

Я удивлен, что она спрашивает. Раньше никто не спрашивал. Обычно они уже слышали об этом где-то еще.

— Мой отец застрелил меня. — Слова выходят гораздо тише, чем я хотел.

— Почему ты до сих пор называешь его отцом? Он не заслуживает этого титула.

Это точно не то, что я ожидал от нее услышать. Я думал, она будет выпытывать подробности.

— Он нанес ущерб, который мог нанести только отец. Если бы это был кто-то другой, было бы легче смириться.

— Это имеет смысл, — шепчет она. Убирает руку с моей груди и улыбается мне. — Я рада, что ты выжил, Красавчик.

— Почему?

Она поднимает мою футболку и прижимает к моей груди.

— Одевайся. Мне нужно домой. — Когда мы идем обратно к машине, она шепчет: — Я рада, что ты выжил, потому что у тебя доброе сердце, Маркус. Ты можешь так не думать, но я это вижу.

Когда мы возвращаемся ко мне, Уиллоу не заходит. Она целует меня в щеку и идет к своей машине, припаркованной через дорогу. Я смотрю, как она уезжает, и только потом захожу в дом. Дома тихо, так что решаю принять душ и лечь спать.

***

УИЛЛОУ

Когда захожу в квартиру, дома только Иви.

— Где Лей?

Она пожимает плечами.

— Не сказала, что куда-то собирается. Я сообщила ей, что ты гуляешь с Маркусом, и она сказала, что просто посидит дома. Когда я вернулась, квартира была пуста.

— Черт, вот я и вспомнила. Мне нужно зарядить телефон. — Включаю его в сеть и делаю кофе, пока он заряжается.

В ту секунду, как включаю телефон, он начинает сходить с ума от уведомлений. Когда вижу все пропущенные звонки от Лей, тревога начинает сжимать желудок.

Звоню ей, но попадаю на автоответчик, и тревога быстро превращается в страх. Что если с ней что-то случилось?

— Что не так? — спрашивает Иви, вставая с дивана.

— Лей пыталась мне дозвониться. Не оставила никаких сообщений. Восемь пропущенных от нее. Что если она в беде? Я позвонила ей только что, но попала на голосовую почту.

— Уверена, с ней все в порядке. Может, она хотела пойти с нами и пыталась узнать, где мы.

— Да, может быть.

Когда входная дверь открывается, я резко оборачиваюсь. На секунду меня затопляет облегчение, но потом я вижу, в каком состоянии Лей. Она белая как мел.

— Лей?

— Мне нужно собрать вещи. Папа приезжает завтра. — Она выглядит ошеломленной, что только усиливает мою тревогу. — Папа приезжает завтра, — повторяет она.

Я никогда не видела ее такой. Она выглядит совершенно потерянной. Обнимаю ее за плечи и веду к дивану. Иви протягивает мне бутылку воды, которую я подношу к губам Лей. К счастью, она делает несколько глотков.

— Я еду домой, — шепчет она, и в ее голосе столько потерянности, что у меня сердце разрывается.

— Почему ты едешь домой, Лей? Что-то случилось сегодня?

— Моя мама попала в аварию. Она умерла. — В ее голосе нет эмоций, и от этого сердце болит еще сильнее. Она, должно быть, только что узнала.

Притягиваю ее к себе и обнимаю, пока сама начинаю плакать. Сердце разрывается за подругу. Она была близка с матерью.

Когда отстраняюсь, Иви наклоняется обнять Лей.

— Мне так жаль, Лей. Я не знала твою маму, но уверена, она была потрясающей. Ты — живое тому доказательство.

Мы ничем не можем облегчить это для Лей, поэтому даем ей посидеть на диване, пока собираем ее вещи.

***

Я сижу рядом с Лей, пока мы смотрим, как люди передвигаются по комнате. Сплошное черное пятно. Черт, как же это тоскливо.

Встаю и протягиваю Лей руку.

— Пойдем смотреть «Анатомию страсти». Даже позволю тебе указывать на все, что они делают неправильно.

Она пытается улыбнуться, но это выглядит болезненно. Она берет мою руку, и я тяну ее наверх. Мы ускользаем из комнаты, полной скорбящих.

Когда мы обе лежим на ее кровати, я включаю следующий сезон «Анатомии страсти». Лей смотрит пустым взглядом в экран, пока ее глаза не закрываются и она не засыпает.

Не желая оставлять ее одну, решаю проверить сообщения. Только одно от Маркуса.

**Маркус:** Обычно когда девушка видит меня полуголым, мы оказываемся в постели.

Улыбаюсь и поворачиваюсь на бок.

**Я:** Я в Лос-Анджелесе. Приехала домой на похороны. Не знаю, слышал ли ты, но мама Лей умерла.

Через несколько секунд телефон пищит. Быстро выключаю звук и читаю