Ты мне больше не нужна - Александра Стрельцова

Смотрю на своё лицо в зеркале, подушечками пальцев аккуратно докасываюсь до синяка, что растёкся на половину лица. Глубоко вздыхаю, уже не плачу, просто слёз не осталось! Откручиваю крышку тюбика с мазью, что дал мне Антон, выдавливаю чуть-чуть и, еле касаясь кожи, растираю мазь. Антон сказал, эта мазь поможет снять боль и ускорит процесс схождения синяка.

На волосы даже смотреть не хочу! Ублюдок, что пытался меня изнасиловать, вырвал мне хороший клок волос, утром я их обнаружила на подушке, я даже не знаю, как мне их причесать, кожа головы болит, да и боюсь, после совсем лысая буду. Но и не причесаться тоже не могу. Деревянный гребень с широкими и длинными зубцами лежит на полочке прямо перед глазами.

Протягиваю руку, собираю волосы в одну руку, зажимаю их посередине длины, провожу по кончикам. Гребень тут же застревает, чувствую, как тянется прядь волос.

Через десять минут в раковине собирается хороший и пугающий ком волос. Вот теперь хочется плакать! Спокойно, Алина! Со временем волосы отрастут, хорошо, что они у меня густые, не так будет видно потерю.

Ночь была ужасной, всё тело болело, я то проваливалась в сон, то просыпалась, мне что-то снилось, что-то неприятное, пугающее, но что точно, не помню.

Время восемь утра, меня разбудила женщина лет пятидесяти, представилась Анной, попросила привести себя в порядок и спуститься к завтраку. На мой отказ посмотрела на меня таким взглядом, словно я капризный ребёнок! А после добавила, что это приказ Натана Тарасовича, и что его приказы не обсуждаются!

Выйдя из ванной, останавливаюсь у кровати, удивлённо смотрю на лежавшие на ней вещи. Ещё полчаса назад их здесь не было! Подойдя ближе и нагнувшись, пальцами прихватила кашированную ткань платья. Рядом коробка с обувью и ещё одна с нижним бельём. Одежда новая, значит, не обноски с Арины, и это радует.

Вспоминаю слова Анны о том, чтобы я долго не задерживалась, принимаюсь одеваться. Через десять минут я готова, пришлось повозиться с платьем, плечо болит после укуса собаки. Постояв с закрытыми глазами примерно минуту, выхожу из комнаты, проигнорировав туфли на высоком каблуке. Видимо, Натан решил посмеяться надо мной. Оглядываюсь по сторонам. Увидев перила лестницы, иду к ним. По лестнице спускаюсь, прикусив нижнюю губу, мышцы всего тела болят после вчерашней борьбы с насильником, но самая сильная боль от укуса собаки!

Дохромав до последней ступени, останавливаюсь. Спуск отнял слишком много сил.

– Поторопись, Алина, я привык завтракать в одно и тоже время, запомни это на будущее и никогда больше не опаздывай, – холодно и громко разносится голос Натана.

Вскидываю голову и тут же встречаюсь с глазами хозяина дома. Мужчина вальяжно сидит за обеденным столом. Накрыто на две персоны, приборы расставлены по двум концам длинного стола.

Хромая, дохожу до стола, присаживаюсь на стул, придвигаюсь ближе к столу, замираю, с опаской смотря на мужчину.

Натан смотрит на меня и морщится, цокает языком, качает головой.

Ему не нравится мой вид? Неприятны синяки? Зачем тогда звал на завтрак?

– Выглядишь хреново, распоряжусь позже, привезут косметику, замазывай всю эту страсть, аппетит пропадает при виде твоих синяков, – выдаёт мужчина.

Я же чуть не задыхаюсь! Аппетит у него пропадает? А благодаря кому весь этот ужас на моём лице и всё, что произошло со мной в этом доме?

– В их появлении виноваты вы, – всё же высказываю мужчине, – нормальные люди для начала разбираются в ситуации, а не делают, как сделали вы, – стараюсь говорить спокойно, неизвестно, как он отреагирует, если я буду кричать.

Натан щурится, дёргает уголком губ, но молчит. Вот так, даже не извинится!

– Анна, можно подавать завтрак, – отдаёт приказ, продолжая сверлить меня своим прищуром.

Бесчувственный, жестокий. Ему плевать, как он поступил, виноват он или нет. Сколько ещё меня будут окружать такие мужчины? Сначала отец, потом Женя, теперь вот этот! Им всем нужно моё тело, на душу им плевать! Отцу нужно было скрыть побег любимой дочери, семье Женьки избежать позора, а вот Натану… Грязная утеха!

В гостиной появляется Анна с подносом, быстро расставляет перед нами тарелки с кашей, бутерброды с маслом, маленькие круассаны.

– Приятного аппетита, – желает нам Анна, в ответ получает недружное спасибо.

Опускаю взгляд в свою тарелку, смотрю на овсяную кашу и кусочек сливочного масла сверху. Перед глазами тут же появляется личико Авроры, малышка любит овсянку, всегда радуется любимой каше.

Как она там? Она же явно не нужна Арине, что, если за время моего отсутствия она причинит моей дочке боль? Женька, конечно, любит Аву, не даст же он в обиду родную дочь? И как мне её забрать, я так и не поняла, что вчера имел в виду Натан. Он нас просто обменяет нас с Ариной, а что дальше?

– Ешь! – разносится грозное.

Вздрагиваю, даже голову в плечи вжимаю. Совсем трусихой стала!

– Натан, – решаюсь поговорить, – вы вчера сказали, что собираетесь поменять нас с Ариной местами, но что будет дальше? – смотрю на мужчину.

Морщится, медленно прожёвывает ложку каши. Женька никогда не ел такой завтрак, только чёрный кофе без сахара.

– Сама не ешь и мне не даёшь! – вытирает рот салфеткой, отбрасывает её в сторону, делает пару глотков воды из стакана, откидывается на высокую спинку стула.

– Извините, но я хочу знать, в чём именно будет заключаться ваша помощь мне? Вы просто нас обменяете с моей сестрой?

– Для начала так и будет, – кивает, смотрит хмуро.

Неужели из-за завтрака злится?

– А потом? – нервно сжимаю ложку, так что пальцы белеют.

– Я помогу с разводом и побегом, если не захочешь оставаться с мужем, – последние слова говорит с ехидством.

– Не захочу, – отвечаю быстро, – но ещё дело в том, что он сразу поймёт, кто перед ним, он умеет нас различать, мне нельзя к нему возвращаться.

Натан хмурит брови, поджимает губы.

– Значит, сделаешь так, чтобы не узнал, я не люблю менять планы, запомни это, – говорит мужчина и возвращается к своему завтраку.

Прикрываю глаза, сглатываю вязкую слюну. Мне вновь нужно стать Ариной, но в этот раз всё будет по-другому!

Глава 10

ЕВГЕНИЙ

Врача для тёщи нашёл быстро, правда, пришлось