Плохой мальчик - Катерина Пелевина

— Извини…

— Не слышу! — огрызается на неё слишком громко, у меня аж нутро скручивает, и она тоже вздрагивает.

— Извини меня! — выдаёт, сдирая горло, и он тут же выливает на неё эту самую зелёнку, пачкая её лицо и светлые волосы, отбрасывая флакон в сторону.

— Дешёвка, — бросает на прощанье, пока все стоят, а она просто в истерике стирает с себя это и визжит вся в слезах. И я ошарашенно на это всё смотрю, пытаясь справиться с дыханием…

Тяжёлыми шагами Чернов подходит ко мне и подаёт мне руку.

— Идём отсюда…

Не в силах осознать происходящее до конца, я протягиваю ему ладонь, он хватает её и тащит меня из актового зала прочь…

* * *

Мы с ним выходим на улицу, пока я молчу и нахожусь в каком-то ступоре. Он помогает сесть на переднее сиденье, заводит авто и начинает движение… И всё это время я будто не здесь сейчас. Не в этой реальности… Да и вообще мир, словно повернулся для меня на сто восемьдесят.

— Анжей… Куда мы едем? У меня вещи все там…

— Потом заберём…

Я опять замолкаю… Не понимаю, куда он везет меня, но вскоре у меня ощущение, что он и сам не знает куда. Едет просто чтобы успокоиться… А потом останавливает машину и набережной, где очень-очень тихо. Ни одной живой души… Только мы с ним…

Я всё ещё смотрю на него… Хоть и боюсь. Он выходит из машины, достаёт сигарету, начинает дымить на улице, глядя куда-то вдаль, а у меня трясутся руки… Телефон в кармане вибрирует. На экране высвечивается «Аня», но я не беру трубку. Пишу сообщение, что занята, и вернусь позже. Прошу, чтобы они забрали мои вещи… А тем временем он возвращается обратно. Садится, заполняя салон сигаретным дымом и ароматом своей дорогой воды… А я шепчу в ответ:

— Зачем ты сделал это?

Повернувшись ко мне полностью, он смотрит на меня так, что все кишки скручивает одним только взглядом…

— Ты такой же как они, Анжей… Такой же шакал, — выдаёт самодовольно с усмешкой. — Разве не ты мне это внушала?

— Я… Не думала, что ты так всё сделаешь…

— А как ты хотела? — спрашивает, рассматривая моё лицо. Касается ладонью моих волос, заставив меня застыть перед ним. Я слышу стук своего сердца где-то в горле… А он просто трогает их и молчит. Мне кажется, я сейчас потеряю сознание от страха… Или от чего-то нового, разрастающегося внутри меня с невероятной скоростью и мощью. — Болит?

— Немного… — бормочу растерянно, поймав его взгляд на моих губах. Тут же испуганно стеснительно отворачиваюсь, потому что не могу просто… У него глаза такие… Боже мой… Я слышу, как внутри тарабанит с неистовой силой, словно кто-то начал стучать в бубен. Мне кажется, что и он это слышит.

— Ты подрался? — спрашиваю, уронив взгляд на его правую руку, на которой ярко выражены сбитые костяшки.

— Типа того…

— С кем?

— Не важно…

— Ты… Вернёшь меня обратно?

— Возможно… — отвечает, пожимая плечами. — Смотря, что ты ради этого сделаешь…

— Анжей…

— Что?

— Я тогда пешком пойду…

— Иди тогда. Похуй…

— Почему ты так себя ведёшь?

— Как так?

— Не знаю… Будто ты такой весь… Плохой и жестокий. Зачем притворяешься?

— Кто сказал, что я притворяюсь, Марина Чемезова…? — изгибает он бровь в изумлении.

— Ну ты же заступился за меня… — не успеваю я договорить, как он рывком обхватывает моё запястье и дёргает меня к себе, словно тряпичную куклу. Я застываю в сантиметре от его лица. Ощущаю себя птицей, которой только что вывернули крыло. — Ты что?!

— Я заступился, чтобы иметь на тебя права. И только… Это сделка… — выдаёт он наглым тоном. А потом жалит меня своими губами, сжав волосы в руках так, что я с ужасом подаюсь назад, хоть это и приносит мне нестерпимую боль на затылке. Даю ему пощёчину, замерев перед ним в бешенной тревоге. Разворачиваюсь, дёргаю за ручку двери и тут же вываливаюсь оттуда, бросаясь бежать куда глаза глядят…

Глава 14

Марина Чемезова

Хорошо, что телефон с собой… Но я без верхней одежды… Приходится прямо так добираться до универа. Сажусь в автобус и смотрю на улицу, ощущая, как внутри всё клокочет и разрывается…

Он меня поцеловал…

До сих пор не могу собраться с мыслями после этого. Дрожу, но не от холода вовсе…

«Я заступился, чтобы иметь на тебя права. И только… Это сделка…».

Его грубый хриплый голос стоит в ушах, как напоминание о том, что нельзя верить чужому человеку, даже если он вроде как спасает тебя. У него свой интерес… А я…

Я просто его мишень. Точно так, же как для них, только со своими желаниями.

Думая об этом, мурашки пробегают по моим плечам.

Я чуть не пропускаю остановку…

Выхожу из автобуса, бросаюсь в универ, не глядя по сторонам.

Бегу в уборную, закрываюсь там… Не знаю, что теперь будет. Она меня ещё больше возненавидит.

«Девочки, я в уборной на первом этаже возле компьютерного класса».

«Что там произошло?! Арефьева вся в слезах, зелёнке! Я видела видео, её кто-то снял сбоку, но она уже успела уехать из универа! Рассказывай!».

«Потом, всё потом, ладно?».

Умываю лицо от слёз прохладной водой. Всю трясёт… И кажется, что я сейчас расплачусь снова… Но нужно идти на пары, чтобы не дать взять этому кошмару верх надо мной.

Собравшись духом, открываю дверь и замираю, потому что передо мной стоит он. Сложив руки в карманы, смотрит на меня сверху вниз и идёт на меня.

— Нет… Нет, нет, нет… Подожди! — выпаливаю, но уже оказываюсь придавленной к кафельной стене уборной. Его ладонь лежит на моих губах. А он смотрит так, что, кажется, сейчас задушит меня.

— Кем себя возомнила?

Я мычу в его руку и брыкаюсь, но он держит. И это даже больно, если честно.

Рука чуть ослабляется, и я тут же тараторю.

— Отпусти меня, пожалуйста… Извини, что я тебя ударила… Анжей… Не надо только…

— Не надо, что? — спрашивает он с ухмылкой и заводит руку за мою спину, проскользнув по талии. Стоять с ним всё равно, что подвергаться ударам тока. Я не могу дышать, ощущая, как он сжимает блузку на моей пояснице. Ткань натягивается, а по ощущениям, это будто моя кожа. — Я тебя спас. Я вытащил тебя из такого дерьма, которое ты даже себе не представляешь. Они бы тебя уничтожили. Это видео бы разлетелось повсюду, Марина… Ты этого хотела? Может до