Снежная лавка госпожи Дюваль - Анастасия Эрн

пожилая женщина в белом чепце и переднике, в сером выцветшем платье. Тёмные седые волосы были зачёсаны и убраны под головной убор. Доброе морщинистое лицо расплылось в улыбке при виде меня.

— Госпожа Абигейл, как я рада, что вы в полном здравии!

Женщина тяжело поднялась со стула, кинулась ко мне и крепко обняла.

— А ты что как неродная?!

— Я же головой ударилась, память ещё сбоит. Тут помню, там не помню… — развела я руками.

— А я… Я как узнала, что вы остались одни, да ещё заболели, так сразу всё бросила и поехала к вам. Сердце было не на месте. Всё тревожилась и гнила за вас, — растроганно шептала женщина.

Она буквально сочилась добротой и невероятной любовью, а ещё от неё почему-то пахло семьёй. Поэтому я невольно обняла её в ответ и уткнулась в плечо.

— Я же вас всех растила с пелёнок! Нянчила… — она погладила меня и звонко поцеловала. — Как представила, что вы одни в этом огромном доме, некому вам дать совет и утешить, так собрала свои пожитки и приехала, — повторилась женщина. — Но едва переступила порог, учуяла аромат еды, так от сердца отлегло. Вы молодцы, неплохо справлялись без меня.

— Выбора-то нет, — улыбнулась я и, закончив обниматься, подошла к камину. Протянула озябшие руки к огню и чуть не замурлыкала от удовольствия. Тепло начало быстро распространяться по телу от кончиков пальцев до спины.

Именно в этот Ильма решила добавить.

— Больше я вас ни за что не оставлю! Вам же совсем некому помочь, если вы опять влипнете в неприятности. Да и кто вам есть будет готовить, кто будет помогать убираться?

Я нервно сглотнула.

И начала рыться в памяти Абигейл. Кто же такая это няня Илма? Стоило ли мне бояться, что она раскроет меня? Это юный неокрепший ум я могла провести, а пожилая женщина, вырастившая Аби, быстро догадается, что я не она!

Судя по беглому просмотру памяти Илма и правда работала в доме и была нашей няней. Два года назад Орвилл рассчитал её, потому что Илма перестала справляться, а у нас не хватало финансов на жалованье трём служанкам. В доме осталась лишь кухарка и горничная Беки. Илма уехала к детям в деревню, а сейчас вернулась, едва до неё дошли слухи, что мы в беде. И она, как никто другой, знала Абигейл, поэтому мне следовало отказаться от помощи старушки. К том же, платить мне ей было нечем.

— Готовлю я, нянюшка, — честно призналась я. — Этот пирог, что за обе щеки уплетает брат, весьма хорошее доказательство моих способностей. Думаю слухи, что до вас дошли, содержали сведения, что мы разорены и по уши в долгах. Посему платить жалованье вам нечем, — я не стала утаивать факты. — Мы едва сводим концы с концами. Мы даже были вынуждены уволить всю челядь. Прошу нас простить.

Илма замахала руками и пустила слезу.

— Ох, и где это видано, чтобы госпожа сама готовила, прибиралась, портила свои нежные ручки?! — запричитала она. — Если бы ваша матушка и батюшка об этом узнали… — она громко всхлипнула, промокнула глаза платочком, а потом решительно заявила. — Ничего, я всё понимаю. Денег мне не нужно. Я приехала помогать вам. В конце концов, вам, госпожа, надо позаботиться о себе, а я позабочусь о вашем быте! И если говорить начистоту, даже если вы меня будете выгонять, не уйду. Гнить мне в аду, если допущу такое!

— Э-э-э-э, спасибо… — с лёгким испугом выдохнула я.

— Илма, а, может, хоть иногда Аби будет помогать тебе готовить? — с надеждой переспросил Лео и посмотрел на меня.

— Ну, если только иногда, — разрешила Илма и сама с удовольствием взяла второй кусочек пирога. — Я прекрасно понимаю ваши чувства, господин Лео, у госпожи кулинарный талант!

— Раз мы всё обсудили, я пойду открывать мастерскую, — сообщила своим домочадцам и пошла за инструментами.

— О, я тебе помогу, сестрёнка! — тут же соскочил со стула Леонард.

Пирог и чай были моментально забыты. Мальчугану не терпелось помочь снять доски с перехода и самому заглянуть в заброшенную мастерскую.

Вместе с Лео нам быстро удалось открыть двери. Вторая половина дома уже много лет не использовалась. Её законсервировали вместе с магазином на первом этаже. Как результат, там скопилось много пыли и паутины. Затхлый сырой запах неприятно покалывал нос. Я даже поёжилась. Но здесь, в отличие от остального дома, всё ещё висели картины, какие-то грамоты и даже красивые портьеры на окнах.

Мы прошли через переход на втором этаже и сразу оказались у кабинета и мастерской. Там хоть и было холодно, но царил порядок. Все предметы мебели завесили белой тканью, а лишние вещи сложили в коробки.

Мы спустились на первый этаж в лавку и склад. Там тоже прослеживались рука рачительного хозяина, который надеялся в скором времени вернуться к семейному бизнесу и сохранить всё в наилучшем виде. На полках под тканью стояли нераспроданные музыкальные шкатулки и даже холодильный шкаф. На третьем этаже комнаты по-прежнему ожидали слуг и служащих дома. В общем, необходимо было просто прибраться и как следует протопить здание, чтобы избавиться от запаха сырости.

Этот процесс мы не стали откладывать в долгий ящик и начали уборку. Втроём к ночи мы привели в порядок кабинет и мастерскую. Так что уложив домочадцев спать, я удобно устроилась в кресле и погрузилась в изучение записей о магии, создании артефактов и воспоминания Абигейл.

Что ж, мои наскоро сделанные выводы оказались ошибочны. Удивительно, как у меня вообще получился голем-снеговик. Создавать артефакты непросто, это была какая-то смесь физики, химии и программирования, роли которого выступали магические заклинания и руны, если искать какие-то аналоги в современном мире. А для использования магии, в том числе той, что я заморозила кредиторов бандитской наружности, требовались заклинания и мана. И то и другое у меня имелось, однако Абигейл обладала весьма скудным потенциалом. Поэтому артефакторика являлась пределом её возможностей. По этой же причине она не могла сделать больших големов, огромные артефакты и применять боевые заклинания.

Очевидно, что смерть, либо травма, либо моё вселение в её тело повлияло на Аби, поэтому запас сил вырос.

Что же касалось моих планов по созданию грелок для рук, улучшению холодильника и новому открытию лавки, для участия в тендере, то мне требовалось время. Я тщательно изучала лекции Абигейл и её память, дневники предков Дюваль и их раскладки по созданию холодильного шкафа. Когда я закончила с этим, моя голова раскалывалась от объёма знаний, которые требовалось усвоить, а на дворе была поздняя ночь. Свечи почти догорели, и камин потух. Но во