Его (не) родной сын. Нас больше нет - Виктория Вишневская

В какой-то мере я был рад увидеть её. Узнать, как у неё дела. Хреновые, мать твою.

И что мне с ней делать? Делать главным бухгалтером? Нет, нельзя. Бывшая бывшей, но эта компания и правда дохлая лошадь, особенно после вскрытых подробностей. Надо восстановить пробелы, из-за которых у Антона были проблемы. Для этого нужен свой человек — придётся дергать своего главного буха. Пусть занимается этим, подучивает Ангелину.

А я не буду лезть к ней.

Просто обеспечу стабильность, деньги. Не для неё, а для ребёнка. Павлик не виноват, что его мать сходила налево.

И к этому я пришёл спустя только две недели одиночества, баран.

Да, мне хочется его увидеть, обнять, поцеловать. Он рос на моих руках четыре классных года.

Если мне так паршиво, то какого сейчас ему? Я для него был отцом. Всем. Он не знает, что не родной мне, да и смысла говорить нет в таком маленьком возрасте. Но он скучает.

И я бы встретился с ним, подарил игрушек, сводил в парк, поиграл бы с ним, как раньше, но… Геля. Вряд ли сейчас она вообще позволит его увидеть.

Будь на её месте — сам бы не дал подобному случиться.

Помню, как она ушла из детского центра через второй выход. Я прождал двадцать минут у входа, так никого и не увидев. Просто хотел взглянуть на него. Он хорошо кушает? Может, похудел? Без его пухлых щёк он не Павлуша.

Такую тяжесть в груди ощущаю, что сдохнуть хочется.

Скучаю по нему.

И каждый раз пытаюсь отрезвить себя тем, что в нём течёт чужая кровь.

Да только это перестаёт срабатывать, чёрт побери.

Отрываюсь от стола, поглядывая на время. Засиделся я здесь сегодня, хотел уйти пораньше, но этот бардак оказался куда хуже, чем я думал.

Выхожу из кабинета, шагаю по полупустому этажу. За окном уже темень.

На улице вдыхаю влажный после дождя воздух.

Взглядом ищу машину, вспоминая, куда её поставил.

Нашёл.

Хмурюсь, завидев знакомую фигуру неподалёку. Ангелина.

Резко останавливаюсь, когда к ней подходит какой-то доходяга, приобнимает за талию.

А это что ещё за мужик?

Глава 16. Ангелина

Выхожу с работы и ёжусь от прохлады. Забыла кофту в кабинете, но возвращаться боюсь. Вдруг пересекусь с Пятницким?

Я не знаю, как вести себя с ним. Увольняться мне сейчас нельзя, нужно продержаться как минимум две недели, чтобы получить зарплату за полный месяц.

А потом найду что-нибудь другое. Работать на своего бывшего мужа не позволяют принципы и обида.

Я и так в порыве написала заявление на увольнение. А потом, вспомнив о Павлуше, спрятала его в нижнем ящике своего стола.

Надо немного потерпеть. Стараться не пересекаться с ним и всё. Сидеть в кабинете, учиться и учиться, чтобы на следующем месте работы я не была таким валенком, как сейчас.

Но так невыносимо тянет на душе.

Я сомневаюсь, что делаю.

Может стоит собрать свои вещички уже сейчас? А что делать потом? Сосать палец, как говорит мама?

Нет, нельзя.

Семеню ногами на каблуках, чтобы как можно быстрее дойти до остановки.

— Ангелина Константиновна, — слышу чей-то голос и мне на спину тут же падает мужская рука. Вздрагиваю, оборачиваясь.

Передо мной стоит тот самый Коновалов, кажется, который в прошлый раз задержал меня возле моего кабинета во время визита Пятницкого.

И это из-за него мы пересеклись с бывшим мужем взглядами.

— Здравствуйте, — первое, что вылетает с губ. — Извините, я спешу. Боюсь дождь начнётся.

Вечер, дождь, и я одна, шагающая по нашим страшным дворам. Мне и так страшно, а тут ещё задерживают.

— Да я быстро. Хотел поблагодарить вас за своевременную выплату. Вы очень меня спасли, — широко улыбается.

— Не за что, — приподнимаю уголки губ в ответ.

Неловко. И как-то не по себе. Будто за нами кто-то следит. Так и хочется оглянуться по сторонам, но делаю шаг вперёд, желая как можно скорее добраться до автобуса.

— Я в честь этого, — торопится он за мной. — Хотел бы как-нибудь пригласить вас выпить чашечку кофе. Прогуляться в парке. В субботу, как вы на это смотрите?

— Чашку кофе, в субботу… — повторяю за ним, как дурочка. Если в дружеских отношениях — я не против, но если в романтических… Нет, нет и ещё раз нет.

Только приоткрываю губы, как отвлекаюсь на мимо почти пробегающего человека. Улавливаю мощную грудь, обтянутую белой рубашкой, и моментально узнаю быстро шагающего Мая. Шаг у него широкий, поэтому и подумала, что кто-то бежит.

Проходит как будто не замечая меня, и направляется к своей машине, которая стоит в нескольких метрах от нас.

Теперь ясно, кто это прожигал мне спину взглядом, что та вся покрылась испариной.

— Простите, но мне сейчас не до встреч. И не до новых знакомств. Я развелась с очень тяжелым по характеру мужчиной, — специально говорю всё это вслух, прекрасно зная, что Пятницкий слышит. — И после такого я лучше до конца жизни пробуду одна, чем с таким болваном и эгоистом, как он. К вам это не относится, но сами понимаете, я ещё не готова. Ещё раз простите.

Задрав подбородок, прохожу мимо дорогущей машины Мая. Делаю вид, что не видела его.

Он же не думает, что я прощу его и мы будем общаться как друзья? Только за то, что он простил мне долг? Ну уж нет, поезд с милосердием и прощением уехал.

— А, понял, — шутливо поднимает руки вверх, отступая назад. — Отшит так отшит, но я не в обиде. До встречи на работе.

Он уходит первый, поняв, что ничего ему не светит. А я продолжаю свой путь, выравниваясь с машиной.

— Ещё не развелась, — доносится до меня недовольный голос. Слышал, значит. Ну и отлично.

— Вопрос времени, Май Викторович, — выпаливаю и ускоряю шаг, желая поскорее убраться отсюда.

Глава 17. Ангелина

Дёргаю ногой перед дверью помощника судьи, ожидая назначенного времени.

Сегодня у нас первое слушание. И хочешь не хочешь, придётся встречаться с Пятницким. Хотя мне и на работе его присутствия хватает.

Нет, он не мешает мне, но часто мелькает перед глазами в офисе. Понимаю, что его присутствие невероятно важно для компании, особенно сейчас, после покупки, но его слишком много! Благо ко мне он не лезет.

У нас новый главный бухгалтер — опытный мужчина, который добродушно помогает мне