Тихий укус - Тина Фолсом

взгляд через плечо. — Я просто подумала, что должна тебе рассказать. Я заглянула к твоему будущему свекру. У него все хорошо. Сделала анализ крови, и врачи не ошиблись. Это всего лишь небольшая анемия. Беспокоиться не о чем. Я дала ему кое-какие лекарства, чтобы продержался до возвращения домой.

— Какое облегчение. По крайней мере, это означает, что нам не нужно беспокоить Урсулу. Она и так достаточно напряжена. — последние пару дней она почти все время измотана. И ему не понравился ее взгляд, который говорил о том, что она хочет, чтобы все это поскорее закончилось.

— Эм, насчет этого.

— Что? — спросил он, мгновенно разволновавшись.

— Сегодня вновь поссорилась со своей матерью.

Оливер провел рукой по волосам.

— Что на этот раз?

— Твоя дата рождения.

— Какое отношение мой день рождения имеет к свадьбе?

— Очевидно прямое. У тебя две четверки в дате рождения.

— И что?

— В Китае это означает несчастье.

— Черт возьми! Суеверная чушь!

— Конечно, это суеверие, но оно ничем не отличается от того, что жители Запада считают пятницу тринадцатое несчастливой. К сожалению, это очень расстроило Урсулу. — она подняла глаза к потолку.

— Я позабочусь об этом. Спасибо, Майя. — Оливер взбежал по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз. Никто не имел права расстраивать женщину, которую он любил, даже его будущая теща. Особенно из-за такой глупости, как день рождения.

Без стука он ворвался в гостевую спальню.

— Урсула!

Она была не одна. Вера обнимала ее и гладила по волосам. Они обе подняли головы, когда за ним захлопнулась дверь.

— Вовремя, — спокойно сказала Вера и поднялась с кровати.

Оливер немедленно заключил Урсулу в объятия и погладил ее по спине.

— Мне так жаль, детка. Я только что узнал. Скажи, что я могу сделать? — он посмотрел в ее заплаканные глаза, и его сердце обливалось кровью из-за нее.

Прежде чем Урсула успела ответить, Вера сказала:

— У меня есть идея, как это исправить.

Оливер на нее посмотрел.

— Как? Насколько я знаю, никто не может изменить свой день рождения по желанию.

— Ну, технически, твой день рождения — это день, когда тебя превратили в вампира, а это, по-моему, было 8 августа. Значит, что в твоей дате рождения две восьмерки, и это большая удача.

— Да, но ты не можешь сказать это матери Урсулы, не сказав ей, что я вампир.

— Конечно, нет! Но я могу использовать контроль сознания, чтобы заставить ее думать, будто она услышала 8 августа, а не 4 апреля, когда Роуз сообщила ей о твоем дне рождения.

Урсула высвободилась из его объятий и присела на корточки.

— Это не выход! Мы не можем продолжать стирать воспоминания моих родителей, когда происходит что-то, что им не нравится.

— Но мы сделали это после того, как ты сбежала от тех вампиров. Нам пришлось.

— Именно. Нам пришлось! — сухо подтвердила Урсула. — Но в этот раз нет такой необходимости. Только потому, что у моей мамы какие-то безумные идеи насчет нумерологии, это не значит, что мы должны стереть ей память. Нужно ее урезонить.

Оливер закатил глаза.

— Урезонить твою мать? Не слишком ли многого ты просишь?

Урсула уперла руки в бока.

— О чем ты говоришь?

— Просто пытаюсь сказать, что она вряд ли послушает.

— Ты не знаешь ее так, как я!

Оливер вскочил с кровати.

— Ну, разве это я плачу и расстроен?

— Не могу поверить, что ты это сказал!

Потрясенный Оливер попятился. Это была их первая ссора? Они никогда раньше не ссорились. Несколько долгих мгновений он просто смотрел на Урсулу, которая, не моргнув глазом, выдерживала его взгляд.

— Что же, неудивительно, что я всегда остерегалась семейных визитов, — спокойно сказала Вера. — В людях проявляется все самое худшее.

Оливер бросил на Веру быстрый взгляд, затем опустил голову.

— Мне жаль. — он поднял веки, чтобы посмотреть на Урсулу, и медленно переступил сделал шаг вперед, снова приближаясь к ней. — Просто мне неприятно видеть тебя несчастной. Мне больно. Вот здесь. — он прижал кулак к сердцу. — Я не выношу, когда не могу тебе помочь.

Урсула протянула к нему руки, и он заключил ее в объятия, прижав ее головой к своей груди и обхватив руками.

— Мне тоже жаль. Просто все это выбивает из колеи. Каждый день что-то еще идет не так.

Оливер поднял голову.

— Больше ничего не пойдет не так, обещаю. День нашей свадьбы будет самым счастливым днем в нашей жизни.

На ее губах появилась улыбка.

— Хочешь сказать, что после нашей свадьбы мы уже не будем так счастливы?

Он хмыкнул.

— Я не это имел в виду.

— А что?

— Тебе показать?

— Эм, — голос Веры их прервал.

Черт, он все еще забыл, что Вера еще в комнате. Оливер смущенно ей улыбнулся.

— Спасибо, Вера, что была рядом, когда Урсула в этом нуждалась.

— Никаких проблем.

— Что теперь будем делать с твоей матерью? — спросил Оливер.

— Ничего, — ответила Урсула. — Моя мама получила то, чего хотела, во многих аспектах: свадебное платье, подружки невесты, дата свадьбы и украшения! Но я не собираюсь идти на компромисс с женихом.

Он ухмыльнулся.

— Вот это моя девочка!

Глава 10

После долгих слез Урсула заключила перемирие со своей матерью. Пока все остальное на свадьбе было организовано таким образом, чтобы компенсировать так называемую неудачную дату рождения Оливера, она не обращала на это внимания и больше не упоминала об этом.

Это означало, что ее мать включила в свадебные украшения все известные ей талисманы на удачу, как будто думала, что сможет отвратить несчастье, которое принесла дата рождения Оливера.

Урсула согласилась, не желая еще больше отдаляться от своей матери. В конце концов, она была единственным ребенком у своих родителей, и это была единственная свадьба, которую могла организовать ее мать.

Наконец, этот день настал. Через несколько часов она выйдет замуж за Оливера. Дом уже кишел обслуживающим персоналом.

Ее мать все еще не вернулась из парикмахерской, а отец решил немного вздремнуть, заявив, что еще не привык к разнице во времени между Вашингтоном и Сан-Франциско.

Когда Урсула услышала тихий стук в дверь своей комнаты, то инстинктивно поняла, кто это. Чувствовала ли она уже ту особую связь, которая существует только между парами, связанными кровными узами? Она могла поклясться, что ощутила его присутствие в доме с того момента, как он вошел вскоре после захода солнца.

— Входи.

Оливер проскользнул внутрь, быстро закрыв за собой дверь.

— Привет! — на нем все еще были джинсы и футболка.

— Тебе лучше не попадаться на глаза, или у моей мамы случится припадок!

Он