Шелковый хаос - Фэя Моран

с одного Аргира на другого, чувствуя, как в комнате стремительно падает температура. Видимо, мой будущий муженек уже давно зарекомендовал себя как безнадежный алкоголик, раз один несчастный бокал вызывал у них такую панику.

Еще я смотрела на них, понимая, что совсем скоро стану полноправным членом их семьи. Это поражало.

Еще вчера я была просто дочерью Никандра Палладиса, Полемарха – правой руки – Архонта Дома Зевса, а сегодня уже являлась невестой единственного наследника Демида Аргира, которая через несколько дней станет носить статус кирия Аргир.

Метаксия медленно отставила бокал с красным вином.

– Надеюсь, вы оба готовы к субботе, – произнесла она, улыбнувшись. – Венчание пройдет в Соборе Благовещения Богородицы, затем прием здесь, на вилле. Мы уже удтвердили список гостей с учетом твоих пожеланий. У нас осталось шесть дней, чтобы завершить все формальности.

Шесть дней.

Всего сто сорок четыре часа отделяли меня от того, чтобы официально стать частью этого клана.

– Так скоро? – Инес восторженно охнула. – Боже, это же катастрофа! У меня еще не готово платье! Рия, вам нужно срочно ехать к дизайнеру. И цветы… Деймаки, ты хоть представляешь, сколько всего нужно успеть?

– Я представляю только одно. – Деймос лениво крутил в руках нож. – Через шесть дней мне придется стоять у алтаря в душном костюме и делать вид, что я не хочу сбежать с собственной свадьбы.

– Деймос, – недовольно произнесла Метаксия.

Он перевел взгляд на меня, и в его глазах снова зажглось то самое лукавство. Мы оба не горели желанием становиться мужем и женой, так что совместная жизнь в браке станет войной для нас обоих.

Этого времени было слишком мало, чтобы смириться, и слишком много, чтобы продолжать надеяться на чудо. Статус кирия Аргир уже ощущался как тяжелое ожерелье на шее – красивое, баснословно дорогое и застегнутое на замок.

– Мы успеем все, Инес, – ответила я. – Обещаю.

Демид Аргир, наконец, закончил свой обед. Он аккуратно промокнул губы салфеткой и поднялся, заставив всех за столом невольно выпрямиться.

– Раз вопрос с датой решен, – произнес он, – я оставлю вас. Деймос, постарайся, чтобы к ужину у Анархии не возникло желания отравить твое вино.

Он коротко и почтительно кивнул мне, и мне даже показалось, что его губы дрогнули в едва заметной улыбке. Это могло значить, что я ему понравилась. Ведь его выбор пал на меня, чтобы я держала на поводке его свободолюбивого сынка, обожающего тусовки и веселье.

Например, я точно знаю, что меня никогда не выбрали бы на роль жены Ригаса Аргира – сына Архонта Дома Аида. Потому что он был довольно серьезен, умен и амбициозен. Я никогда не слышала о том, чтобы он попадал в какие-то передряги или позорил честь своей семьи. Он всегда был сыном своего отца – Паисия Аргира, который отличался своей строгостью. Ригас был наследником, который дышал долгом и дисциплиной.

Вспоминая Дом Аида, я вдруг вспомнила и о том оболе, который мы с Димитрисом получили вчера. Мне стоило бы выяснить подробности.

Когда Демид вышел, Инес облегченно выдохнула.

– Фух, папа сегодня в отличном настроении! – Она вскочила со своего места. – Рия, ты его явно впечатлила. Обычно он говорит о свадьбе так, будто обсуждает покупку сухогруза, а сегодня даже… ну, ты сама видела. – Она обошла стол, подбежала ко мне и схватила за руку. – Пойдем, я покажу тебе террасу, где будет проходить свадьба. Там невероятно красиво. Даже если ты ненавидишь моего брата, ты влюбишься в этот вид.

– Потише, милая, – цокнула Метаксия, продолжая обедать. – Не суетись. У Анархии еще будет достаточно времени, чтобы изучить каждый угол этой виллы. А пока не пугай ее своим энтузиазмом. Брак – это не только красивые виды и террасы, это прежде всего терпение. Очень много терпения.

Метаксия бросила короткий взгляд на сына, и в этом взгляде читалось нечто среднее между материнской нежностью и глубоким пониманием того, какой «подарок» она передает в руки моей семьи. Она знала Деймоса лучше всех.

Я позволила Инес увлечь себя к выходу, но на пороге обернулась. Деймос все еще сидел за столом, глядя на пустой бокал. В этот момент, без своей привычной маски шутника, он выглядел усталым. Или, может быть, он тоже чувствовал, как этот замок на «ожерелье Аргиров» защелкивается на его собственной шее.

Мы оба были лишь фигурами на доске.

Статус кирии даст мне власть над этим домом, но он же сделает меня его частью навсегда. Я смотрела на белоснежные стены виллы, на сияющее море внизу, понимая, что в этой золотой клетке мне придется научиться побеждать чаще, чем обычно. Этого от меня и ждали все вокруг.

– Идем, Рия. – Инес потянула меня за руку, уводя в залитый солнцем коридор.

Мы шли по бесконечным галереям виллы, и каждый наш шаг отзывался эхом от безупречного мрамора.

Инес распахнула тяжелые стеклянные двери, и нас ослепило солнце. Терраса на самом деле была огромным выступом скалы, парящим над бирюзовой бездной Эгейского моря. Вокруг стояли пустые столы.

Инес подвела меня к самому краю.

– Это место силы, Рия, – прошептала она, и ее голос вдруг стал серьезным. – Мама говорит, что на этом месте нельзя лгать. Море все услышит.

Я посмотрела вниз, где волны с грохотом разбивались о скалы. Высота была головокружительной. Статус кирия Аргир означал, что я теперь тоже буду смотреть на мир с этой вершины, недосягаемая для простых смертных.

– Красиво, – произнесла я, касаясь перил, за которыми внизу бушевало море.

Обернувшись, я вдруг увидела, что Деймос тоже пошел за нами и уже стоял в дверях террасы. Он предпочел оставаться в тени, и его силуэт на фоне светлого коридора казался темным пятном. Он просто молча наблюдал за мной, прислонившись к косяку.

Деймос наверняка знал, о чем я думаю, просто потому что думал ровно о том же, о чем и я. О том, что этот алтарь для нас двоих станет, скорее, плахой, на которую мы добровольно кладем свои жизни ради амбиций наших отцов.

– Папа с мамой поженились здесь, – продолжала Инес, улыбаясь. – Дедушка с бабушкой тоже. Так что это место довольно священное для нашей семьи.

– Для меня будет честью выйти замуж именно здесь, – ответила я, позволив себе улыбнуться в ответ, что делала достаточно редко.

– Возможно, и я однажды выйду замуж здесь,