Чужая жена. Развод не устраивает! - Наталья Ринатовна Мамлеева

Я видела, насколько Элджену было больно от смерти жены, но я не видела ту же боль в глазах Торильды. Бедная Амари… в какой среде она росла? Ей просто не повезло встретить всех этих людей на своем пути.

М-да, как стремительно меняются мои взгляды в этом мире. С каждым часом вскрывается все более удивительная правда, а список людей, которых мне жалко, становится все обширнее. Кто следующий?

— Элджен, тогда вопрос к тебе, — справившись с удивлением, продолжил Лориан, — что ты делал в Доме Цветка?

— Разве не очевидно? Пытался выйти на тех, кто убил мою жену в первый раз и тогда — в театре. Отправившись туда, я все еще теплил надежду, что тебе удалось спасти Амари, но… эта надежда не оправдалась. И мне не удалось понять, куда именно была втянута Амари. Я знал, что она шпионит для Эскарии. Я никогда не разговаривал с ней напрямую, но делал намеки, что все знаю и настаивал, чтобы она прекратила. Но она боялась выйти из всего этого. Как оказалось — не зря.

— Именно мадам Фижма втянула её во все это. Возможно, Фижма эскарийка? — задумчиво произнесла я.

— Она родилась в Рошмаде, как и её предки, я уже давно проверил её, — покачал головой Лориан. — Что-то заставило её действовать против интересов своего родного королевства. И вряд ли здесь замешаны деньги. Ей хватало дохода от Дом Цветка. Она не всегда стояла во главе, но уже тогда была близка к его прошлой хозяйке. Сама же она стала владелицей десять лет назад.

— А кто отец Амари? — внезапно спросил Улгур. — Если о матери мы узнали всё, то отец…

— Это весьма хороший вопрос, — кивнул Лориан, — думаю, разгадка кроется именно здесь. Вполне возможно, что отец Амари — эскариец.

Комната погрузилась в тишину. Лориан начал формировать заклинание на своих пальцах, а после протянул ладонь леди Торильде.

— Печать безмолвия. Вы не сможете разгласить ни слова о своей племяннице. Без этого я вас отсюда не выпущу.

Женщине ничего не оставалось, кроме как пожать ладонь. Магия оплела их запястья, а после рассыпалась, оставив на ладони тетушки небольшой знак. Она поднялась на ноги.

— Я провожу её. Полагаю, я здесь тоже лишний, — хмыкнул Улгур и уступил дорогу госпоже Клофильд. — Вы сможете остаться до утра.

Женщина рассеянно кивнула и вышла из гостиной, оставив нас втроем. Братья обменялись напряженными взглядами.

— Как в старые добрые, а, братец? — хмыкнул Элджен. — Мы на одной стороне, против всего мира. Помнишь, как на нас нападали в академии?

— Ты просто всегда был слишком заносчивым, и нам приходилось отбиваться от твоих недоброжелателей.

— Только я поумнел и перестал так делать, а ты, вижу, наоборот, наживаешь себе врагов. Как, например, сегодня в Доме Цветка. Признай, ты бы не выжил без меня.

— Заткнись, — поморщился Лориан, а я смотрела на них и слегка улыбалась.

Они сами не осознают, насколько вдвоем представляют баланс всего живого. Они лед и пламя, вечные соперники, без связи которых невозможен круговорот природы. Лорду Риатону-старшему очень повезло с сыновьями. Жаль, что он этого не понимает.

— Что будем делать, Лориан? — посерьезнел Элджен. — Сколько всего эскарцам удалось узнать и каков их план?

— Я готов с тобой сотрудничать, но с одним условием, Элджен: ты прекращаешь свои попытки убить принцессу. Я порядком устал её возрождать.

Возрождать? По телу пробежали мурашки. На самом деле, я действительно недооценила силы Лориана. Они идут против своей природы, настолько мощные, что даже пугают.

— Так вот почему у меня так ничего и не получалось… оказывается, получалось, — хмыкнул Элджен без тени улыбки.

— Ты даже не отрицаешь, — пробормотал Лориан, разочарованно глядя на брата. — Почему, Элджен? Просто почему? Она ведь беззащитная девочка…

— Она — да, но её отец… он ослабил Рошмад! Эскария теперь рыскает здесь, как у себя дома!

— Я согласен в том, что политика прошлого короля была направлена на внутреннюю экономику, но не на внешнюю политику. Но это не причина уничтожать всю королевскую кровь!

— Причина, — не согласился Элджен. — После смерти её брата она — единственная наследница, лакомый кусочек для всех государств. Эскария спит и видит, как выдать её замуж за своего наследника и тем самым лишить Рошмад идентичности. Мы не собираемся терпеть чужака на престоле. Ты знаешь, почему совет тянет с одобрением твоей кандидатуры в качестве жениха принцессы? Они продались, Лориан. Они продались Эскарии!

Лориан пошатнулся, сделав шаг назад. А Элджен сглотнул.

— Да, я и отец собирались убить принцессу, чтобы совет не имел власти. Им придется выбрать другого наследника, того, кого одобрит большинство и одобрит народ.

— При этом сценарии весь Рошмад погрузился бы в смуту. Ты думаешь, что те продажные советники, о которых ты говоришь, не стали бы сражаться за власть?

— Стали бы. Да, Рошмад бы погрузился во тьму на год, два… может, пять лет, но в результате королем стал бы рошмадец. Тот, кто радеет за своё королевство.

— Как ты можешь быть в этом уверен?

— Потому что есть ты и я, Лориан. А мы с тобой вдвоем стоим десятки других Высоких лордов. Мы бы смогли повести за собой народ, нас бы поддержало большинство.

— Говоря так, ты имеешь в виду себя на престоле, с твоей силой эмпатии, — хмыкнул маг смерти. — Этот сценарий слишком мрачен и непредсказуем.

— Но именно в непредсказуемости его основная прелесть, Лориан. Его высочество Кайлин сделал официальное предложение, которое находится на рассмотрении совета. Если они ответят согласием…

— Именно поэтому я сам планировал его пригласить на торжество нашей сестры, чтобы выяснить все связи, что идут к нему в Рошмаде, и оборвать.

— Это слишком опасно, Лориан, пускать чужака на нашу территорию.

— Мы с тобой разных взглядов. Я всегда предпочитаю действовать в спокойной обстановке, чтобы выбрать правильный путь, а ты хочешь сначала войти в смуту, чтобы воспользоваться растерянностью людей и возвести свои позиции.

— Дело не в этом…

— В этом, Элджен! Ты боишься кому-то доверять, поэтому для тебя легче действовать во времени, когда никто никому не доверяет, чем установить все связи. Я хочу не допустить конфликта. Если в совете сидят