Ненастоящая принцесса - Надя Смирнова

— Президенту можно доверять, он всегда поддерживал нас, а мы его.

— Зачем тогда она ему сейчас, когда от неё никакого прока?

— Может, Софи, ты знаешь, зачем хочет видеть именно тебя президент Гроснан? — графиня подошла к Софи, и та, помня о её даре, сделала шаг назад.

— Не знаю.

— Но что-то же ты по этому поводу думаешь?

Софи посмотрела на графиню. Та умела быть мягкой и доброй: «Не пугай её ещё больше, она и так боится», могла быть злой и жестокой: «Если хоть один волос упадёт с головы моего сына...», и сейчас могла бы проявить доброту к Софи, попытаться втереться в доверие, по-матерински приласкать её, но предпочитала запугивание, а не обман.

— Я думаю, что догадываюсь о причине, но не хотела бы озвучивать её в слух.

Графиня вскинула брови от такой дерзости:

— Вот как!

Она обернулась к мужу, как поняла девушка, ожидая его одобрения, Софи же посмотрела на своего. Александр смотрел на неё прищурившись, будто прикидывая, стоит ли её пытать или всё же нет, а может, раздумывая, могла ли она, Софи, устроить заговор за его спиной.

— Мам, ты можешь поехать с ней и проконтролировать её?

Графиня перевела взгляд на сына и всего секунду рассматривала его. Софи пришла в голову мысль, что как-то странно он готов рискнуть матерью, но все же графиня темная — лошадка; она никогда не устраивает никаких противостояний и не вмешивается ни во что, всем руководит её муж. Однако, на что она способна, тоже не известно и, если бы не этот ночной разговор, Софи никогда бы не подумала, что она может влиять на настроение, подобно Александру.

— Это неплохая идея, — к удивлению Софи, заговорил граф, — Илона, ты тоже поедешь.

Софи захотелось закричать «нет», но она промолчала. Что происходит? Зачем он отпускает свою жену и жену покойного брата с ней? Что умеют они и почему он так уверен, что они смогут её контролировать?

***

— Твоя мать знает, что я умею немного колдовать?

— Всего немного?

— Ты не ответил на мой вопрос, — голос Софи стал жёстче.

Они стояли у окна в своей комнате, не касаясь друг друга. Софи надела кремовое платье с белоснежным воротничком и из окна рассматривала черную ничем не примечательную карету, которая уже ожидала её. В детали поездки её не посвятили, лишь подробно рассказали о её роли, на что она должна соглашаться, а на что нет, о том, как следует вести себя с президентом и слушаться во всем графини. Дмитрий поедет с ними, он выступит в качестве организатора переговоров.

— Теперь знает.

Софи неуверенно кивнула; конечно, его мать прошла совсем другой инструктаж перед поездкой.

— В таком случае расскажи, что умеет она и Илона?

На это Александр лишь покачал головой.

— Это было бы честно: они знают, что могу я, а я буду знать, что могут они.

— Не думаю, что эти знания тебе как-то помогут.

— Ты мне совсем не доверяешь...

Александр повернулся к ней и взял за руку, но Софи тут же выдернула её и отступила на шаг.

— Нет! Никакого колдовства! — предостерегла она, скрещивая руки на груди.

— Тогда я лишь хотел, чтобы ты помолчала и не возмущалась, иначе отец бы тебя выгнал.

— Поэтому и напугал так, что я пошевелиться не могла? Странный вид заботы, ты не находишь?

— Может, и странный, но действенный.

— Не хочу с тобой разговаривать, — Софи снова посмотрела в окно, — не воображай, что можешь управлять мной. И отвечай на мои вопросы!

Он лишь закатил глаза:

— Ты же сказала, что не хочешь разговаривать.

— Не хочу, но все же... Мне нужно, что бы ты ответил на мои вопросы.

— Так спроси уже.

Софи помолчала, подбирая слова, а затем повернулась к мужу:

— Ты не думал, что Дмитрий может видеть через мантию-невидимку, и у него были некоторые отношения с Теей? И.… раз Теи нет в Югорте, возможно, он знает, где она?

— Думал, и думаю, что будет лучше, если он не будет знать, что мы об этом думали.

Софи растерялась:

— Но нужно же узнать это наверняка...

— Об этом не волнуйся,