Так себе идея - Палома Оклахома

— Э-э… Я только сок куплю!

Полина выдавливает понимающую улыбку. Ну конечно, не верит мне, знает как облупленную. Но вслух не дразнит, лишь машет рукой:

— Возьми мне шоколадку тогда, раз уж побежала.

Я не планировала заниматься сталкингом, но мне охота глянуть, будут ли «Бесы» обедать сегодня вместе. Немного обидно за Славу, и я искренне не понимаю, по каким причинам он волочится повсюду за этими саботажниками. Даже если они извинились и признали себя негодяями, парню просто необходимо защищать свои личные границы. Марфа помыкает им, когда ей вздумается, — даже вечер пятницы он не смог спокойно провести в новой компании.

Вижу Марфу с Ваней в очереди за кофе, Славы не видно. Блин, как мне узнать, что же за кошка пробежала между ними на сцене «опЭры»? Загадка никак не дает мне покоя.

Пристраиваюсь в линию чуть поодаль от «Бесов», делаю вид, что интересуюсь ассортиментом шоколада на соседнем прилавке, но на самом деле ловлю каждое их слово.

— Не надо было все так запускать, — тихо говорит Ваня. Голос у него всегда звучит немного хрипло, но сейчас особенно. — Я сразу был против, Егор тоже. Надо было сыграть как все. Без цирка. Без риска.

— Ну ты же знаешь Славу. Если дело касается сцены — все, его уже не остановить. Начинает фонтанировать идеями, будто в голове фейерверк разорвался. — Марфа отрывает взгляд от автомата и смотрит на друга.

— Да, Слава лидер. Но иногда полезно выслушать мнение всех участников коллектива. — Различаю в интонации Вани укор и неприкрытую досаду. — Ты же зачастую слепо потакаешь предмету своего обожания.

— Обожание тут ни при чем! — Марфа резко вскидывает голову. — Вань, именно благодаря его смелости, энтузиазму и новаторским идеям мы вообще оказались там, где оказались. Я подумала: стоит рискнуть.

Делаю шаг назад — поздно. Мегера оборачивается, ее глаза на секунду встречаются с моими. Я тут же отвожу взгляд — коробка с батончиками становится вдруг самым интересным объектом на планете. Пойманная на шпионаже, я пристыженно заливаюсь пунцовой краской и переключаюсь на покупку лакомства для Полины.

— Теперь ты знаешь, что игра не стоила свеч, — устало выдыхает Ваня.

Марфа понимает, что я слышала их задушевный разговор. Она еще раз встречается со мной взглядом — мимолетно, без выраженной враждебности. Скорее… с сожалением. Ненавижу. Нашла кого жалеть! О себе бы беспокоилась!

— Поздравляю с дебютом, Тайна. — Марфа обращается ко мне буднично, без нажима, без напускной вежливости, будто зачитывает прогноз погоды. — Самое главное — берегись, чтобы слава в голову не ударила.

Меня накрывает шквал эмоций.

— Спасибо за экспертный совет, учту. А тебе-то что в голову ударило, что ты бросила друга на сцене одного? — Слова срываются прежде, чем я успеваю поразмыслить.

Марфа отвечает не сразу. Сначала она слегка прикусывает щеку изнутри, будто пробует обиду на вкус.

— Знаешь, не все звуки прописаны в партитуре. Музыка — это пространство между нотами. — Марфа смиряет меня презрительным взглядом, а Ваня не замечает моего существования вовсе.

Вместе они покидают кафетерий, а я остаюсь стоять возле автомата. Голова гудит. В руках подтаявшая шоколадка. А в сердце — еще больше вопросов, чем было до этого.

Глава 12

В раздевалке царит хаос: девчонки из моего класса возбужденно перестукиваются через стенку с соперницами из «Б». Кто-то у зеркала поправляет хвост, кто-то снимает с себя последние украшения: сережки, кольца — все долой, по требованию учителя. Полина рядом мерит шагами узкий проход, бормоча английские фразы себе под нос. Умудряется повторять грамматику перед матчем — это ли не преданность своему репетитору? Я завязываю шнурки и чувствую, как ладони потеют от нервов.

— Лучше уж контрольную по алгебре сейчас писать, чем это, — тихо говорю я, глядя на свои дрожащие пальцы.

Полина выдыхает и, наконец, отвлекается от зубрежки. Она прислоняется плечом к холодной плиточной стене и пытается встретиться со мной взглядом.

— Да ладно тебе, — улыбается она, пытаясь меня приободрить. — Просто постарайся не стоять столбом. Отбивай, что летит в голову, и все. Никто же не требует от нас олимпийских рекордов.

— Кроме Марфы, — мрачно добавляю я.

Иногда мне кажется, что Марфа одержима волейболом даже больше, чем музыкой. За ней не первый год гоняются рекрутеры из профессиональной спортивной команды.

Полина фыркает:

— Ну, Марфу я возьму на себя. Она, может, и мечтает нас разгромить, но я тоже не промах! В летнем лагере я была капитаном!

Я молча киваю. В глубине души тлеет неприятное чувство: уверена, после инцидента в кафетерии Марфа сделает все, чтобы опозорить меня. Она это умеет — достаточно одного меткого броска мне в темечко.

Через минуту мы вваливаемся в спортивный зал. Высокий потолок, баскетбольные щиты на стенах, пахнет лаком и чуть-чуть резиной. Наш физрук, Николай Петрович, уже выправил сетку и раздал мячи для разминки. Ребята из обоих классов собираются в кучки по разным сторонам площадки, все очень взволнованы предстоящим сражением.

Я машинально ищу глазами Славу. Вот он, на дальней стороне, у сетки, разговаривает с Ваней и другими одноклассниками. Они перекидывают мяч, будто играют в горячую картошку, разминаются. Слава замечает меня, подмигивает и посылает короткую улыбку. Внутри все смягчается: в этом жесте нет соперничества, только поддержка. Мне нравится, что теперь мы друзья.

— Так, спортсмены, быстрее! — рявкает Николай Петрович, хлопая в ладоши. — Встаем, встаем на площадку, времени мало.

Полина отправляется на поле, я — на скамейку запасных. Надеюсь, удастся увильнуть, и физрук вообще не вызовет меня на экзекуцию.

От нашего класса выходят первые шесть человек. Команды наполовину состоят из мальчишек, наполовину — из девчонок, чтобы было честно.

— Играем до пятнадцати очков, потом меняем составы. Неизменно на поле остаются только капитаны, — объявляет физрук. — Выигравшие команды получают пятерки автоматом. Проигравшие будут сдавать нормативы.

Он прикладывает свисток к губам — игра начинается.

Марфа идет подавать. Отлично, может, она вымотается к тому моменту, как очередь дойдет до меня.

Она эффектно подкидывает мяч, с хлестким хлопком отправляет его через сетку, и мои одноклассники в панике бросаются закрывать прорехи на поле. Удается отбить первую подачу — мяч уходит на сторону соперника, где они умело разыгрывают его и возвращают с новой силой. Полина каким-то чудом подставляет руки и отбивает. Я выдыхаю. Ну и начало.

Ваня на том конце с трудом, но принимает «огненный» шар, округляет глаза и… Что это? С уважением подмигивает Полине!

Та делает в ответ книксен. Волейбольный флирт? Ну-ка,