Большой босс для Золушки Plus Size - Полли Уайт

Мало того, я уже вижу наше будущее. Мечтаю о том, что Надя станет моей женой. Фантазирую, как в моем стерильном пентхаусе появляются сначала ее вещи. Там слышится ее звонкий смех, а потом и топот маленьких ног. Хочу пятерых, как минимум. Рыжих и голубоглазых, как она.

Я сделаю все, чтобы дать своей рыжуле и карьеру, и семью. Все, чего она заслуживает.

Именно для этого я и познакомил Надюшу с Дарским. Арсений – не просто инвестор. Его связи простираются вплоть до администрации президента. Поддержка такого человека сможет открыть для Нади любые двери.

Плюс ей нужно поверить в себя. А что может быть лучше для проверки собственной состоятельности, чем спор с высокомерной скотиной вроде Дарского? И мой расчет оправдывается. Моя Надюша не тушуется. Она парирует все его подколы. Она умница.

Идея о сети бутик-отелей на Золотом кольце, которую рыжуля вскользь обронила, гениальна. Может, мне стоит ее купить и дать Надюше возглавить этот проект?

Мы подходим к машине. Открываю заднюю дверь для Нади.

– Садитесь, – говорю мягче, чем планирую.

Она забирается внутрь, а я сажусь за руль. Арсений устраивается на пассажирском сиденье. Мы трогаемся.

Дарский, сидя справа, молча включает свой дефлектор кондиционера на полную. Ледяной поток воздуха бьет прямиком в лицо Наде на заднем сиденье.

Рыжуля инстинктивно ежится и отодвигается в сторону. Внутри у меня все сжимается от ярости.

Резко тянусь к своему блоку управления, чтобы переключить поток на лобовое стекло, но от волнения промахиваюсь и с грохотом включаю задний стеклоочиститель, который тут же начинает долбить по сухому стеклу.

– Прости, – бормочу, выключая дурацкий «дворник». – Это… кондиционер сегодня какой-то нервный.

Дарский флегматично наблюдает за этой суетой.

– Да уж, – сухо замечает он. – Вижу, техника реагирует на новое лицо в салоне. Или это не техника?

Стискиваю зубы, но молчу.

Второй провал случается на светофоре. Я постоянно ловлю взгляд Нади в зеркале заднего вида.

Она смотрит в окно, потом наши взгляды встречаются на долю секунды, и она, краснея, отводит глаза. Я так увлекаюсь этим немым диалогом, что начинаю снижать скорость перед зеленым светом.

– Сибирский, светофор в порядке, – раздается ровный голос Дарского справа. – Можно ехать. Или ты решил проверить, сколько времени он горит зеленым?

Сзади раздается сдавленный смешок Нади. Резко жму на газ. Черт. Попался.

В салоне повисает неловкая тишина. Чтобы ее разрядить, я включаю радио. Играет какая-то агрессивная техно-музыка. Вижу в зеркале, как Надя на заднем сиденье чуть заметно морщится.

– Скучно? – тут же спрашиваю, выключая звук.

– Нет, все нормально! – бросает рыжуля, но я уже переключаю каналы.

Классика? Слишком пафосно. Новости? Уныло.

– Что дальше? Детское радио? – не унимается Дарский, глядя на меня, будто я умом тронулся. – Или, может, включишь аудиокнигу «Как влюбиться за 3 дня»?

Мда! Лучше бы оставил это дурацкое техно.

И тут Арсений решает добить меня.

– Не думал, что дождусь дня, когда Сергей Сибирский станет этаким галантным кавалером, – размышляет вслух Дарский. – Двери открываешь, за микроклиматом следишь, сумки таскаешь. Что дальше? Ты бросишь под ноги даме свою куртку, чтобы она не замочила туфли? Хотя погоди, она же уже в машине. Опоздал, рыцарь.

Открываю рот, чтобы сказать что-то резкое, но Надя вдруг наклоняется вперед, к нам, и в ее глазах вспыхивает тот самый огонь, который я видел за бильярдным столом.

– А почему бы и нет? – говорит рыжуля с легкой, но колющей улыбкой, обращаясь к Дарскому. – Мне кажется, нет ничего зазорного в том, чтобы иногда быть просто внимательным мужчиной. Это даже сложнее, чем быть просто «воротилой». Настоящая сила – она разная.

Арсений замирает. Он смотрит на меня, потом снова на дорогу, и впервые за весь вечер на его губах появляется что-то, отдаленно напоминающее настоящую улыбку.

– Кажется, ты нашел себе не аудитора, а кого-то большего, Сергей, – тихо произносит он.

Смотрю в зеркало на свою рыжую защитницу. Она сидит, чуть выпрямив плечи, и в ее глазах читается вызов.

В этот момент я понимаю, что готов на все, лишь бы этот вечер, несмотря на все наши дурацкие промахи и язвительные комментарии Дарского, никогда не заканчивался.

Потому что она моя. И я сделаю все, чтобы она это поняла.

Глава 17

Надя

Ресторан «Беллотто» встречает нас тихим гулом приглушенных голосов и идеальной сервировкой. Владелец, улыбаясь до ушей, лично встречает Сергея у входа.

– Сергей Александрович! Всегда рады видеть вас и ваших гостей.

– Франческо, – кивает Сибирский, и его рука на мгновение касается моей спины, направляя вперед. – Надежда, мой гость. И Дарский.

Инвестор фыркает.

– О! Та самая прелестная синьорина, для которой вы заказывали изысканный обед с розой? – обращается ко мне Франческо, и я чувствую, как по щекам разливается жар. – Надеюсь, вам все понравилось?

Открываю рот, но слова застревают в горле. К счастью, за меня отвечает Сергей.

– Вроде бы осталась довольна, – произносит он с самодовольной ухмылкой, глядя на мои пунцовый щеки. Боже, да я себя с головой выдала!

– Это было потрясающе, – наконец произношу, чувствуя, как сгораю заживо от смущения. – Настоящее произведение искусства.

Франческо сияет, как будто только что получил мишленовскую звезду, и провожает нас к столику у панорамного окна. Сергей, как истинный джентльмен, галантно отодвигает для меня стул. Опускаюсь на него, пытаясь не смотреть в сияющие голубые глаза Сибирского.

Сергей берет инициативу в свои руки и заказывает для меня лангустины в каком-то хитром соусе. Я в панике. Никогда в жизни не ела лангустинов!

Вообще с трудом отличаю их от омара! Но вида не подаю, лишь изящно киваю, как будто питаюсь этими ракообразными на завтрак, обед и ужин.

Когда передо мной ставят тарелку с загадочными существами, отдаленно напоминающими инопланетян, я медленно выдыхаю.

Беру в руки специальные щипцы, пытаясь вспомнить картинки из интернета. Все идет более-менее сносно, пока один особенно упрямый лангустин не выскальзывает у меня из захвата с громким щелчком и, словно мячик, не отлетает через весь стол. Прямиком в бокал с минеральной водой Арсения Дарского. Ледяная жидкость с лимоном веером разбрызгивается по его идеально белой, наверное, невероятно дорогой рубашке.

Я замираю в ужасе, вся покрываюсь алыми пятнами и готова провалиться сквозь землю вместе с этим проклятым лангустином.

– Я так виновата! – блею. – Он сам выпрыгнул!

Сергей вскакивает, его первым порывом явно было наброситься на официанта, но, увидев мою панику, он переключается на Дарского.

Сибирский достает из внутреннего кармана пиджака шелковый платок (шелковый!)