Другая история Золушки. Темная в академии Светлых - Анна Сергеевна Платунова

Неподалеку от своей комнаты я обнаружила бывшую кладовую, где до сих пор хранились помятые ведра, тазы, а главное – из стены торчал кран с потрескавшимся голубым кристаллом. Я повернула вентиль, и кран застонал, зафыркал, плюнул в меня холодной водой с легким запахом ржавчины.

– Это твое место на дне! – крикнула я, загоняя форму в ведро короткими ударами кулаков.

Я месила ее, как тесто, лупила от души, вымещая злость. Вот так, Роэн! И еще удар! Получай! Форма вздыхала, пускала пузыри, просила пощады, но я была безжалостна и неумолима, как истинный маг хаоса.

– Твое! Место! На дне!

– Что здесь происходит, студентка Лир? – Сдержанный голос магистра Кроу раздался в тот миг, когда я трясла воображаемого Роэна за грудки.

– С-стираю.

Мокрый рукав, за который я приподняла рубашку, демонстрируя жертву утопления, жалобно сник, а я не сдержала мстительной улыбки, снова представив принца.

Магистр Кроу невозмутимо изучил немигающим взором меня, вспотевшую от усердия, лужи на полу, форму в потеках грязи и сухо сказал:

– Если тебе так нравится заниматься стиркой, не стоило утруждать себя поступлением в академию.

– В смысле, мне нравится? – возмутилась я. – Мне это вовсе не нравится, но не могу ведь я ходить грязной! Мало того, что форму выдали на несколько размеров больше, так еще и прачечная на светлой половине работает только для светлорожденных!

– Что? – Лицо наставника заледенело, а в голосе зазвучал металл. – Объяснись!

Сузив глаза, так что они превратились в две щелочки, заполненные черным пламенем, магистр Кроу выслушал мой сбивчивый рассказ.

– Пойдем со мной! – приказал он.

– Куда? – растерялась я. – А форма? Надо застирать сейчас, пока грязь не въелась…

Магистр Кроу молча подошел к окну, выдрал рассохшуюся фрамугу из пазов, подхватил одной рукой ведро и выплеснул содержимое наружу.

Штаны улетели, а мокрая рубашка зацепилась за раму, распласталась по стеклу и медленно сползла, издавая при этом то ли скрип, то ли стон и вздымая рукава в беззвучной мольбе.

– О Пресветлый… – оторопело выдохнула я.

– А теперь идем!

Глава 16

Магистр Кроу стремительно летел вперед, я едва за ним поспевала. Наконец, заметив, что ученица безнадежно отстала, наставник притормозил и пошел медленнее, приноравливаясь к моему шагу.

– Мне жаль, что я не узнал раньше, – сумрачно сказал он, глядя перед собой.

– Да ерунда. Не сказать, что я не надеялась, будто в академии к магам хаоса другое отношение, но… – Я вздохнула. – В целом я не удивлена.

– Порой страх делает людей хуже, чем они есть. Люди боятся всего, что угрожает их жизни. Землетрясений, ураганов…

– И магов хаоса, – закончила я с грустным смешком. – После нападения на старого короля Роэнмара люди предпочли забыть, сколько раз пепельные маги спасали Соларин. Такая короткая память… Я не знаю, чем прадедушка Златовласки не угодил Гаю Эриусу, но, наверное, была причина!

Я не верила учебникам истории, в которых годы правления мудрого короля Роэнмара описывались как золотое время. Он избавил крестьян и ремесленников от удушающих налогов – и сельское хозяйство и производство расцвели. Учредил суды присяжных и отменил пытки – для того времени решительный шаг вперед. Ввел обязательное обучение грамоте для всех детей, независимо от сословия. Позаботился о строительстве канализации, новых больниц, дорог и мостов.

И это малая толика реформ – только то, что первым всплыло в памяти. Но как я могла верить книгам, которые были напечатаны в новое время? Бумага все стерпит, даже самое бессовестное вранье!

Магистр Кроу остановился и повернулся ко мне. Он смотрел на меня, чуть наклонив голову, словно оценивал, смогу ли я понять то, что он собирается мне сообщить.

– Ты достаточна умна, Миррель, чтобы услышать и понять. Это не совсем то, что рассказывает магистр Зендел на лекциях по истории магии, но эта правда тебе тоже придется не по нраву.

Я невольно обхватила себя руками и кивнула – мол, я вся внимание.

– Не все высшие аристократические роды были довольны реформами. Скорее наоборот. Многолетние устои пошатнулись, права были урезаны. Старые семьи теряли власть, земли и деньги.

Он сделал паузу, будто взвешивал слова.

– Король Роэнмар стал жертвой собственных реформ. Заговорщиками могли стать светлорожденные аристократы. Но стали пепельные. Может быть, как более нетерпеливые и необузданные по своей природе. А может, их использовали как орудие, собираясь одним махом избавиться и от реформатора, и от опасных магов хаоса.

По рукам бежали мурашки – то ли холодный осенний ветер пробрался под одежду, то ли организм упорно сопротивлялся правде.

– Может, он и не заслуживал такой участи, – протолкнула я сквозь зубы. – Но это не значит, что следовало превратить пепельных магов – в изгоев!

– Да, – кивнул магистр Кроу и примиряюще положил ладонь на мое плечо. – Поэтому я здесь, чтобы учить, а ты – чтобы учиться. Еще есть надежда.

– Уж куда там, – пробурчала я.

И двинулась вперед, чтобы наставник не заметил слез, выступивших на глазах. Нет никакой надежды! Златовласка взойдет на трон и перекроет магам хаоса последний кислород – он своих планов и не скрывает!

– Ну же, Елка, ты ведь не из тех, кто отступает! – догнал меня голос магистра.

Я резко развернулась, думая, что ослышалась.

– Откуда вы знаете? – хрипло спросила я. – Это мое домашнее имя! Никто меня так не называет, кроме мамы, сестры и брата.

На долю мгновения на лице наставника проступила растерянность, но быстро исчезла.

– Это не тайна! Я навел справки о своей единственной ученице.

Я подозрительно прищурилась.

– Надпись на вазе ваших рук дело?

– Нет! Нет-нет… Все не так просто. Сейчас я ничего не стану объяснять, чтобы не навредить учебному процессу!

Секунда замешательства, если она не почудилась мне, миновала. Наставник вскинул подбородок и прошествовал вперед, всем видом напоминая, что это он ведет меня за собой, а не наоборот.

Старушка-кастелянша, мирно вязавшая чулок за прилавком, при взгляде на магистра медленно отложила спицы и опасливо приподнялась.

– Магистр Кроу! – Она расплылась в улыбке. – Какая неожиданность! Что вас привело в наш тихий уголок?

– Что меня привело? – Наставник вскинул бровь. – Дайте-ка подумать, Эмма!

Он выдвинул меня вперед, взял за плечи, будто некое учебное пособие, и для наглядности указал на подол платья с марширующими пауками.

– Ах, какая милая вышивка! – проворковала старушка нежнейшим голосом. – Золотые ручки у вашей ученицы. Просто золотые!

– У нее золотые, не спорю, – мрачно изрек магистр. – А у вас… как бы это лучше выразиться. Проворные? Пожалуй, да. Ведь они так ловко