Ох уж эти иномирянки! - Юлия Викторовна Меллер

Оля посмотрела в указанном направлении и сразу пояснила:

— Это крысюки. Они повсюду и довольно умны. По одиночке они относительно безопасны, а вот если их больше трёх, то лучше быть настороже.

Она подошла к стойке регистрации и попросила обновить программу оптимального пути.

— Что это? — спросил подошедший Орлов, напряженно разглядывающий карту города с точками.

— Каждая точка — это живое существо. К сожалению, не всех можно увидеть таким способом. К примеру, атаковавшие нас семена не считываются техникой как живые.

— Не понимаю, — мотнул головой капитан. — Это карта города?

— Да.

— Точки — это твари?

— Да.

— Но как? Как они тут? Кто это рисует? Это колдовство?

— На улице повсюду висят… датчики.

— Датчики?

— Ну, вам знаком измеритель температуры?

— А, я понял. Продолжайте.

— Здесь есть похожие датчики. Я не знаю, как они устроены, но предполагаю, что они отличают живое от неживого при помощи измерения температуры тела, подвижности, какого-нибудь излучения. Данные с этих датчиков стекаются в общий центр, и мы сейчас видим их работу.

— Общий центр? Здесь есть люди?

— Алексей Павлович, кроме нас в этом городе нет людей.

— А в других городах?

— Я не знаю, — начала раздражаться Ольга. — Возможно, что в эту минуту открылся портал в другом городе и туда попал человек. Простите, но мне от этого ни холодно, ни жарко. У нас каждая минута на счету, а мы теряем время.

Орлов с подозрением посмотрел на неё, но вынужденно кивнул, соглашаясь. Ольга продолжила:

— Я предлагаю забрать с собой ту телегу, на которой мы привезли раненных и загрузить ее едой. Так у нас будет несколько спокойных дней, которые мы потратим с пользой.

— Нам не нужны спокойные дни, нам необходимо искать портал, чтобы… — капитан осёкся.

— Давайте обсудим это, когда будем в безопасности, — предложила Оля, сделав вид, что не заметила недоговорки. Она показала рукой на выход и коснувшись платформы, жестом показала её толкать. Все дружно взялись за дело и выбравшись на площадь, быстрым шагом двинулись в сторону супермаркета.

Ольга поглядывала по сторонам и через каждые сто шагов подходила к уличным экранам, обновляя данные оптимального пути. Больших тварей не было, а мелкие сторонились группы людей и, наверное, платформы.

— Ничего себе! — не сдержался от восклицания Васильчиков, когда Ольга показала им торговые ряды. — И нам тут можно брать все, что хотим?

— Многое тут уже не съедобно, хотя выглядит привлекательно, — начала пояснять Ольга и для наглядности подошла к коробочке с какими-то хрустиками и чуть сжала её. Коробочка порвалась, а содержимое рассыпалось в труху. — Наша еда — это баночные консервы. Я покажу, что можно брать помимо них, но пользы в тех продуктах нет. И самое главное, за всё придётся заплатить, — добавила она, увидев, как Кабанов начал засовывать за пояс один поварской нож за другим.

Вздрогнув, он с сожалением вернул все обратно.

— Выберете то, что считаете необходимым для выживания здесь, — сказала она ему. — Если у меня хватит денег, то я заплачу.

— Обойдусь, — буркнул здоровяк и спрятался за спины товарищей. Это смотрелось комично, потому что он был выше всех на голову, разве что капитан стоял вровень с ним.

— Ольга Дмитриевна, это неприемлемо, — тут же напомнил он о себе. — Вы не можете платить за нас.

— Алексей Павлович, сейчас только так, а позже мы решим этот вопрос.

Орлов хмуро сверлил её недовольным взглядом, но больше не возражал.

— Осмотритесь здесь, — предложила она, — а я сама загружу телегу.

Ольга быстро шла по рядам и кидала в продуктовую корзину все необходимое. На кассе с нее списали сумму, а потом начался цирк. Никто не удержался от того, чтобы прихватить что-то с собой, и поскольку это не лежало в продуктовой корзине мэра города, то при выходе магазинный Искин озвучивал взятое, называл цену и либо записывал на счёт, либо объявлял, что сумма превышает кредит доверия и грозил штрафом.

— Ну зачем вам это? — схватилась Ольга за голову, когда увидела, какую ерунду унтеры вытаскивают из карманов. — Зеркальца, маникюрные ножнички, пуговицы, ложечки, цепочки, крошечные фигурки… Поймите, это не серебро и не золото!

Она не сразу поняла, что они набрали подарки для жен.

— Вернуть всё немедленно! — гаркнул Орлов.

— Алексей Павлович, — тут же обратилась она к нему, — давайте ваш тесак сюда. Он стоит дорого, поэтому вашего лимита не хватает, но это нужная покупка.

Покрасневший капитан не сразу подал ей выбранный тесак.

— А бутылку верните. Это не вино, а уксус. Мы сюда ещё придём, — успокоила она остальных, не решившихся больше ничего брать. Унтеры нервно оглядывались по сторонам, не понимая, как и кто отследил их действия в этих бесконечных рядах.

— Ольга Дмитриевна, мы можем оставить телегу и донести всё на руках.

— Лучше оставить руки свободными, а телегу потом вернём в магазин.

Перед выходом Ольга вновь проверила дорогу и облегченно выдохнув, повела всех наружу, но стоило ей сделать шаг на улицу, как она остановилась:

— Там! — резко бросила она и схватилась за свой тесак.

— Что? Кто?

Мужчины завертели головами, но никого не видели.

— Дерево, — процедила сквозь зубы она.

— Но… — начал было говорить капитан и замолчал, увидев, как быстро зашагало дерево.

— Перун меня приласкай, оно движется! — сдавленным голосом прохрипел Кабанов.

— Нам придется сразиться с ним, — тихо констатировала Ольга. Она не смогла бы объяснить, как это поняла, но была уверена в этом. Дерево ненавидело их всех, но больше всего почему-то её!

Она с тоской оглянулась назад, ища взглядом садовый отдел.

— Алексей Павлович, держитесь! Я за оружием! — крикнула она, убегая в магазин.

Она неслась и одновременно запрашивала у Искина о работающих электропилах. Он счел необходимым прочесть ей инструкцию по работе с энергопилами, прежде чем принял оплату за неё. А она бежала, видя, как дерево уже отбросило в сторону Полозова, как одна из ветвей удерживает проткнутого насквозь Ежова и только капитан с Кабановым ещё пытаются как-то сдерживать его, а Васильчиков стреляет из-за их спин.

— Вот! — заорала Ольга, включая энергопилу и опасно вздёргивая её кверху, не сумев справиться с нею. — Кабанов, возьмите её и пустите эту деревяшку на дрова!

Кабанов отскочил от дерева, повернулся на звук и бросился к ней. Ольга выключила пилу, передала её унтеру и показала куда надо жать, чтобы вновь заработала.

— Только держите крепче, — крикнула она напоследок, но это было лишним. Воин даже не заметил, что у пилы есть какая-то сила инерции. Кабанов врезался в дерево как берсерк, и оно начало отступать.

— Алексей Павлович, грузите раненых на телегу! Мы