Так себе идея - Палома Оклахома

Глава 14

Ребята разбегаются по делам, а я остаюсь в музыкальном классе. Опускаюсь на табурет рядом с барабанной установкой, расстегиваю рюкзак и вытаскиваю айпод.

Созрела.

Никакой дрожи в пальцах, никаких сомнений. Только приятное, светлое чувство, как будто мне вот-вот доверят маленький секрет. Я ощущаю, что все встало на свои места, могу наконец дышать полной грудью. Сейчас — самое время пообщаться с мамой.

Экран загорается, в папке с файлами появляется новое окошко. Второе видео. Я даже не успеваю подумать — палец сам касается значка воспроизведения.

Картинка долго подгружается. Мерцает экран. И вдруг — она. Мама. В том же кресле, в том же свитере с длинными рукавами, сидит, подогнув ноги под себя. Свет падает сбоку, ласково обрисовывая ее профиль. Сердце у меня замирает, как будто мама и правда просто уехала в командировку и вот сейчас, из другого города, звонит мне по видеосвязи.

— Привет, дорогой ребенок. — Голос тот же, привычный, будничный. — Ты смотришь это видео, значит, ты сыграла на тарелках? Перед настоящей публикой?! Я в восторге, Тайна! Представляю, какой у тебя был вид: сосредоточенный, с прищуром, губы поджаты, пальцы вцепились в палочки… Но ты это сделала! Ты вышла и сыграла. Я так тобой горжусь.

Я всхлипываю, не сдерживаясь. А она улыбается и поправляет волосы привычным движением.

— Помнишь, как ты в детстве объявила себя великим барабанщиком и колотила по всем кастрюлям на кухне? А я терпела, потому что знала: из тебя вырастет смелая и упрямая музыкантка, которая не боится экспериментов.

Она отставляет чашку и берет в руки листок. Это же наш список! Достаю его же из толстого учебника. Теперь я отношусь к памятной записке бережно: храню ее в пластиковом файлике.

Мама зачитывает:

— «Вдарить по тарелкам при зрителях». Все еще не могу поверить, что ты это сделала! Ну какая ты молодец! — хвалит меня она. — Я бы очень хотела быть рядом в тот момент, когда ты играла. Но не будем о грустном, что у нас дальше? «Отправиться в путь с картой сокровищ». Ох, интересно, как ты с этим справишься? «Побывать в двух местах одновременно». Ха-ха, удачи, Тайна! — Мама делает перекошенное лицо с приподнятыми бровями и зубастой гримасой. — Так, что еще есть: «заснуть под звездами», «попасть в бурю аплодисментов», «потанцевать на выпускном с самым крутым парнем», «быть милой папиной дочкой».

На этом пункте мама замедляет интонацию и смотрит сквозь камеру прямо мне в глаза.

— Тайна, пожалуйста, прошу тебя: прими папину любовь, открой ему свое сердце! Он души в тебе не чает, просто не всегда умеет выразить чувства словами. Я хочу, чтобы вы были опорой друг другу.

Знаешь, любовь — она не всегда про согласие, но она точно про выбор быть вместе. Если ты дашь папе шанс — возможно, с этого начнется новая глава твоей жизни. И не бойся идти вперед, даже если дорога неизвестна. Иногда свернуть не туда — единственный способ попасть, куда нужно.

С нетерпением жду новой встречи! Так интересно, какой пункт ты выберешь следующим… Я крепко обнимаю тебя и всегда буду рядом, прямо тут, в твоем сердце!

Мама прикладывает руку к груди, видео заканчивается. Экран гаснет. Я долго смотрю на пустую рамку плеера, не в силах пошевелиться.

Хлюпаю носом, пытаюсь стереть слезы рукавом, а они все текут и текут. Мама как будто не исчезала во тьме. Она со мной! Я чувствую ее запах — мятный чай, духи, немного лавандового крема для рук.

Прижимаю ладонь к груди и шепчу:

— Я не подведу, мам.

Глава 15

Покидаю здание школы с непривычно легким сердцем. Репетиция прошла замечательно! А мамино видео вдохновило меня еще больше! Я снова чувствую, что нахожусь на своем месте — там, где ритм, ноты и красочные мелодии.

Замираю возле подъезда. У тротуара припаркован «БМВ» Таланта. Рядом — еще один внедорожник, модель посвежее, с московскими номерами. Я останавливаюсь, моргаю. Папа?

Залетаю в подъезд, сердце колотится. Пальцы трясутся, ключ не попадает в замочную скважину, дверь не хочет сотрудничать. Из кухни доносятся голоса, звон посуды, девичий смех. Захожу на цыпочках, внутри царит праздник: Забава хохочет, пятится от Таланта, а тот норовит вытереть об нее пальцы, измазанные заварным кремом. Стол почти накрыт: горячее, салаты, красивые фужеры. Оксана вынимает противень из духовки. Папа сидит во главе, любуется своим идеальным семейством.

— О, Тайна! — Забава поворачивается ко мне, раскрасневшаяся от смеха. — Ну ты вовремя!

— Привет, Тай. — Талант машет мне рукой, а затем хищно прищуривается, угрожая сахарными пальцами. — Проходи, сейчас будем есть.

— Тайночка, привет, — мягко говорит Оксана. — Руки не забыла помыть?

Папа поднимается. Я чувствую его взгляд. Он подходит ближе и с какой-то странной торжественностью говорит:

— Прости, что не смог приехать в день рождения. Я с опозданием, но зато со всей душой.

Он обнимает меня, целует в висок и указывает на подоконник. Там возвышается подарочная коробка, увитая широкими лентами. Неприлично огромная! Что же он привез?

Я сажусь рядом с Забавой. Оксана с Талантом подают горячее. Все выглядит как в рекламном ролике: теплый свет, праздничный стол, оживленные лица. Безупречная семья.

Но меня не покидает ощущение, что я разрушила их идиллию.

Мы начинаем обедать. Папа расспрашивает Забаву о ее новом проекте по сортировке отходов. Та с энтузиазмом рассказывает про грант, про пилотную станцию, про первые успехи. Папа восхищенно кивает, хвалит ее за смелость, инициативу, дальновидность. Потом поворачивается к Таланту:

— А у тебя как на работе?

— Напряженно, — отвечает брат. — Много аудитов, большой срез по стратегии, но я справляюсь. Компания мамы в непростой точке. Мы перекраиваем структуру, выбираем новые направления, выходим на более крупные рынки…

— Как я горжусь тобой, сын.

Я ковыряю вилкой картошку. Как все ладно складывается: сынок — бизнесмен и наследник, красавица дочь — борец за природу, невестка — строгая и справедливая хранительница очага.

А я?

— А ты, Тайна? — спрашивает отец. — Как дела в школе?

— Нормально, — отвечаю, потупив взгляд. — У нас проект. Музыкальный. Репетируем с группой. Я снова играю на барабанах.

Вижу, как меняется его лицо. Будто сквозняк из приоткрытой форточки сдул улыбку с его физиономии. Папа пытается сохранить вежливое выражение, кивает, но я вижу: его расстраивают мои инфантильные увлечения.

Он бы хотел, чтобы я рассказывала про победы на олимпиадах, про подготовку к ЕГЭ, про перспективы в СПбГУ. А вместо этого — снова ненавистные барабаны.

Наступает неловкая пауза. Именно в этот момент Оксана встает,