Бессердечный рыцарь. Книга 1 - Милена Янг

Эви слегка прогнулась в спине. От его хриплого голоса свело низ живота.

– Я твой мужчина, а ты моя любимая, единственная, – нежно произнес Дамиан, легонько поцеловав ее приоткрытые губы.

Он никогда не говорил о принадлежности. Никогда не относился к ней, как к предмету или собственности, лишая права выбора.

Даже в словах.

Эви потянулась к его губам, вслепую крадя новый поцелуй.

«Я все еще злюсь, но бесконечно люблю его. Хочу, чтобы он меня касался. Хочу его целовать снова и снова…»

Но парень, к досаде Эви, оторвался от ее губ.

Дамиан не планировал, заведя ее в лес, быть ласковым, но не мог по-другому.

– Детка, я безумно хочу тебя, но никогда не сделаю чего-то против твоей воли. Знаю, что ты обижена и решила со мной не разговаривать, но дай мне знать, хочешь ли того же. Потому что если нет, я тебя развяжу прямо сейчас, и мы отправимся домой, – мягко произнес он и бережно погладил ее по волосам. – Пожалуйста, ответь мне, Огонек. Мне освободить твои руки?

Эви с теплотой улыбнулась.

Вот это был ее любимый и нежный мальчик.

Как бы Дамиан ни пытался ее запугать или казаться грубым, он продолжал относиться к ней, как к своей святыне.

Никакая гордость или упрямство больше не играли для нее роли. Сопротивление растаяло.

– Я нуждаюсь в тебе. Ты можешь сделать со мной все, что захочешь, – сказала Эви без капли сомнений. Подарив ему вседозволенность, доверяя себя.

Это было все, в чем он нуждался.

Дамиан обхватил ее горло рукой, его рот накрыл желанные губы, язык развязно скользнул внутрь, касаясь серебристого шарика в ее языке, вылизывая. Собираясь взять все, что она могла ему только предложить.

Терпение его было на пределе еще с момента, как Дамиан заметил слежку за собой.

Из-за того, что она не могла видеть, остальные органы чувств обострились. Эви слышала его тяжелое дыхание. Чувствовала, как покалывает кожу, когда он невесомо скользил по ней, пробравшись под ее черную толстовку – легонько сжимая шею, грудь, талию, обнаженные бедра.

Она не могла насытиться, посасывая его губы, прихватывая их зубами и нетерпеливо втягивая в свой рот, сплетаясь с его языком своим. Ощущая вкус мяты и то, как он обводит по кругу шарик пирсинга у нее во рту.

Бабочки в животе взбунтовались, трепеща хрупкими крылышками.

…С влажным звуком он разорвал поцелуй.

Из ее горла вырвался жалобный, протестующий звук.

– Ты получишь меня, но немного позже, – пообещал Дамиан низким голосом, от которого девушку пробрало до мурашек.

Мужская рука пробралась под ее юбку. Костяшки пальцев дразняще огладили внутреннюю сторону бедра, прежде чем устремиться к краю ее нижнего белья.

Мгновенье, и он потянул его вниз.

Девушка перешагнула через ткань, помогая ему. Она не могла видеть, но была готова поклясться, что парень ухмыльнулся ее временной покорности.

– Все, что захочу… Ты не передумала, малыш? – искушающий шепот в самые губы.

Девушка покачала головой. Ее грудь вздымалась и опадала с каждым следующим вдохом все быстрее и быстрее.

– Скажи, – протянул он, словно пробуя на вкус свой приказ.

– Что угодно… – она облизнула губы. – Я твоя.

Как же это красиво звучало. Совершенно правильно.

– Да, ты мой любимый Огонек, – подтвердил Дамиан, едва ощутимо поцеловав ее губы и тут же отстраняясь.

– Пожалуйста, – в ее голосе послышалась мольба.

– Что? – промурлыкал он, лаская ее снизу.

Его член требовал к себе внимания с того гребаного момента, как с ее губ стали срываться первые мольбы.

– Поцелуй меня, Дамиан, – прошептала девушка. – Я хочу твои губы.

Он целомудренно прижался к ее рту своим и улыбнулся:

– Так?

– Нет, – нетерпеливо отозвалась Эви.

– А как ты хочешь? Расскажи своему мужчине, и он это сделает.

– Проведи языком по моим губам, – прошептала она искушающе, – Держи свой рот широко открытым. Вкуси меня.

– Блядь, с тобой невозможно себя контролировать, – он набросился на ее губы так, будто был голоден и утолить это безумное ощущение могла только она. Кусая, словно наказывая за то, что сводила его с ума, и тут же утешающе лаская языком ее губы, проникая глубоко в ее рот. Желая выпить, навсегда забрать, отвоевать каждую частичку ее себе.

Его пальцы одновременно с каждым движением языка проникали в нее все быстрее и глубже. Йохансен ощущал, насколько она была готова. К тому, чтобы он ее взял прямо сейчас.

– Огонек, – простонал Дамиан, прислоняясь лбом к ее лбу. – Как же восхитительно.

Слов было недостаточно – совершенно нет – чтобы выразить все, что он ощущал сейчас.

– Дамиан, – простонала она его имя с придыханием, вызывая в нем одержимую потребность немедленно заклеймить эту девушку собой.

Он обхватил ее голову, слегка запрокидывая, чтобы поцеловать в шею. Девушка ощутила, как его зубы слегка поцарапали кожу, прежде чем Дамиан втянул кожу в рот, посасывая до ощущения боли. Оставляя новые следы. Повсюду. На горле, ключицах, ниже…

Очередной стон сорвался с губ Эви. Она шумно выдохнула.

Дамиан ощутил, как она начала судорожно сжиматься вокруг его пальцев. Но не прекратил ее трогать и целовать. До тех под, пока спина девушки не выгнулась дугой, и хрупкое тело под ним не забилось дрожью, достигнув края. Волна за волной.

Она что-то бессвязно говорила, звала его в беспамятстве, и от этих звуков ему сносило голову. Дамиан пожирал ее глазами, каждый дюйм прекрасной кожи, которую он пометил. Эти приоткрытые, припухшие после его натисков губы. Эти огненные волосы. Ее руки все еще были связаны, но он не торопился освобождать ее. Пока не время.

Он нуждался в ней. Прямо сейчас.

Дамиан стал расстегивать ширинку.

Она услышала жужжанье молнии, которую Йохансен потянул вниз, освобождая себя от ненужной одежды. Он не потрудился раздеться целиком, как и всегда.

– Это будет сильно, детка, – предупредил ее Дамиан.

– Бери, – выдохнула она. – Не сдерживайся. Покажи, как я тебе нужна.

«Вашу мать, эта девушка однажды меня сведет с ума».

Одной рукой поддерживая за спину, чтобы она не поцарапалась о ствол дерева, другой Дамиан обхватил ее бедро, устраиваясь между ног девушки.

Мгновение – и его твердый член вторгся в хрупкое тело.

Это не было медленно. Не было нежно.

Он взял ее, чтобы насытить эту жажду.

Сильно, проникая целиком.

У самого перед глазами потемнело. На мгновение Дамиан забыл, как дышать. Такая горячая, тесная, влажная для него…

Она запрокинула голову, едва не ударившись затылком об жесткую кору дерева – он вовремя подставил руку.

Склонил голову, раскрывая покрасневшие губы своими, проскальзывая языком внутрь