Скрипачка и вор - Анастейша Ли

— Да, Тим, именно так. Я не хочу разрушать её хрупкий мир, — ответил я, отпивая из горла тёмное пиво, пытаясь успокоить нарастающее волнение внутри. В этом мгновении чувствовал себя словно на грани между двумя мирами: одним, где всё было просто и понятно, и другим, где были только она и я. Тим отрицательно покачал головой, что подчеркивало его недоумение.

— Я тебя не узнаю, друг. С кем я разговариваю? Это не ты! — он явно ожидал от меня каких-то других действий.

— Понимаешь, Тим, она особенная, — произнес я, ощущая, как внутри меня растёт непреодолимое волнение. — И я не хочу причинять ей боль. У меня уже было это чувство вины, когда я так грубо повёл себя с ней. Я попытался сгладить ситуацию, но это было непросто.

— Угрожая наказанием? — Тим с сарказмом поднял брови. — Милош, странные у тебя способы сгладить ситуацию.

Я вздохнул, осознавая, что его слова имеют смысл.

— Я знаю, это звучит странно. Но для меня это не просто слова, это то, что я чувствую к ней. Я хочу, чтобы она сама приняла решение, когда будет готова. Я не могу просто взять её, как если бы она была игрушкой. Это неправильно, и я не хочу, чтобы она чувствовала себя жертвой.

Тим нахмурил лоб, но я видел, что он понимает мои сомнения. Способы, которые я выбирал, могли быть не такими прямыми, но у меня была надежда, что в конце концов, она увидит, что я здесь не для того, чтобы причинить ей боль, а чтобы создать нечто большее.

Аделин.

Всю ночь я ворочалась, не в силах забыть вчерашний вечер с Милошем. После поцелуя он моментально исчез, сославшись на срочные дела. Его слова "ты моя" до сих пор звучат в ушах, очаровывая меня. Лиля, сидящая со мной в кафе торгового центра вывела меня из транса, но мои мысли были полностью поглощены произошедшим с Милошем.

В кафе торгового центра, где мы встретились с Лилей, я продолжала витать в облаках. Она, казалось, сразу заметила мою отстраненность.

— Аделя, о чем задумалась? — спросила она, прервав мои мечтания.

Очнувшись, я быстро моргнула, пытаясь вернуться в реальность. Все мои мысли были поглощены Милошем.

— Лиль, пожалуйста, позвони ему, — попросила я, изобразив на лице мольбу, как у кота из известной сказки, и протянула ей свой телефон.

— Ты что, правда влюбилась? — с укоризной в голосе произнесла подруга. Я покраснела, отводя взгляд. Она знала меня как облупленную, и отрицать было бессмысленно. — Ну ладно, я наберу номер.

Мучительные гудки сводили меня с ума, каждая секунда казалась вечностью. Сердце колотилось так, словно хотело вырваться из груди. И наконец, как мед в уши:

— Алло?

— Привет! — робко произнесла я, чувствуя, как ладони покрываются испариной.

— Привет, что-то случилось? — Его голос, такой знакомый и желанный, заставил меня замереть. В этот момент я словно проглотила язык. Перед глазами все покрыто пеленой, в ушах поднялся шум, я чувствовала, как схожу с ума от растерянности. Все заранее заготовленные слова вылетели из головы.

— М… может б… быть, ты хотел бы сегодня увидеться вечером? — заикаясь, пролепетала я, надеясь, что он не заметит моего волнения. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, он мог его услышать даже по телефону.

— У тебя не должно быть сегодня репетиции? Кирилл мне рассказывал твой распорядок, — ответил Милош, и я почувствовала, как щеки заливаются краской. Кирилл! Ну зачем он ему это рассказал?

— Я ее уже пропустила, мы с Лилей в торговом центре, — попыталась я оправдаться, стараясь звучать как можно более непринужденно.

— У тебя не будет проблем? Выступление уже на следующей неделе.

— Милош, все под контролем, я знаю, что играть! — заверила я, хотя внутри все еще бушевал небольшой ураган. Главное, чтобы он согласился.

— Тогда — хорошо, не хочу, чтобы из-за меня у тебя были проблемы, — сказал он, и связь оборвалась. Гудки, резкие и внезапные, больно ударили по ушам, но я уже была в предвкушении. Что-то должно было случиться этим вечером.

В этот момент я заметила сквозь омрачающую пелену, как лицо Лили расплывалось в широкой, довольной улыбке. И эта улыбка, почему-то, заставила меня напрячься.

— Малышка, он так о тебе заботится! Не то, что твой братец обо мне! — выпалила она с восторгом, и я поняла, что сейчас начнется. Лиля всегда была склонна к драматизации, и теперь, кажется, она решила сделать меня главной героиней своей очередной мелодрамы.

— Мне кажется пора, а то я не успею собраться, Лиль. — выпалила я, приподнимаясь со стула, отыскав у подножки стола свою несменную трость.

— Я тебя довезу! — подхватила меня Лиля и увела к выходу.

Всю дорогу до дома Лиля не умолкала, описывая достоинства моего нового парня. Я слушала вполуха, рассеянно кивая и разглядывая мелькающие за окном пейзажи.

Когда мы подъехали к моему дому, я почувствовала облегчение. Быстро попрощавшись с Лилей, я вышла из машины и, размахивая тростью перед ногами, направилась к подъезду.

Поднимаясь по лестнице в свою квартиру, я ощутила, как усталость наваливается на плечи. Сбросив с ног неудобные желтые сабо прямо у порога, я прошла в гостиную. Там, словно магнит, меня притянуло к любимому креслу. Опустившись в него, я выдохнула. В комнате царила умиротворяющая тишина. Лишь тонкая полоска закатного солнца, пробиваясь сквозь рулонные шторы, золотила корешки книг на полках книжного стеллажа. Как же мне сейчас нужны эти тишина и покой, особенно после бесконечной болтовни с Лилией

Милош.

Я подъехал к дому Аделин, на улице моросил дождь и через минут пять вышла она… Та, которая перевернула мой мир с ног на голову. Я вышел из машины, чтобы помочь ей в нее сесть. Аделин была одета в черный короткий топ и черные лосины, на топ была надета рубашка в розовую полоску, растегнутая наполовину, одна сторона рубашки аккуратно сползала с плеча Аделин и это меня ворожило, она была безумно красивой в любом наряде.

Ее волосы, обычно собранные в небрежный хвост, сегодня рассыпались по плечам мягкими волнами, словно темный шелк. Нежный аромат ее духов, смесь ванили и чего-то терпкого, ударил в нос, и я на мгновение потерял дар речи.

— Привет! — пробубнил я, чувствуя, как щеки предательски начинают гореть. Ее лазурно-голубые глаза снова вогнали меня в ступор, словно гипнотизируя. Аделин искренне улыбнулась, и от этого простого жеста у меня перехватило дыхание.

— Привет! — протянула она мелодичным голосом и направилась к машине.

— Стой, я помогу! — выпалил я, словно очнувшись, и поспешил догнать ее. Осторожно придержав дверь, я