Чужая жена. Развод не устраивает! - Наталья Ринатовна Мамлеева

зрения — да, а с моей… — Элджен сглотнул и окинул меня взглядом, — это тело моей жены… хотя ты даже двигаешься иначе. Теперь я это вижу отчетливо, но тогда не придавал значения, списывая на тревожность и непростой пережитый опыт. Но каково мне смотреть на тебя, зная, что ты другой человек, к тому же неравнодушна к моему брату? Что прикажешь делать мне?

Сложные вопросы. Мне самой трудно от всего этого. Хочется расцарапать себе грудь от жужжания внутри и выйти из тела, обрести новое, но… как? Это невозможно.

— Знаешь, мы сейчас живем с чудесным человеком… нет, не человеком, а орком. Улгуром Корнерубом. Ты наверняка его знаешь. — Элджен кивнул, а я продолжила: — У них с женой были некоторые трудности в отношениях. Большие трудности. Они любили друг друга, но не смогли быть вместе из-за непримиримых обстоятельств. Знаешь, что сделал Улгур? Отпустил её. Дал ей развод и шанс начать все сначала, а сам остался здесь, в более уязвимом положении. Возможно, она была не достойна этого шанса, возможно, она поступила эгоистично, не подумав о чувствах своего мужа и воспользовавшись его добротой, как сейчас я — рассчитываю на твою доброту. Скорее всего, она сейчас уже замужем и счастлива, но Улгур о ней не вспоминает. Он нашел свою судьбу, свою жизнь. Возможно, вскоре обретет и новую любовь. Судьба, вероятно, в лице ваших богинь, подарила ему счастье за его доброту. Знаешь, я искренне верю в то, что бумеранг хороших и плохих поступков непременно возвращается.

Я замолчала. Элджен смотрел на меня по-прежнему с настороженностью. Мне было прохладно, но я едва ли замечала холод, больше сосредоточенная на внутренних переживаниях. Я не должна его успокаивать, я не должна перед ним оправдываться, но я чувствовала, что хочу это сделать. Я хочу утешить его, чтобы оба брата были счастливы и оставили распри в прошлом. Если сейчас замолчать эту боль и этот конфликт, то они обязательно вылезут в будущем и разрушат все на своем пути.

— Ты никому ничего не должен, Элджен, кроме себя самого. Подумай, чего ты хочешь для счастья: навсегда обозлиться на меня и брата, затаив обиду и даже вынашивая месть, или оплакать жену, отпустить воспоминания о ней и двигаться дальше?

В глазах Элджена застыли слезы, которые он сдерживал. Он глубоко и тяжело дышал, то отворачиваясь от меня, то вновь смотря прямо и открыто.

— Это больно, Ава. Амари не была идеалом. Она думала, что вскружила мне голову, решила, будто приручила меня… её методы завоевания были так смешны, нелепы, что я увлекся ею. Я увлекся нашей игрой, потому влюбился. Она думала, что ей удается скрывать от меня эмоции этим кулоном, который она все носила при себе… но я слишком сильный эмпат, и всё чувствовал. Она не любила меня, я был ей нужен для каких-то корыстных целей, а мне стало весело. Лориан всегда был рационалистом, а я… я слишком падок на чужие эмоции. Амари была искалеченной душой, её эмоциональный фон и рациональность, граничащая с какой-то жестокостью, увлекли меня. Я никогда не рассказывал ей, что знаю всё с самого начала, думал, расскажу, когда у нас появятся дети, но судьба распорядилась иначе.

— Мне жаль…

— Ты уже это говорила, — несколько грубо оборвал Элджен, но я не могла винить его за ту боль, что сочилась из него. — Вы с Лорианом могли мне хотя бы рассказать.

— Я искренне считала, что ты убил жену. Я не могла быть с тобой откровенна, ведь боялась тебя.

— А я перестал чувствовать твои эмоции. Точнее, эмоции своей жены. Сначала решил, что дело в том кулоне, который стал работать из-за снижения моих ресурсов, ведь я сам был дестабилизирован. Но кулон оказался дома, а в Министерстве мира и справедливости я также ничего не ощутил от тебя. Теперь понимаю, почему. Ты — чужая для этого мира. И для этого тела.

Он вновь окинул взглядом тело Амари.

— Ваш брак изначально был обречен на провал, — произнесла я и тут же испугалась, что мои слова могли прозвучать жестоко, поэтому поспешила объяснить: — Он начался с твоей лжи и лжи Амари. Вы не были честны друг с другом.

— Но я влюбился в неё, а потом — и она в меня. Я знаю, она хотела бросить всё, чем занималась — шпионаж для Эскарии, но уже не могла выйти из всего этого. Политика не терпит предателей, особенно тех, кто много знает. От них избавляются.

Я не знала, что на это сказать, а Элджен еще раз глубоко вздохнул и протянул ко мне руки.

Я ступила вперед, только теперь ощутив, как продрогла на холодном ночном воздухе в одних домашних тапочках и достаточно тонком платье. Элджен обхватил меня руками, создал вокруг нас сферу и… вдохнул аромат. Хмыкнул.

— От тебя даже пахнет иначе… И твоё лицо. Ты словно сестра Амари, но не она.

— Все так говорят, — кивнула я, — но ты должен знать, что Лориан видит меня настоящую. Он не видит твою жену. Лишь душу.

— Я должен был догадаться, — покачал головой Элджен и подхватил меня под колени. — Я с детства знал, что Лориан видит только души, и вот теперь тоже… Но он хотя бы не лгал, что никогда бы не взглянул на Амари как на женщину. Он смотрит на тебя, Ава, и видит тебя — это многое объясняет и оправдывает его.

— Я рада, что ты тоже так считаешь. Не знаю, что произошло в вашем прошлом, но Лориан…

— Молчи, Ава, — нахмурился Элджен, — не хочу вспоминать то, что Лориан сделал. Вернее, что он не сделал.

И мы взлетели, так и не проронив по дороге ни слова.

Я уже начала нервничать, что Элджен не сдержит своё обещание, но вскоре показался дом Улгура. Сам орк стоял на крыльце и мерил его шагами. Заметив нас, он расслабился. Элджен опустился перед ним и тут же выпустил меня из рук.

— Я уже начал нервничать. Лориан сообщил мне сорок минут назад о произошедшем. Вы порядком задержались.

— Разговаривали, — откликнулся Элджен напряженно и проследил, как я отошла к Улгуру. — Он тоже знает, так?

— Так, — кивнула я и прикусила губу. — Он ведь лучший друг…

— Да-да-да, — не стал слушать и раздраженно поморщился бывший муж Амари. — Я