Месть обманутой жены - Юлия Василевская

— Просто… — всхлипываю я, — я так соскучилась по дочери, а они там с ней совсем не занимаются, скинули на няньку какую-то.

— Ну значит у вас есть мотивация поскорее выздороветь и выйти отсюда, — спокойно говорит Глеб Андреевич, — передачки я вам запретил, здесь вам бояться нечего. Восстанавливайтесь.

Его невозмутимость и спокойствие как-то передаются мне и я вытираю слезы.

— У меня есть просьба, — говорю я, — нельзя ли мне вернуть мой телефон?

— Я отправлю к вам медсестру, если он у нас, она принесет, — кивает Глеб Андреевич. Он выходит, а я пытаюсь отвлечься, обдумываю план действий.

Глава 19

— И где эта помада? — спрашивает меня мать, — надеюсь, Машка не найдет ее снова.

— Не найдет, я ее специально забрал пока ее дома не было, чтобы она подумала, что у нее действительно крыша едет, — говорю я довольно.

— Ты сделал ей передозировку! Зачем?! — рявкает она, — ты понимаешь, что это может навлечь на нас подозрения!

— Ну не навлекло же, — возражаю я, — все получилось как нельзя лучше. У нее случился приступ и она попала в больницу.

— Да, но теперь сомнения появились у самой Маши, врач сказал что она жаловалась, что мы ее опаиваем!

— Ну и что? Кто будет слушать сумасшедшую? — говорю я, — мам, не нагнетай. Мне пора, я опаздываю.

— Ты мог бы подождать со своими похождениями?! — рявкает она, — кто на этот раз?!

— Алиса, — нехотя признаюсь я.

— О, Господи, — закатывает она глаза, — а Марго куда девалась?

— С Марго покончено, — огрызаюсь я, — и вообще моя личная жизнь тебя не касается!

— Касается, дорогой мой, очень даже касается! — такой злой я ее редко вижу и мне неприятно, я привык, что она оправдывает все мои поступки.

— Ты хочешь, чтобы Машка обо всем догадалась и подала на развод? Ты понимаешь чем это грозит?

— Она не догадается, — говорю я неуверенно, — я осторожен.

— Но ведь увидела же она тебя в торговом центре! — возражает мать, — ты знаешь чего стоило мне тебя пропихнуть в аэропорт, да билеты задним числом подделать?!

— Сколько можно! — взрываюсь я, — это была не моя идея, а ваша с отцом! Я вообще жениться не хотел!

— Да? А жить в этой квартире ты хотел? Хотел денег, уверенности, всего самого лучшего?! Хотел? Ты знаешь, зачем все это нужно было. И ты был согласен!

Мне нечего возразить. Не женись я тогда на Машке, наша семья пошла бы ко дну. Из-за того что отец неразумно вложил все наши средства в сомнительное предприятие, мы практически оказались на грани нищеты.

— Хорошо, — вдруг спокойно говорит мать, — разводись, ты готов работать в полную силу, чтобы удерживать тот уровень жизни к которому привык? Папа уже не сможет тебе помочь. Он после той истории сильно сдал.

Нет! К этому я точно не был готов. Мне нравится моя жизнь. Меня даже Машка устраивает, с ней бывает иногда весело. Конечно, я и не собирался отказываться от общества других женщин, но теперь над нами всеми нависла угроза. Если Машка захочет уйти, мы пойдем ко дну. Отец уже не тот, да и я не преуспел в профессии. Надо признать, что мне не удалось стать первоклассным юристом, каким когда то был отец. Черт дернул его податься в инвестиции.

— Послушай, сын, тебе просто нужно потерпеть и не делать необдуманных действий. Все идет хорошо. Как только мы признаем Машу недееспособной, ты станешь свободным, — терпеливо втолковывает мне мать, иначе мы рискуем нарваться на крупные неприятности. Ты уверен, что доктор не догадался?

— Думаю, что нет. Сок я ему не отдал, доказательств нет, — неуверенно говорю я.

Мне становится страшно. Если все всплывет нашей репутации конец. Меня ото всюду будут гнать ссаными тряпками. А если тюрьма? Нет я в тюрьме точно не выживу, не для того я был рожден!

— Хорошо, — говорит мама, — больше ничего ей не носи. Пусть лечится и выходит из больницы, а уж мы тут сделаем так, чтобы она снова туда попала и больше не вышла. Очень не вовремя она ногу свою поранила.

— Ладно, мне пора, — я встаю из-за стола.

— Алиса ждет? — язвительно спрашивает мама.

— Мам, я не собираюсь жить как монах, но я все понял, — успокаивающе говорю я, — Маша ничего не узнает, она в больнице, а я буду очень осторожен, обещаю.

— Ох, сынок, — она обнимает меня как обычно, — смотри не наломай дров, все они одинаковые. Маши, Маргариты, Алисы. Только и думают как бы мужика к себе покрепче привязать. А ты у меня такой красивый!

Я выхожу из квартиры матери и отправляюсь к Алисе. Мама права, все женщины одинаковы. Вот и Алиска уже начинает предъявлять претензии. На развод намекает, хочет чтобы жену бросил да на ней женился. Наверное скоро придется и с ней расстаться. А жаль, она в постели очень горяча и изобретательна. Но не жениться же из-за этого!

Глава 20

Через три дня в палату заходит Эля.

— Привет, хромоножка! — приветствует она меня.

— Привет! — радуюсь я, — наконец-то! Я заждалась!

— Ну я была занята… — многозначительно говорит подруга.

— И? — от нетерпения я аж подпрыгиваю на месте.

— И… все получилось! — радостно говорит она.

— Вот! Я же говорила! — восклицаю я.

— Ты знаешь, если бы своими глазами не увидела в жизни не поверила бы, — задумчиво говорит Элька, — плохой я психолог, если меня можно так легко вокруг пальца обвести.

— Ну не переживай, научишься еще, и потом ты же тесно Со Стасом не общалась, чтобы его раскусить. Ну рассказывай! Хотя нет, подожди!

Я беру свой телефон и пишу смс

— Ты кому это? — подозрительно спрашивает меня Элька.

— Глебу Андреевичу, он все еще сомневается, что я в адеквате, пусть посмотрит сам!

Через пару минут в палату входит недовольный доктор.

— Мария Александровна, — холодно говорит он, — я вам не мальчик на побегушках, чтобы появляться по первому сообщению.

— Глеб Андреевич, да вы не сердитесь, — примиряюще говорю я, — я вам доказательства неверности моего мужа хотела показать. Вот подруга моя принесла. Это Эля. Эля это Глеб Андреевич, — представляю я их друг другу. — Эля показывай. Эль!

Мне приходится повысить голос потому что Элька моя так и зависла глядя на великана доктора. Даже рот чуть приоткрыла. Я ее почти понимаю, посмотреть есть на что. Почти два метра ростом, широченные плечи, мощные накаченные руки и пронзительные серые глаза. Но не зависать вот так же, это даже как-то неприлично. Ну подумаешь мужик, ну да, харизма так и прет, но ничего