Девочка из глубинки Том 2 - Слава Доронина

Леша подходит, целует в щеку, быстро оглядывает.

— Привет-привет. Так и есть. Они все на фуршет остались, а я первым же рейсом к тебе. Идем, у меня для тебя кое-что есть, сладенькая.

Даже не дает разуться, увлекает за собой на кухню, обнимая за талию.

— Смотри, — показывает мне билеты. — На неделю. В тепло. Отпуска наши согласовал. А Шипиев пока подержит руку на пульсе с нашей ситуацией и поможет все решить с этими отморозками. Классно я придумал, а?

В голове вспыхивают слова Демьяна, что неплохо было бы куда-то уехать на время. Леша тоже правильно все решил. И Угрюмова жестких запретов на передвижения не давала. Вон даже на работу отпустила, просто рекомендовала поберечься.

Правда… несколько месяцев назад я уже отправилась в одну поездку с Лешей, после которой все встало с ног на голову. Что ждать от этой?

12 глава

Прокручивая в голове все услышанное сегодня и еще кое-какие детали, хмурюсь.

— Откуда деньги, Леш? А если все же потребуется вернуть ту сумму ради спокойствия? Это бы был значительный вклад…

— Ты что? Всерьез думаешь, что мы обязаны что-то возвращать? У нас расписка. Кстати. Надо предъявить адвокату. Где она?

Расписка у Демьяна. Предъявить адвокату Мая нечего, если только фотографию... Глупо отрицать, что наш контакт со Сколаром не выбивает почву из-под ног. Еще как. Наверное, так он и в суде аргументы приносит, какие-то факты, и противник в итоге просит отложить заседание, чтобы найти правильные ответы или возможность отбиться... По сути, не надо от него защищаться, Демьян помощь организовывает, но чувства все равно двоякие…

— Оригинал останется у меня. Фото перешлю, как раз сделала. И ты ничего не сказал про деньги…

— Да на свадьбу и медовый месяц же откладывал. Сумма небольшая, и путевка горящая. В Турцию на семь дней слетаем. Больше и не получится. Работа. Но Шипиеву больше и не надо. У дома камеры. Если эти гады объявятся и будут искать, снимем записи, предоставим потом в полицию.

Даже я, далёкая от всяких юридических моментов, понимаю, что это все очень пришито за уши выглядит. В какой реальности витает Леша, откуда такая уверенность в благоприятном исходе? Расписка еще ничего не значит, если люди с криминалом связаны.

Взяв билеты, смотрю на даты. Уже завтра утром вылет. Надо идти вещи собирать. И я, в принципе, только за, уехать в тепло. Но неделя мало. Минимум бы месяц. А то и больше, чтобы не пересекаться со Сколаром, с Лопыревым или его людьми. Не решать никаких проблем, ничего. Эта поездка просто отсрочка, а не решение. К сожалению. О чем и говорю вслух.

— Может, и так, Миш. Но в любом случае нам необходимо больше времени и информации. А эта поездка отличный способ все это получить.

Очень сомнительно, конечно. Но двух зайцев все же убьем. Отпадает надобность встречаться со Сколаром, и люди Лопырева тоже появятся на горизонте с отсрочкой. А может, к тому времени Демьян и вовсе как-то по-своему все решит. Почему-то в этот раз на него я возлагаю надежд больше, чем на своего будущего мужа. Хорошо это или плохо, даже не беру в анализ, иначе произойдет замыкание в мозгу.

А нам с малышом и правда лучше в тепло, к солнышку, подальше от тревог и стрессовых ситуаций.

— Сейчас перекушу, приму душ и помогу вещи собрать. Потом отъеду к Роме, чтобы утром время не терять, и завтра, — машет руками, словно птица в полете. — Нас тут ни одна душа не найдет. Клевый план, да? Заявление в полицию их сто процентов спугнет. Да и оснований с нас что-то требовать у них тоже нет.

Если бы это было так…

В беременность я чересчур чувствительна, и хочется, чтобы Май обнял. Тепла его хочу и забыть о встрече с Демьяном, о своих проблемах. Обо всем забыть. Подхожу к Леше и обнимаю его. Он выше меня почти на голову, сильный, уверенный и мой. На сто процентов мой. И делить его ни с кем не нужно. Этот факт даже воодушевляет. Потому что, когда находилась в кафе, мысли о том, что у Демьяна другая, и она ждет его, меня не покидали.

Как он так мог. Как...

Май нежно поглаживает меня по спине. Спускает руку к животу.

— Я аккуратно, — шепчет он.

— Как думаешь, кто там? — спрашиваю я.

— Не отказался бы от двойни. Королевской. Всегда о ней мечтал.

— Но у нас не она. И так любопытно узнать, кто там…

— Ты же сама настояла не узнавать.

— Ну да. Но все равно бывает интересно.

— Давай гендер-пати, Миш? Прямо на свадьбе. Отдадим записку с полом кондитеру, и он сделает нам торт с начинкой в пол малыша, — предлагает Май.

— Откуда такие познания? — улыбаюсь.

— Ну я же был у друзей недавно на похожей вечеринке. Я тогда тебя приглашал, но ты не пошла, помнишь?

Смутно, но что-то припоминаю.

— У них похожая тематика была. Но только не с тортом, а с салютом, дымом. С тортом я в интернете подсмотрел.

— Классная идея, — соглашаюсь я. — Мне нравится.

— Ну и отлично. Как вернемся, все сделаем. Вообще у нас уникальная лав-стори. Перевертыш. Сначала беременность, потом свадьба. Теперь медовый месяц, потом свадьба.

— Да, а потом ребенок, и после этого свадьба?

— Ну нет. Поженимся, Миш. Там столько траблов с этим доказательством отцовства, если после рождения ребёнка. Ну его на хуй. У моего сына или дочери будет полноценная семья, поняла?

— Поняла, — опять к нему прижимаюсь.

А еще будет семья. Полноценная. Повторяю про себя это слово и до сих пор поверить в это не могу. Какая же всё-таки непредсказуемая штука жизнь. Еще совсем недавно я о подобном даже и не задумывалась.

* * *

Перелет проходит нормально, и вылетаем мы без задержек. Я сообщаю Сколару, что мы уехали в Турцию на несколько дней, и он сухо отвечает: “Ок”. Меня даже немного задевает эта равнодушная реакция. Нет, я не пытаюсь вызвать ревность, и в целом нас с ним больше ничего, кроме прошлого, не связывает, но почему сердце в груди предательски сжимается, стоит о нем снова подумать или ему появиться на моем горизонте. Проклятие какое-то, ей-богу.

Угрюмова проводит мне консультацию