Попаданка даст вам к(с)екса - Татьяна Бэк

же дала себе зарок помалкивать! Но меня уже несло… Обида за женщин этого мира, которым приходилось ой как несладко говорила сейчас моим языком… слишком длинным языком!

— А что сделали вы, чтобы ваша жена радовалась, ложась с вами в постель, и ждала этого с трепетом и желанием? — громко и зло спросила растерявшегося мужчину. — Когда она в последний раз испытывала оргазм?

Все взглянули на меня так, словно я во время чаепития у Британской королевы рассказала матерный анекдот. Ну ещё в публичном доме на меня не смотрели с осуждением.

— Оргазм? — оторопело переспросил мужчина. — У женщины?

Ясно, с половым воспитанием и просвещением здесь и впрямь туговато. Ну да, действительно, что зверь такой краснокнижный, это оргазм женский? И кому он вообще нужен?! Р-р-р-р! Вы разозлили сексолога и женщину одновременно!

— Я так понимаю, где у неё находится клитор и точка джи вы также не знаете? — продолжила я. — А про прелюдию к половому акту когда-нибудь слышали?

Кто-то из девчонок ойкнул, из угла, где расположилась Зизи, донеслись аплодисменты, приятно, что хотя бы подруга была со мной солидарна.

— Лана, прекрати! — прошипела мадам Шпротс мне на ухо, подлетая и больно хватая за локоть. — Я же сказала тебе, чтобы рта не раскрывала. Завтра же чтоб ноги твоей не было в моём заведении!

Опустив взгляд, покорно кивнула, понимая, что сама виновата. Ну почему было не помолчать? И куда я теперь денусь в незнакомом мире, без денег, знаний и знакомств…

— Очаровательная мадам Шпротс, мне кажется, вы слишком строги к девушке! — раздался вдруг низкий голос господина Азефа. — Не каждый день услышишь столь смелые, но весьма профессиональные замечания. Откуда у вас такие познания о физиологии интимного процесса?

— Много читала… — неразборчиво пробубнила я, не зная, как ответить, чтобы вызывать меньше подозрений.

— Надо же, я был уверен, что инквизиторы уничтожили все книги на данные темы, признав их ересью.

Пу-пу-пу… Что ни скажу, всё не в дугу! Пожалуй, и впрямь лучше буду молчать. Поэтому я нацепила самую обаятельную из улыбок, подняла на распорядителя невинный взгляд и принялась усилено хлопать ресницами.

Мужчина кривовато усмехнулся, поняв, что больше из меня ни слова не выжать, и величественно кивнул.

— Уже поздно, и мне пора возвращаться во дворец! Но завтра я непременно вернусь. Надеюсь, вновь увидеть вас, Лана. Подготовьте для нас небольшую лекцию. Уверен, нам всем будет полезно и интересно послушать то, что вы подчерпнули из закрытых источников. Ведь разве есть более увлекательное занятие, чем делиться знаниями, впитывать новое, учиться?

Все согласно закивали, глядя подобострастно на седого мужчину, который горделиво отправился к выходу, коротко махнув рукой всем на прощание.

— Ну так что, мне покинуть ваше заведение? — тихонько поинтересовалась у хозяйки борделя, стараясь скрыть переполнявшее меня торжество.

— Оставайся… — процедила она хмуро. — Но помни, что можешь вылететь отсюда в любой момент, если начнёшь умничать! А ещё не слишком радуйся, этот Азеф тот ещё фрукт... Ох, не подвела бы ты меня под монастырь со своими разговорами!

Глава 23

Вечер закончился, а гости покидали бордель.

Удивительно, но за это время, всего пара девочек с клиентами уединились в отдельных комнатах. И если из одной не доносилось вообще никаких звуков, то в другой раздавался хлёсткий свист рассекаемого воздуха и мужское басовитое кряхтение, звучащее сдавленно, словно сквозь кляп.

В остальном всё прошло удивительно чинно и фактически благородно, как бы странно это ни звучало в отношении досуга в публичном доме.

— Ну, Лана, ты и попала! — вдруг взволнованно произнесла Зинаида, едва закрылась дверь за последним гостем.

— В чём дело-то? — спросила я, чувствуя странную тревогу, ведь Зизи явно не относилась к разряду паникёрш.

Она метнула выразительный взгляд на белокурую Мими, незаметно подошедшую поближе и явно желающую погреть ушки.

— Пойдём в мою комнату! — решительно произнесла подруга и потащила меня за собой.

Спальня Зизи скорее напоминала монашескую келью: небольшая, строгая, удивительно чистая, с образцовым порядком. Единственным своеобразным украшениям служила лишь полка с книгами, при этом никаких девичьих безделушек.

В целом, чего-то подобного я и ожидала.

— Так что произошло? — вновь повторила я свой вопрос, когда хозяйка комнаты убедилась, что никто не подслушивает.

— Лана, этот господин Азеф — тот ещё двуличный скользкий тип, желающий упрочить своё положение при дворе.

— Но он же и так распорядитель... — недоумённо протянула я, но моя подруга, более подкованная в политических интригах, явно решила устроить мне небольшой ликбез.

— Распорядитель королевского двора — должность номинальная, звучит гордо, но по факту ты всего лишь завхоз. Да, доступ к материальным ценностям, безусловно, широкий, но господин Азеф грезит о власти. Но она в последнее время всё больше переходит в руки святых братьев.

На территориях дворянских угодий строятся монастыри, налоги на содержание инквизиторов постоянно повышаются. Думаю, орден уже давно богаче и влиятельнее королевской семьи, но тщательно это скрывает.

Ну что же, нечто подобное было нормой и для нашего мира в своё время, поэтому я не была удивлена.

— И как же господин Азеф хочет отобрать власть? Революция?

— Нет, это слишком кардинальный метод. Да и пламя гнева народных масс может захлестнуть и тех, кто его разжёг. К тому же хитрый управляющий привык к другим методам. Уверена, что для своих планов он решит использовать нашего принца, вернувшегося на родину. У обожаемого народом Лариона всего один недостаток...

— Он девственник? — ухмыльнулась я.

Но Зизи взглянула на меня строго и серьёзно.

— Да, принц не желает вступать в половую связь с девушкой без любви. Король уже стар и немощен, он хочет быть уверен, что трон не осиротеет со временем и мечтает о внуке. Думаю, святые братья, занимавшиеся воспитанием Лариона в детстве, уже готовы биться головой о стену из-за того, что так крепко вбили в него догматы о греховности плоти...

— И что же может сделать господин Азеф? — недоумённо поинтересовалась я.

— А ты не догадываешься? Он желает возбудить в принце интерес к женскому полу. И для этого ищет подходящую девушку, которая привлекла бы внимание неприступного красавца. Именно поэтому сегодня он приходил в заведение мадам Шпротс, ведь все знают, что у неё лучшие девочки, каждая из которых — настоящая драгоценность.

Зинаида скривилась, будто эти слова причиняли ей боль.

— И, кажется, его выбор пал на тебя, Лана! — встревоженно сообщила она,

— А разве это плохо, оказаться в объятиях принца? — еле слышно произнесла я и тут же залилась краской, вспомнив сильные, но удивительно нежные прикосновения мужских пальцев к моим бёдрам и обжигающий поцелуй.