Пара для короля Аркавии - Хоуп Харт

Вариану и другим аркавианам. Я предполагаю, что они не хотят здесь находиться почти так же сильно, как и мы не хотим, чтобы они были здесь. Но в конечном итоге они здесь. Я снова убираю ногу из досягаемости Вариана, пытаясь игнорировать голодный взгляд на его лице, когда он посмотрел на меня. Он не хочет меня как человека. Он не знает меня как человека. Вместо этого он просто хочет, чтобы ДНК женщины идеально соответствовала его.

— Моя очередь, — говорит Вариан.

Я киваю и ёрзаю под его взглядом. Он смотрит на меня так, словно представляет меня обнаженной, и я хмурюсь, а в моём животе в ответ танцуют бабочки.

— Почему ты работаешь офицером службы безопасности?

— Ты про полицейского?

— Да.

Я вытягиваю ноги и поддаюсь ощущению кровати подо мной, опираясь на локоть. Вариан доказал, что ему можно доверять, и мои мышцы болят от постоянного напряжения.

— Ты, наверное, уже знаешь, что я выросла в приёмной семье, верно?

— Да, ты выросла во многих семьях.

У меня такое ощущение, что Вариан не совсем понимает, что это такое.

— Не всем приемным родителям следует находиться рядом с детьми, — говорю я.

— Что ты имеешь в виду?

Я вздыхаю.

— Некоторые из этих людей жестоки. Они могут побить детей или сделать с ними что-нибудь ещё. Не все такие, — уверяю я его, когда его лицо темнеет. — Но правительство в этой стране платит людям за то, чтобы они забирали этих детей. Это означает, что некоторых людей больше волнуют деньги, чем обеспечение детям счастливого дома.

Глаза Вариана загорелись, и я наблюдаю, как его рога выпрямляются, их острые кончики стали выглядеть смертельно опасно. Я осторожно сажусь, а затем выругалась, когда он наклонился вперёд и обхватил меня за лодыжку, притягивая к себе.

— Какого черта, Вариан! — Я падаю на спину и расширяю глаза, когда его яростный взгляд встречается с моим, и он наклоняется надо мной.

— Эти люди причиняют вред детям?

— Некоторые из них. Не все из них. Некоторые из них — искренние, заботливые люди, которые хотят подарить нуждающимся детям хорошую жизнь.

— Ты пострадала, пара?

Мне плевать на его слово на букву п, потому что сейчас он выглядит чертовски страшно.

— Нет.

— Скажи мне правду, — шипит он, и я прижимаюсь к его груди.

— Я говорю тебе правду! Возможно, у меня не было сказочного детства, но меня никогда не обижали и не оскорбляли. А теперь прекрати меня пугать!

Он даёт мне немного места, но продолжает наклоняться надо мной, прищурив глаза.

— Продолжай свою историю, — приказывает он.

Я скалю на него зубы.

— Отодвинься.

Я злюсь на его своеволие, но бабочки в моём животе увеличились вдвое, и я покраснела.

Вариан медленно улыбнулся мне, и я знаю, что он увидел, что я возбуждена.

— Мне вполне комфортно, — сказал он. — Продолжай. Если только ты не хочешь проиграть?

Я ни в коем случае не хочу выполнять желание короля Аркавии, поэтому просто прищуриваюсь и делаю вид, что его рот находится не в нескольких дюймах от моего.

— Когда я была приёмным ребёнком, у меня было несколько стычек с правоохранительными органами, — говорю жёстко я. — Мой брат любил нарушать законы и иногда убегал из семей, в которые нас помещали. Копы всегда были добры к нам, и я выросла, желая внести небольшой вклад в мир. — Я пожимаю плечами, осознавая тот факт, что этот парень — честный король. — Ты, наверное, думаешь, что это глупо.

Он хмурится.

— Я так не считаю. Я думаю, что для выполнения такой работы нужно большое мужество. Мне повезло, что у меня появилась воительница в качестве пары.

Он самодовольно улыбается, и я почти рассмеялась.

— Ах… вот, — говорит он. — Я теперь не вижу ненависти в твоих глазах, когда ты смотришь на меня.

— Только потому, что тебя на самом деле здесь нет, — предупреждаю я. — Я всё ещё не собираюсь идти к тебе.

Он коротко кивнул мне и выдержал мой взгляд.

— Мне просто придётся убедить тебя в обратном.

Вариан наклоняется и целует меня, немедленно углубляя его и прижимая своё твердое тело к моему. Я стону. Для парня, который только недавно научился целоваться, он быстро освоился. Его язык проникает мне в рот, и я хватаюсь за его большие плечи, голова кружится.

— Подожди, — бормочу я, слегка отталкивая его. — Моя очередь.

Он рычит мне в губы, и я прижимаюсь к нему в ответ. Что сейчас происходит с моим телом? Вернись к игре, Харлоу.

— Ты проиграл? — я спрашиваю.

Он что-то бормочет, продвигаясь ниже и покусывая мою шею. Я выгибаюсь и задыхаюсь, но хватаю его за рога, поднимая его лицо вверх.

Его глаза горят, лицо окаменело от похоти.

— Я проиграл, — сказал он, разрывая мою футболку.

Я задыхаюсь и извиваюсь, когда он смотрит на мою грудь, нежно проводя пальцем по краю моего бюстгальтера, казалось бы, очарованный.

— Ч-что ты делаешь?

— Изучаю свою половинку, — говорит он, всё ещё глядя на мою грудь. Я краснею, осознавая, что этот старый бюстгальтер для сна без косточек никак не красит мою грудь. Потом я задаюсь вопросом, почему меня это вообще волнует, и отталкиваю его. Это все равно, что пытаться сдвинуть машину с места.

— Вариан, — говорю я предупреждающе и стону, когда он опускает чашечки моего бюстгальтера вниз, тут же уткнувшись головой в грудь. Он уделяет моим соскам одинаковое внимание, переходя от одного к другому, целуя, посасывая и покусывая, пока они не затвердели и не начали болеть.

Это необходимо прекратить. Я пытаюсь прикрыть грудь рукой и застываю, когда до моих ушей доносится угрожающий звук.

— Ты только что на меня зарычал?

Его глаза извиняются, когда они встречаются с моими, но он просто убирает мою руку, держа оба моих запястья в одной из своих больших рук и возвращает своё внимание к моей груди.

Я извиваюсь под ним, и он стонет. Я вскрикиваю, когда он внезапно отстраняется, разрывая мои джинсы и стаскивая их с ног.

— Даже не думай об этом!

Я пинаю его, и он хмурится, кладя своё большое тело на мое и всё больше хмурясь.

— Разве я не соблазнил свою половинку?

— Конечно, нет!

Он выглядит шокированным, и я вздыхаю. Я не могу его винить, учитывая то, как я реагирую на его тело. Он тыкается носом в мой живот, его дыхание обжигает мою кожу, и у меня пробегают мурашки по коже. Почему он чувствуется так хорошо?

— На самом деле меня здесь нет, Харлоу. Разве ты не хотела бы испытать то удовольствие, которое я