Родная чужая мама для дочери магната - Алла Ларина

Кара забирается в одно из них с ногами, откидывает голову на подголовник. И я не могу перестать думать о том, как естественно и правильно она здесь смотрится.

В какой-то момент её рука оказывается совсем близко от моей.

– У тебя тут шрам, – осторожно касаюсь нежной кожи. – Откуда?

– Плеснуло кипятком, – она беспечно пожимает плечами. – Хорошо, отскочить успела, а то на всю руку был бы.

– Сколько тебе тогда было лет?

– Десять.

– Тебе как-то помогли? – невольно поглаживаю тонкое запястье, поворачиваю ладонь и… переплетаю свои пальцы с её.

– Отвезли в больницу, – Кара кидает на меня внимательный взгляд, но руку не отнимает.

– За вами вообще хорошо смотрели… там, где ты росла?

Меня гложет дикое желание узнать ещё. Узнать о ней больше. Какая она? Чем она жила до того, как нас с ней свела… то ли судьба, то ли чей-то расчёт?

На губах девушки появляется странная улыбка.

– Я бы так не сказала, – отвечает с явной иронией в голосе. – Но я выжила. Это уже неплохо.

– А у тебя остался кто-то? Друзья? Или, может быть… – запинаюсь, но договариваю: – …мужчина?

Глава 20

Денис

– У меня не было мужчин, – Кара рассеянно пожимает плечами, задумчиво поднимает взгляд вверх, к высокому потолку.

А меня внезапно прошибает током. Огненный шар опаляет позвоночник, внутренности, моментально сползает вниз и концентрируется ниже пояса, заставив заёрзать в кресле и закусить щёку изнутри.

– В смысле… совсем не было? – уточняю хрипло, непроизвольно крепче сжимаю тонкие пальцы.

– Ну да… Что?!

Она, похоже, не сразу поняла…

А теперь заливается таким румянцем, что его заметно даже в неярком свете ламп, которые освещают комнату по углам.

Я с трудом сдерживаю готовый вырваться стон.

Чёрт-чёрт-чёрт… Держи себя в руках, мать твою!

Девушка пытается выдернуть у меня ладонь, но я, сориентировавшись, удерживаю её.

– Прости! – прошу торопливо. – Я не собирался… даже не думал… не хотел тебя так смутить! Прости!

– Фу-ух, – она прячет лицо в подтянутые к груди колени. – Ну ты и…

– Знаю. Прости.

– Да ладно, чего уж там, – Каролина косо смотрит на меня из-под ладони, слегка улыбается смущённой и немного нервной улыбкой. – Сама должна была соображать.

Мы, как два подростка, обмениваемся взглядами исподтишка.

– Думаю, нам обоим пора идти спать, – она нарушает молчание первой. – Раз уж ты меня не выгоняешь…

– Ну уж зверя-то из меня не надо делать, – качаю головой с лёгкой обидой.

– Не буду, – отвечает, помедлив, и встаёт, всё-таки забрав у меня руку. – Я пойду. Спокойной ночи.

Киваю, но сам не встаю, потому что… потому что демонстрировать свою абсолютно однозначную реакцию на неё я не собираюсь. А успокоиться вот так, сходу, нифига не получается.

Не хватало ещё, чтобы она меня сочла извращенцем каким-то… В душ сейчас пойду. Холодный. Наверное…

– Денис, – Кара оборачивается в дверях, и я подаюсь вперёд, надеясь… сам не знаю на что.

– Да?

– Я хотела попросить у тебя… Мне нужно съездить домой, – говорит негромко.

– А… да, конечно! – поспешно киваю. – Конечно, тебе помощь какая-то нужна или?..

– Нет, ничего такого, – она качает головой. – Просто, ну… Я предупредить хотела, чтобы ты был в курсе. Я уже несколько дней дома не была. Хочу ноутбук свой взять, документы. Одежду кое-какую. Мне с телефона почту неудобно проверять, а я же работу искала.

– Работу? – заставляю себя сосредоточиться не на звуках её голоса, а на том, что конкретно она говорит. – Работу… а ты не хочешь поработать у меня в компании? Переводчиком. Ты ведь уже показала себя. Устрою тебя по блату, – улыбаюсь, но тут же, чтобы она не подумала ничего лишнего, торопливо добавляю: – Я шучу!

– Да я поняла, – Каролина тихо смеётся. – Вообще я не против. Но давай поговорим об этом с утра, на свежую голову. Ты… рано уедешь?

– Да, – киваю, вспоминая своё расписание. – У меня встречи бесконечные, как на работу приеду – так сразу. Разве что не с китайцами, слава богу.

– Хорошо, – Кара кивает. – Тогда до завтра. Спокойной ночи.

– До завтра, – выговариваю тихо уже ей в спину.

Мне предстоит та ещё ночка… И в полной мере я это осознаю, когда всё-таки поднимаюсь наверх, дождавшись, чтобы в детской, куда отправилась спать Каролина, всё затихло.

Знание, что она спит в комнате напротив, заставляет закусывать угол подушки, сжимать кулаки.

Не помню, чтобы меня когда-то так накрывало…

А с утра остаётся только скрипеть зубами, стоя под ледяным душем.

Который всё равно нихрена не помогает.

Проиграв борьбу с самим собой, выкручиваю кран, делая воду обжигающе горячей и тянусь одной рукой вниз, закусывая зубами кулак, чтобы не стонать.

Плевать на всё. Пусть я извращенец.

Зажмуриваюсь, но перед глазами стоит лицо Кары.

И я отчётливо понимаю, что это Каролина.

Которая совершенно, абсолютно, полностью не похожа на мою жену.

Потому что одинаковое лицо – ничего не значит.

Я и во сне их теперь не перепутаю.

Кое-как приведя себя в порядок, спускаюсь вниз уже одетым, только пиджак в руке держу. И хмурюсь, снова услышав с кухни какие-то звуки.

Сейчас ведь шесть утра!

– Доброе утро! – Каролина кидает на меня взгляд, когда я захожу, улыбается. – Позавтракай перед работой!

– Что? – растерянно смотрю на девушку.

– Я приготовила тебе завтрак. Ты сказал, что у тебя с самого утра встречи. Садись, выпей чаю. Или лучше кофе тебе сварить? Я сама его не пью, – девушка ставит на стол тарелку и чашку.

– Ты… встала в пять утра… чтобы приготовить мне завтрак? – выговариваю, сам не веря тому, что произношу.

– А что, что-то не так? – Кара недоумённо глядит на меня.

Всё не так.

Точнее, всё так, как никогда в моей жизни не было.

Вот же я влип…

Глава 21

Каролина

Мне до смешного приятно, что Денис хвалит всё, что я приготовила.

А ещё охватывают странные ощущения, когда то и дело ловлю на себе его взгляды.

Потому что не понимаю, как на них реагировать. Потому что в них плещется голод, который не имеет ничего общего с едой! Потому что я и сама чувствую непривычное томление в теле, которого раньше никогда не испытывала.

В детдоме девушки лишаются девственности рано. Кто там особенно следит за подростками? Всем хочется взрослой жизни, гормоны бушуют, а мозгов не хватает, чтобы подумать о последствиях. Вот и бросаются во все тяжкие. А уж