Все приключения Ивидель Астер - Анна Сергеевна Сокол

земля, потом подушка из гравия и песка, под ними железо. Много железа и, похоже, чирийского, поэтому проникнуть в механизмы не удалось, — стал безучастно объяснять сокурсник. — Зато я наткнулся на пустую полость, похожую на пузырек в бокале с игристым. Рубка управления. Зерна познания прошли ее насквозь, не коснувшись ничего живого и ничего мертвого. Одно железо.

— То есть Островом сейчас никто не управляет? — тихо спросила Гэли, пряча руки в муфту.

— Не совсем. — Крис проследил за взглядом Мэрдока. — Курс Острову задан. Осталось узнать, почему магистры не могут его сменить? Почему они еще не в кабине?

— До Разлома как минимум два дня, — прищурился Этьен, его светлые волосы припорошил снег. — Или даже больше.

— Да, станет еще холоднее. Поэтому я и поинтересовался у мисс Астер, сколько она сможет поддерживать огонь на одном единственном полене.

— Мой брат Тьерри тоже маг огня, — испуганно сказала Мэри.

— А вы, мисс… — Оуэн посмотрел на девушку. Порыв ледяного ветра растрепал его волосы, бросил в лицо ледяную крупу.

— Коэн. Мэри Коэн.

— Ваша стихия, мисс Коэн, тоже огонь, как у брата? — Крис набросил на голову капюшон.

— Нет. — Девушка закусила губу, ее щеки на морозе алели. — Все стихии даются мне одинаково. Но я могу ускорить любое изменение.

— Тоже мне достижение, — скривила губы Алисия, которая почему-то предпочла остаться с нами, а не побежать за герцогиней. — Это и я могу, хоть в десять раз.

— А я в тысячу и без малейший усилий, — глядя ей в глаза, сказала дочь столичного аптекаря.

— Часовщик Коэн, — вдруг выкрикнул Этьен, хлопнув себя по лбу. — Он служил при дворе прадеда нынешнего князя. Говорили, что мог останавливать время или заставлять его мчаться вперед, как поезд.

— Это мой прадед, — девушка опустила глаза. — Но замедление мне пока не по силам, только ускорение.

— Подтолкнуть всегда проще, чем задержать, — сказал Мэрдок, опираясь на трость.

— Задержать Академикум можешь? — спросил Этьен.

— Что? Нет, я… магия действует не так, — девушка смешалась.

— Так что нам делать? — спросила Гэли. — Тоже пойти к магистрам? Может, если мы придем все вместе, они нас выслушают?

— У меня есть идея получше. — С этими словами Оуэн развернулся, моя рука соскользнула с его локтя, и рыцарь зашагал к атриуму.

Мы с Гэли переглянулись и поспешили следом, слыша, как за спиной чертыхается Этьен, как стучит трость Мэрдока, как жалуется на что-то Алисия.

Наверное, впервые на моей памяти площадь, на которую выходили фасады главных зданий трех факультетов Академикума, была пуста. Сегодня тут не сновали студенты, не бегали с поручениями старшекурсники, не смеялись девушки, не назначали встречи молодые люди. Сегодня здесь властвовал лишь ветер, наметая сугроб легкого, как пух, снега с правой стороны атриума. На белое крошево ложился теплый желтый свет из окон. Он казался таким близким и таким далеким, таким правильным, что мне нестерпимо захотелось очутиться в теплой комнате, у горящего камина и протянуть замерзшие руки к огню.

— Неужели станет еще холоднее? — словно подслушав мои мысли, спросила подруга.

В ответ ветер швырнул в лицо новую порцию ледяного воздуха, от которого перехватило дыхание. Очень хотелось замотать лицо в матушкину шаль. А еще выпить горячего кинилового отвара. Или даже глоток бренди из папенькиных запасов.

Крис дошел до перил, смахнул с них снег и, перегнувшись, посмотрел вниз, совсем как я когда-то. Совсем как тогда, внизу яркими всполохами расцветали голубые струи огня. Но сейчас земля внизу была покрыта сплошным снежным ковром. Зимнее море, такое обманчивое в своем спокойствии…

— Видите вот тот блик? — Барон указал рукой куда-то вправо.

— Нет, — честно ответила я, и Гэли тоже помотала головой.

— Неважно. Там кабина управления Академикумом.

— Уверен? — спросил Этьен, перегибаясь через перила следом за бароном. — Я ничего не вижу.

— Уверен, к тому же, маг подтвердил.

Хоторн хмурился так же, как и все, старясь разглядеть кабину управления.

— Допустим, — не стал спорить Этьен. — Что за идея?

— Я хочу заглянуть туда. — Крис выпрямился, а я в первый момент даже не поняла, отчего побледнела Гэли. — Спуститься вниз и посмотреть, почему магистры не могут повернуть эту махину на сто восемьдесят градусов.

— Сколько градусов? — переспросила я и тут же разозлилась: — При чем тут температура, барон? Какое отношение она имеет к тому… к тому… — Я снова заглянула в окошко атриума, и, наверное, впервые от вида Зимнего моря у меня закружилась голова. — Скажите, что вы шутите, что вовсе не собираетесь спускаться туда? — попросила я.

— Увы, — без всякого сожаления ответил Крис, рассматривая отвесную стену Острова. — Правда, боковой ветер может стать проблемой.

— Ветер я могу взять на себя, — произнесла вдруг Гэли. Я с возмущением обернулась к подруге, а та, несмело улыбнувшись, спросила: — А что, будет лучше, если он сорвется?

— Будет лучше, если он не полезет, — отрезала я и посмотрела на сокурсников. На лице Мэри было смущение, на лице Алисии — скука, Этьен ухмылялся, Гэли с интересом смотрела вниз. Кажется, они не видели ничего страшного в том, чтобы спуститься через атриум под брюхо Острова, пройтись по карнизу, опоясывающему днище, а затем и вовсе повиснуть на нем, чтобы заглянуть в стекло кабины, которую мы даже не видели. И все это на скорости, что развил за последние сутки Академикум. Я посмотрела на Мэрдока. — Хоть вы ему скажите, граф. Скажите, что это самоубийство.

— Самоубийство, — вдруг поддержал меня Хоторн, но не успела я порадоваться, как он добавил. — Идти в одиночку, без партнера и страховки. Поэтому я иду с вами.

— Что? — спросили мы Крисом одновременно.

— Мне совестно напоминать, но у тебя одна нога чуть короче, — заявил барон.

— Так я не на бал вызвался сопровождать вас, барон, и не кренделя на паркете выписывать. А земле абсолютно все равно, какой длины у меня ноги. Если вы сорветесь, то сорветесь. Если я, то моя магия удержит нас обоих. Удержит земля острова, его щебень и песок. К тому же, я сказал, что кабина управления пуста. А за свои слова я привык отвечать. — Голос Хоторна стал холодным,