Пепел на языке - Ольга Медная

как затекли ноги. Она толкнула тяжелую дубовую дверь. В комнате пахло йодом, спиртом и тем специфическим металлическим ароматом, который всегда сопровождает тяжелые ранения. Абрам полулежал на кровати, обложенный подушками. Его торс был плотно замотан бинтами, через которые всё еще проступала желтизна сукровицы, но глаза… Глаза были ясными. Слишком ясными для человека, потерявшего столько крови.

— Подойди, — выдохнул он.

Диана опустилась на край кровати. Абрам протянул руку — медленно, превозмогая боль — и накрыл её ладонь своей. Его кожа была горячей, лихорадочной.

— Ян сказал, ты учишься стрелять, — Абрам слабо сжал её пальцы. — Ты не должна была этого делать. Я хотел, чтобы ты просто выжила.

— Ты опоздал с советами на семнадцать глав, Абрам, — Диана горько усмехнулась, не отводя взгляда. — Ты сам научил меня, что выживание — это не пассивный процесс. Это война. И я не собираюсь стоять в стороне, пока тебя дорезают.

— Каренин не пришлет просто наемников, — Абрам закашлялся, и на его губах выступила розовая пена. — Он отправит «Ликвидаторов». Это люди без имен, без прошлого. Они работают чисто. Они не будут вести переговоры через мегафон.

— Пусть приходят, — Диана наклонилась к нему так близко, что их лбы соприкоснулись. — У нас есть ключи от его системы. Мы опубликовали файлы. Он уже политический труп.

— Политический труп может нанести очень живой удар, — прошептал Абрам. — Послушай меня… Если они прорвутся к маяку… В подвале под лестницей есть ниша. Там — гидрокостюм и баллон. Уходи в воду. Тебя подберет рыбацкое судно «Северная звезда» через три мили к востоку. Это последний шанс, Диана.

— Хватит! — она резко выпрямилась. — Я не брошу тебя. Никогда. Ты стал моей созависимостью, моей болезнью, моей единственной правдой. Если ты умрешь здесь, я нажму на спуск и направлю ствол на себя. Ты этого хочешь?

Абрам смотрел на неё с ужасом и восхищением одновременно. Он создал не просто союзника. Он создал свою идеальную погибель.

— Ты… сумасшедшая, — выдохнул он.

— Я люблю тебя, Абрам. И это самое разрушительное, что ты когда-либо со мной делал.

Слово «любовь» прозвучало в этой комнате как выстрел в соборе. Оно было неуместным, грязным, пропитанным кровью и пеплом, но оно было единственным, что имело смысл. Абрам дернулся, пытаясь притянуть её к себе, и застонал от боли. Диана сама припала к его губам — поцелуй был соленым, горьким и отчаянным. В нем не было нежности, только жажда зацепиться за жизнь в эпицентре шторма.

В этот момент снаружи раздался пронзительный звук — сигнал тревоги, установленный Яном.

— Началось, — Диана оторвалась от его губ. Она встала, подобрала с пола куртку и проверила пистолет в кобуре.

— Диана! — позвал он её в спину.

Она обернулась у двери.

— Не переживай, Абрам. Пепел на языке не мешает мне целиться.

Она вышла, захлопнув дверь. В комнате управления Ян уже гасил лампы. Окна маяка превратились в черные прямоугольники, за которыми скрывалась смерть.

— Вижу тепловой след, — Ян прильнул к окуляру прибора ночного видения. — Три катера. Идут в режиме радиомолчания. Подходят со стороны мертвых скал. Там швартоваться неудобно, значит, будут высаживаться вплавь.

— Дай мне винтовку, — Диана заняла позицию у узкого окна-бойницы.

Холодный металл приклада прижался к её щеке. В оптическом прицеле мир стал зеленым и зернистым. Она видела, как из темной воды залива одна за другой появляются тени — люди в черных неопреновых костюмах, бесшумные и смертоносные, как акулы.

Её сердце билось ровно. Впервые за всё время бегства она не чувствовала страха. Была только странная, ледяная пустота. Январь 2026 года подходил к своей кульминации. Снаружи, за стенами маяка, завывал ветер, принося первые капли ледяного дождя.

Диана поймала первую тень в перекрестье прицела. Палец на спусковом крючке плавно выбрал свободный ход.

— За Абрама, — прошептала она.

Выстрел разорвал тишину, и эхо от него еще долго гуляло между скал, возвещая о том, что дочь Виктора Каренина окончательно перестала быть жертвой. Она стала самой опасной частью мести, которую её отец так неосмотрительно вызвал к жизни.

Глава 18. Танцы на битом стекле

Звук собственного выстрела показался Диане оглушительным, хотя глушитель винтовки превратил его в негромкий хлопок. В оптическом прицеле мир качнулся. Тень в черном неопрене, только что выходившая на скользкие камни берега, дернулась и рухнула обратно в ледяную воду, бесшумно исчезнув в прибое.

— Первый пошел, — сухим, лишенным эмоций голосом констатировал Ян. Он стоял у соседней бойницы, и его винтовка работала ритмично, как метроном. — Не замирай, девочка. Работай по секторам. Они не дураки, сейчас начнут рассредотачиваться.

Диана перевела прицел правее. Её пальцы, когда-то перебиравшие клавиши рояля, теперь работали с механической точностью. Она чувствовала приклад плечом, чувствовала запах разогретого металла и пороховых газов. Это было странное, пугающее оцепенение — архитектура тишины внутри неё окончательно рухнула, освободив место для инстинкта выживания.

— Вижу движение у северного причала! — крикнула она, ловя в перекрестье вторую фигуру.

Второй выстрел. Мимо. Пуля выбила искры из гранитного валуна. «Ликвидатор» мгновенно упал в перекат и исчез в тени скал.

— Спокойнее, — бросил Ян, не отрываясь от окуляра. — Дыши на выдохе. Ты не на охоте, ты на войне. Здесь не важен красивый выстрел, важен результат.

В этот момент маяк содрогнулся. Глухой удар пришелся в нижний ярус — они начали подрыв внешнего контура дверей. Вибрация прошла по каменным стенам, заставив керосиновую лампу на полу жалобно звякнуть и погаснуть. Теперь единственным светом в комнате были зеленоватые экраны приборов ночного видения и вспышки выстрелов.

— Они внутри периметра, — Ян отбросил винтовку и подхватил автомат. — Диана, хватай пистолет и иди к Абраму. Если они прорвутся по лестнице, твоя задача — держать коридор. Я встречу их в холле.

Диана ворвалась в медицинский отсек. Абрам уже не лежал — он сидел на краю кровати, тяжело опираясь на тумбочку. В его руке был зажат пистолет, а на плече висела сумка с теми самыми накопителями. Бинты на его груди покраснели — швы разошлись от напряжения.

— Уходи… — прохрипел он, увидев её. — Диана, через люк… вниз.

— Заткнись, Абрам, — она подошла к нему, её глаза горели лихорадочным блеском. — Мы это уже проходили. Я не уйду.

Она помогла ему встать. Он был тяжелым, его тело горело, а дыхание сбивалось на хриплый свист. Они вышли в узкий коридор, ведущий к винтовой лестнице. Снизу уже доносились звуки боя: короткие очереди, выкрики наемников и грохот падающей мебели. Ян давал им время, но это время истекало с каждым выстрелом.

— Сюда, — Абрам указал на тяжелую металлическую дверь,