Каролина Кароль - Дарья Волкова

***

— Ну, за Пушку!

Над поверхностью барной стойки соприкоснулись два бокала с вином и одна кружка с какао.

— Вы держите меня в черном теле, — пробормотала Каро, отпивая какао. Оно было очень вкусным. Но хотелось почему-то вина.

— Эй, это у меня черное тело.

— О боже, извини, пожалуйста! — вышло и в самом деле ужасно неловко.

— Перестань, это же смешно, — отмахнулась Ми. — Ты, кстати, видела? Там какие-то парни тебя замуж звали.

— Идиоты, — буркнула Каро.

— Согласен, — мрачно согласился Леонид.

Ми чему-то улыбнулась.

— Я, кстати, знаешь, о чем вспомнила, братишка? — Мия звякнула своим бокалом о бокал Леонида. — У тебя ведь тоже было прозвище, когда ты занимался боксом, помнишь?

— Дурацкое.

— Какое? — встрепенулась Каро.

— Бер. Сокращенно. Полное — «Берсерк», — Леонид что-то буркнул, а Ми жизнерадостно продолжила, покачивая вино в бокале. — Мама, помню, ужасно удивилась, когда узнала. Говорила: «Ну, какой же Лу берсерк, он же такой милый мальчик». Так Лу стал плюшевым берсерком.

— Очень смешно, — пробормотал Леонид и осушил в один глоток вино. — Ладно, Ми, пойдем домой, Каролина после игры наверняка устала.

Каро не стала спорить. Она и в самом деле устала. А еще… Еще ей лучше держаться от Леонида Кароля подальше — она это сегодня отчетливо почувствовала.

Уже взявшись за ручку двери, он одарил ее последним напутствием.

— Тейп сутки не мочить. Не чесать. Завтра приду — проверю.

Ой, не приходи!

Приди, пожалуйста…

Она потом долго не могла уснуть, несмотря на усталость. Нога, после того, как Леонид переклеил тейп, вообще не болела. А вот уснуть не получалось. Каро лежала и вспоминала. Как он сидел тут на краю кровати. Отдирал тейп, приговаривая: «Не шипи, это не больно, я знаю». Касания его рук. Почему-то сегодня все было иначе.

Еще хуже. Будто мало Каро собственных фантазий в соседней квартире, у Леонида на кушетке. С ними она как-то научилась справляться. А вот сегодня… Когда он был у нее дома… В ее спальне… На ее кровати…

Как же хотелось, чтобы куда-то делась Ми вместе с какао! Чтобы они остались с Леонидом на этой кровати вдвоем. И к черту тейп, к черту Ми и какао, к черту всех! Вывернуться из его рук, сесть и обнять за шею. И чтобы Леонид ее потрогал не как врач, а по-другому, черт побери!

Вот как при таких мыслях в голове уснуть? Еще и вина противные кубинцы не налили. Но уснуть все-таки удалось.

***

Каро не сдержала удивленного «Ой!», когда свет погас. За окнами уже сгустилась сентябрьская вечерняя темнота. А теперь стало темно и в квартире тоже.

Темно и тихо. Не слышно гудения бытовых приборов. В этой тишине и темноте Каро стало неожиданно неуютно. Она подошла к окну. Ого. Вокруг высились темными громадами соседние дома. Похоже, случилась какая-то масштабная авария в электросети.

Каролина взяли в руки телефон. В домовом чате уже творился Армагеддон. Кто-то застрял в лифте. У кого-то дети остались без ужина. У кого-то срочно горит работа, а ноутбук оказался внезапно разряжен. И в управляющей компании на трубку не берут а тому, кто все-таки дозвонился, наорали и сказали, что сами ничего не знают. В общем, катастрофа локального масштаба.

Каро села на диван, поджала под себя ногу. Не высидела так и двух минут, встала, прошла к окну. Там было по-прежнему темно. Не горят рекламные щиты, не работают светофоры. Полная чернота за окном. Неожиданно по отливу застучал дождь. Ага, только этого не хватало для полноты атмосферы.

Стало совсем некомфортно. Каро обхватила себя руками. Не помогло. Какой-то детский страх бабайки из темноты взялся откуда-то и не давал спокойно сидеть на месте и ждать. И вообще… В конце концов, там, в соседней квартире, двое людей.

Давайте бояться вместе!

***

— О, а чего это так темно?..

Каро смотрела на широкоплечий темный силуэт в дверном проеме. А что, ты только сейчас заметил, что нет света?

— А, точно… Я же обещал зайти проверить ногу, — Леонид не дождался ее ответа. — Проходи. Или беспокоит что-то?

— Нет. Не беспокоит. И я не затем, чтобы проверить ногу.

— А зачем?

И в самом деле, зачем?

— А ты не заметил, что у нас во всем районе свет вырубили?

— Сейчас заметил, — Леонид закрывал за ее спиной дверь. — Я после работы присел на диван и это… Вырубился. Проснулся от твоего стука.

— А Ми?

— Ми сегодня на джаз-пати в Кронштадте. Приедет только завтра.

То есть, они в квартире одни… Нет, такое уже было. Но всегда раньше был где-то на периферии Ми. Что она должна прийти. Или уже пришла. А сегодня…

Каро в какой-то странной задумчивости стояла в прихожей.

— Ну, чего ты? Пошли. Не видно? Давай руку.

Ее руки коснулась большая горячая рука. Каро едва сдержала очередное: «Ой!». Но если и это не «Ой», тогда что?

Леонид довел ее до дивана, ушел, вернулся… с зажженной свечой!

— Ого…

— Ну а что делать, если нет электричества? Только зажигать свечи, — Леонид аккуратно поставил толстую свечу в стакане на столик.

— А у меня нет свечей…

— У меня тоже. Это Ми. Какая-то ароматическая.

И в самом деле, запахло чем-то вкусным. Вроде бы, какими-то специями. И, кажется, какао. Или ей это какао везде теперь мерещится?

— Ну?

— Что — ну?

— Что беспокоит?

То есть, может быть только эта причина для прихода Каро?! Для Леонида, видимо — да.

— Я же сказала — ничего.

— Тогда… М-м-м-м… А, ну да. Снимай штаны.

— Зачем?! — поперхнулась вопросом Каро. Нет, она как бы… Но не так же… Да что он имеет в виду?!

— Отдеру. Да не тебя — тейп. Его все равно больше суток нельзя. Хорошо, что ты меня разбудила.

Ах вот так?! Отдеру, но не тебя, а тейп?! Каро приподняла бедра и резко стащила штаны вниз. Совсем.

Кароль тяжелым взглядом прошелся по ее ногам. Задержался. Где именно — она так и не поняла, от волнения почему-то даже голова кружилась.

Да, шорты. Но сегодня — немножечко белые, немножечко кружевные и немножечко прозрачные.

Леонид аккуратно, словно сапер при разминировании, начал отлеплять тейпы. Именно отлеплять. Не отдирать. Вчера это было неприятно. Сегодня…

Он скрутил использованные тейпы, повертел в руках — и бросил куда-то в темноту. И уставился туда же сам.

Каро вздохнула. Не помогло. Надо надеть штаны. Или, может, Леонид ей еще один тейп наклеит? Или, может, он… Может, он хотя бы что-то сделает, вместо того, чтобы смотреть в темноту?!

— Я