Трилогия «Система» - Сия Тони

Неосознанно я прижалась лбом к сильному плечу Лиона и прикрыла глаза. Наслаждаясь моментом всепоглощающего спокойствия, я и не заметила, как родители на нас уставились. Подскочив на месте и не зная, куда деть глаза, я глупо улыбнулась.

– Ати, дочка, вы встречаетесь? – сдерживая улыбку, спросила мама.

– Вовсе нет, – начала я, – конечно, нет. Скажи им, Лион.

– Если Ати так говорит, значит, так и есть, – сухо ответил он, из-за чего Райан с трудом сдержал смешок.

Какой стыд!

Их дочь уехала работать, а в итоге обзавелась ухажером.

– Аурелион? – серьезно спросил папа, уперев оба локтя в стол.

– Оставь детей в покое, Михаэль, – сразу накинулась на него мама. – Лучше расскажите, – она подмигнула нам, – что вас ждет после окончания проекта. Руководство ведь не посмеет сдать назад? Вам столько всего обещали!

Несмотря на то что, скорее всего, все было написано на моем лице, я все еще делала вид, будто мы с Лионом коллеги. Во всеуслышание объявить о наших отношениях было неловко – ведь тогда, совершенно точно, мы бы не смогли избежать расспросов.

Аурелион

Поглядывая на отца Ати, все это время я гадал: смогут ли мои силы оказать долгосрочный эффект на его недуг? В случае с незнакомцами даже временное улучшение их состояния казалось мне достойной форой для решения дальнейших проблем. Но, когда речь пошла о лечении близкого Ати человека, я впервые усомнился в эффективности предпринятых мной попыток помочь.

Мне никогда раньше не приходилось применять свои силы в подобном ключе. В последнее время я узнал о себе больше, чем за всю жизнь.

Я впервые жалел, что никогда не практиковался, предпочитая прятаться в тени сочувствующего и работоспособного помощника советника Системы.

Предполагая, что мне предстоит встреча с отцом Ати, я уже знал, что должен буду сделать. Только этого могло оказаться недостаточно. В любом случае я должен был попробовать.

Атанасия

Время пролетело незаметно.

Разрешив гостям блуждать по дому, я осталась с родителями наедине.

– Все в порядке, Ати? – тут же спросил папа. – Тебя никто не обижает?

– Нет, все хорошо. Если все сложится удачно, я надеюсь выиграть главный приз, – загадочно ответила я.

– Береги себя, детка. Мы так тобой гордимся. Да? – Мама толкнула папу в бок.

– Возвращайся домой, – сказал папа, поглядывая на странных мужчин в коридоре, с интересом разглядывающих наши семейные фото.

– Конечно, осталось совсем немного… – многообещающе прошептала я, когда Эксания встала за мной.

– Нам пора, – вмешалась она, постучав по циферблату часов на запястье.

Верумианцы принялись одеваться, мучаясь с молниями на одежде, когда Эксания поблагодарила родителей за гостеприимство и вышла из дома.

Разглядывая теплые улыбки родителей, их морщинки, выдававшие усталость и пережитые тревоги, добрые глаза и движения, я радовалась от одной возможности видеть их собственными глазами. Никакие голограммы не заменили бы живого тепла и любви, которой они меня одаривали. Слова были излишни. Друг без друга мы не существовали.

Мама нежно погладила меня по щеке, а папа не выпускал моих рук из своих.

Я знала, что, выйдя за дверь, снова оставлю за ней их любовь, переживания и просьбы, поэтому никак не могла попрощаться.

Впервые покинув дом ради проекта, я думала лишь о себе. Эгоистично пеклась о своем благополучии, страшась того, что ожидало меня впереди. Теперь же неизвестно, что было бы страшнее: полтора месяца отработать где-нибудь здесь или узнать правду и быть не в силах что-либо изменить.

Увидев мои подступающие слезы, папа тут же предложил:

– Может, ну это все? Оставайся. Оно того не стоит.

– Стоит! Не отговаривай ее. – Мама кинула в его сторону злой взгляд. – Ты молодец, Ати! Так держать! Ты должна гордиться собой. Не унывай, – нежно добавила она, прежде чем наброситься на папу: – Неужели ты не понимаешь? Конечно, ей тяжело! Она никогда не уезжала из дома надолго, а ты тут со своим «оставайся»…

Даже этот невинный спор теплом отзывался в моей груди. В таких мелочах за них говорила любовь…

– Ати, – позвал меня Лион.

Я обернулась и поняла, что они готовы выходить. Райан маялся у двери, не зная, как попрощаться.

– Приходите к нам еще, – сказала мама, потянувшись к нему для объятий.

Нерешительно поддавшись ее порыву, Райан неловко обнял ее и искренне улыбнулся. Папа пожал мужчинам руки и, выйдя на улицу, попрощался с Лиром, который все это время, кажется, подпирал на крыльце балку. Мама пожелала нам всего лучшего и помахала вслед.

Я должна была успокоиться, должна была махнуть в ответ и сесть в машину, но тело не слушалось. Я не могла отвернуться, хоть на секунду упустить из виду их лица, ведь теперь никто не знал, что ждало нас впереди…

Вернувшись, я еще раз крепко-крепко их обняла.

* * *

– Аурелион, нам туда. – Эксания деликатно указала на дверь в конце коридора. – Остальные, можете идти отдыхать.

– Наконец-то, – выдавил из себя Лир, который с момента соприкосновения с аурой Лиона вел себя крайне странно.

Шагая по коридорам штаба, я чувствовала себя обманутой. Меня одолевали сомнения, а встреча с родителями лишь добавляла поводов для беспокойства.

Райан вдруг приобнял меня за плечи, и я не стала его отталкивать. Кто бы мог подумать, что этот человек решит поддержать меня, жалкую землянку, чья участь – прозябать на грязной планете среди миллионов себе подобных?

– Эй, Альби?

Вопросительно хмыкнув в ответ, я подняла на него слегка покрасневшие от слез глаза.

– Все будет хорошо. – Он понизил голос и даже остановился. – Брат не стал бы врать. Он не такой, сама знаешь.

Я кивнула в ответ, всем сердцем надеясь на это.

– Жизнь ничему вас не учит, – сказал Лир, открывая передо мной дверь. – Твоя с братом – следующая по коридору, – добавил он, махнув Райану.

– Который час? – спросила я, осматривая тесную комнатку. Здесь не было ничего, кроме большой кровати, полупустого шкафа и письменного стола, на котором красовался новенький компьютер.

– Семь вечера. Скоро ужин, – ответил он, закрывая за нами дверь.

Физическая и моральная усталость валила меня с ног. Я медленно поплелась к кровати, по дороге скидывая с себя верхнюю одежду и теплые штаны. Лир неспешно разделся и отшвырнул к двери порванные вещи.

– Лир, что с тобой? – спросила я, присев на постель. – Ты ведешь себя странно.

– Разве?

Я и сейчас могла с уверенностью сказать, что он злился, натягивая спортивные штаны. Таким я его еще ни разу не видела.

– Ты молчишь, сопишь и проявляешь агрессию, – подметила я, пристально рассматривая его.

– Разве? – повторил он и резко развел руками. – Да, я злюсь. Довольна? Как же я